Главная задача центра «Сколково» — и фонда, и всего проекта в целом — состоит в том, чтобы помогать ученым-разработчикам и профессиональным инвесторам находить друг друга. Делать так, чтобы интересные идеи не оставались на бумаге, а воплощались в реальные проекты, востребованные на рынке. В этом суть «Сколково».
Можно провести аналогию с космодромом «Восточный». То, что там воровали, – скандал. Но если бы оттуда еще и ракеты нельзя было отправлять – случай был бы неординарный даже для наших широт.
Начиная наше мини-расследование по «Сколково», мы в первую очередь решили проверить, насколько удачно проходят запуски инновационных проектов. С тем, какие лучше компании выбрать для оценки, нам помог определиться сам фонд «Сколково»: каждый год он публикует доклад под названием Made in Skolkovo, в котором отчитывается о показателях работы и представляет наиболее удачные и яркие проекты, рожденные в инновационном центре.
Подборку за 2016 год мы взяли для нашего анализа, разбив ее, как и авторы, по кластерам: IT, энерготех, биомед, космос, ядертех.
IT-кластер «Сколково»
С точки зрения эффективности IT-кластер выглядит очень неоднородно. Тут и по-настоящему удачные проекты и те, которые смотрятся весьма сомнительно. Если излагать цифрах: три из пяти проектов – убыточные, два из пяти – связаны с офшорами.
Создатель приложения PayQR — компания ООО «ФИТ» — стал обладателем рекордного (в плохом смысле этого слова) соотношения между продажами и себестоимостью продукции. Показав сальдо: минус 143 миллиона рублей. Причем как образовалась столь гигантская сумма, до конца неясно, учитывая, что речь идет о мобильном приложении. Одной из причин странных финансовых показателей ООО «ФИТ» может быть то, что компания является стопроцентной дочкой кипрского офшора. Само решение «Сколково» поддержать бизнес-решение по оплате продуктов через QR-код тоже вызывает вопросы: в отличие от Азии, в России данный метод расчетов популярностью не пользуется. В Google Play у PayQR количество установок находится в диапазоне между 50 и 100 тысячами.
Проект по распознаванию лиц VisionLabs, на наш взгляд, является одним из самых удачных продуктов из «Сколково». Он не страдает от двух главных болезней инновационного центра: убыточности и привязки к офшорам. Все последние годы ООО «ВижнЛабс» наращивало выручку от продаж, которая измерялась десятками миллионов, а в себестоимости продукта счет шел всего на тысячи рублей. Продукты VisionLabs востребованы как в России (Сбербанк, «Тинькофф Банк»), так и за рубежом (Nvidia). Отсюда и серьезные инвестиции: 350 миллионов от АФК «Система» в 2016 году.
Еще один представитель IT-кластера с положительными финансовыми показателями – это «Визерра», проект по созданию интерактивных 3D-моделей. Продукты компании востребованы. Как минимум в России, где в числе ее клиентов значатся ВДНХ, Министерство культуры. Из минусов – сложная схема бизнес-связей между различными подразделениями «Визерры», концы которых уходят в Голландию и на Кипр.
Проект «Лесной дозор» от компании «ДиСиКон» — это система мониторинга за лесными пожарами. Судя по сайту Госзакупок, в 2013-2015 годах продукт был популярен среди региональных ведомств, когда с «ДиСиКон» регулярно заключались контракты на сотни тысяч рублей. Однако за последние два года было подписано только одно новое соглашение – с ВНИИ лесоводства. Поэтому отрицательный баланс резидента не вызывает особого удивления.
«ЭкзоАтлет» — среди самых раскрученных стартапов «Сколково». Экзоскелет, с помощью которого люди с нарушениями опорно-двигательного аппарата могли вновь научиться ходить самостоятельно, последние годы то и дело мелькал в репортажах «Первого канала» и «России 24». Проект активно продвигало созданное Путиным Агентство стратегических инициатив. Тем не менее соотношение выручки от продаж и себестоимости продукции у «ЭкзоАтлета» за 2016 год отрицательное, а его собственники ведут в арбитраже спор о распределении долей в компании.
Энерготех-кластер «Сколково»
Несмотря на то что в кластере всего лишь одна компания с офшорными корнями, он отнюдь не кажется примером для подражания. К нему есть вопросы, как по отбору проектов, так и по чистоплотности участников: на одного из них завели уголовное дело — за производство той продукции, на которую «Сколково» выделяло гранты.
Краснодарская компания «Бонака» придумала, как очищать трубы с помощью биожидкости, не прибегая к капитальному ремонту. В 2015-2016 годах о проекте много писали федеральные СМИ. Газета «Ведомости» сообщала, что к 2016 году у компании насчитывалось 852 клиента, 30 контрактов и тестовых внедрений в крупных компаниях (РЖД, «Алроса», «Башнефть»). Однако по итогам 2016 года владельцы «Бонаки» ушли в очень серьезный минус, чего раньше с ними не случалось.
Весьма интересная разработка от компании «РРТ»: технология IC7 по производству высокооктанового бензина, по уверениям ее создателей, позволит нашим нефтяникам получать дополнительно до 10 долларов прибыли с каждой тонны нефти. С соотношением продаж и себестоимости у «РРТ» все хорошо (правда, данные за 2015 год). Но вот данные по долгам компании, а также тот факт, что ее учредители зарегистрированы на Кипре и в Делавэре, наводят на определенные подозрения.
«Теплофон» — проект по производству инфракрасных обогревателей. Ни финансовые показатели (положительные), ни прописка компании (Россия) вопросов не вызывают. Скорее непонятно, как этот проект попал в «Сколково»: ничего революционного в самой идее нет — «Теплофон» производил инфракрасные обогреватели и до начала сотрудничества с фондом. Как и многие другие компании. О каких-либо прорывных инновационных результатах, которых удалось достигнуть за годы работы со «Сколково», тоже ничего не известно.
Самый скандальный пример в подборке. Проект по производству бризеров – очистителей воздуха — выглядел удачным со всех сторон: хорошие финансовые показатели, поставки в больницы в России, СНГ и ЕС, хорошая пресса. Однако в 2017 году Следственный комитет выяснил, что руководители компании «с целью уменьшения себестоимости выпускаемой продукции и получения от ее продажи наибольшей прибыли» решили производить и продавать очистители воздуха без «необходимых для очистки компонентов».
10 июня главу «Тиона» Дмитрия Трубицына взяли под стражу.
Производитель литийионных аккумуляторов, которые используются в логистике и промышленном электротранспорте. Наименее скандальный представитель кластера: хорошие цифры, отсутствие офшорных связей, контракт с «дочкой» аэропорта Домодедово.
Биомед-кластер «Сколково»
Медицинский кластер «Сколково» страдает теми же болезнями, что и вся фарминдустрия нашей страны: это и продвижение странных препаратов, которые их производители не желают испытывать за рубежом, и лоббизм, и связи с офшорами.
Компания «Валентек» получила грант на производство препарата «ФАБ-2015», который должен помочь больным шизофренией людям. В брошюре «Сколково» говорится, что лекарство прошло токсикологические исследования на мышах, кроликах и свиньях. Больше о «ФАБ-2015» не говорилось и не писалось ничего уже на протяжении двух лет. Впрочем, о финансовых показателях «Валентек» еще отчитывается. Последний раз это был «минус». Два с половиной миллиона.
Редкий случай в РФ, когда лекарство, которое широко рекламируется в СМИ, действительно что-то из себя представляет. Препарат от гепатита Myrcludex B, созданный «Гепатерой», собираются активно использовать не только у нас, но и в ЕС. Но, как всегда, есть подводные камни. Во-первых, это не совсем наша разработка, а немецкой MYR GmbH, которую «русифицировали» и доработали за 150 миллионов от Минпромторга. Причем производить Myrcludex B мы будем вместе с немцами. Во-вторых, как и многих хороших сколковских проектов, у «Гепатеры» есть немало офшорных связей: Кипр, Панама, Британские Виргинские острова.
Детские кибернетические протезы. Очень симпатичный проект, разрекламированный почти столь же сильно, как и «ЭкзоАтлет». Проблемы у этих двух компаний тоже близкие – обе пока еще работают себе в минус. Из позитивных элементов «здесь и сейчас» — контракты с семью фондами социального страхования.
Производители лазерных перфораторов для забора крови — из подмосковного Троицка. Подробные финансовые показатели тут, как в случае с создателями лекарств, которые предполагают выпустить на рынок через несколько лет, закрыты. Почему, не совсем понятно. Известно только, что в 2015-м «НСЛ» немного потеряла, а в 2016-м немного заработала. Еще один штрих: в числе учредителей компании – Виктор Сиднев, магистр «Что? Где? Когда?» и экс-мэр Троицка.
Препарат «Алофаниб», разрабатываемый компанией «Русфармтех», должен помочь пациентам при таких видах злокачественных опухолей, как рак желудка, молочной железы, тела матки, колоректальный рак, рак почки и яичников. Это заявление создателей. В остальном — типично российская история лекарств: много пиара, основанного на отечественных исследованиях, и полная тишина за рубежом.
И еще одна более заметная российская фармацевтическая история. Очередное лекарство от гриппа, которое «эффективно против 15 его типов, включая птичий и свиной». Называется «Триазавирин». Как и с «Арбидолом», эффективность препарата доказывают исключительно российские специалисты (иностранцев у нас принято игнорировать), в отсутствии заинтересованности у которых, видимо, были убеждены эксперты «Сколково». Соблюдены и другие традиции производителей средств против гриппа – связи с офшорами и наличие влиятельного покровителя. В данном случае это член комитета Государственной думы по охране здоровья Александр Петров.
Космос-кластер «Сколково»
Кластер, большая часть проектов в котором с космосом связана только с огромной натяжкой. Причем чем дальше от просторов Вселенной, тем выше финансовые показатели.
Возможно, когда в «Сколково» принималось решение о сотрудничестве по «Даурии Аэроспейс», перспективы компании казались более радужными, чем сейчас. Пионеры российского частного космоса не могли не найти поддержки в фонде, однако по-настоящему этот проект так и не раскрутился. Тут и убытки, которые каждый год исчислялись миллионами, и последняя неудача со спутниками (были произведены «Даурией», выведены на орбиту летом 2017 года, а теперь не выходят на связь), за что Роскосмос намерен судиться с компанией.
Проект, который, на наш взгляд, должен находиться в IT-кластере, но почему-то попал в «космос». Это приложение для мобильного телефона – Hudway. Оно выводит на лобовое стекло автомобиля информацию о дороге. И относительно новая разработка — Hudway Glass, устройство со стеклом, которое можно установить на панель автомобиля и пользоваться приложением даже днем. Проект выглядит перспективным – у приложения очень много скачиваний (от 100 до 500 тысяч установок в Google Play), хотя оценки пользователи выставляют средние (три из пяти звездочек). Цифры по продажам в России тоже отличные – 35 миллионов выручки. Однако есть и проблема. У компании существует американский брат Hudway LLC из Калифорнии, и какая часть денег проекта остается в Штатах, а какая идет на Родину – неизвестно.
Традиционная история успеха в «Сколково» (мы, кстати, опять не понимаем, почему это «космос»). Небольшая компания создала автопилот для погрузчиков палет, который оказался востребован на рынке. Среди клиентов «РобоСиВи» — такие гиганты, как Samsung и Volkswagen. Получается, не зря давали грант. Вот только учредители компании сидят на Кипре, а в отчетности у «РобоСиВи» есть удивительная строчка с управленческими расходами на 110 миллионов рублей, которая заставляет задуматься о непростых налоговых схемах.
«Стриж» – это сеть, которая используется для подключения миллионов устройств в одно информационное пространство. С ее помощью можно удаленно собирать данные. Например, с устройств ЖКХ. Именно на работе в жилищно-коммунальной сфере и сосредоточила свои усилия «Стриж Телематика». Компанию можно назвать типичным хорошистом из «Сколково»: революций не устраивает, но предлагает востребованное на рынке решение.
Та же история, что и у «Стрижа». Еще один востребованный отраслевой продукт с хорошими финансовыми показателями. Занимается «Техпром-АКС» производством стендов, на которых проходят испытания самолеты. И да – никаких офшоров.
Ядертех-кластер «Сколково»
Самый закрытый кластер из всех. Характерная черта всех его участников – минимум информации о деятельности компаний, результатах, перспективах и связях.
Удивительной судьбы проект. Начался он с того, что в «Алросе» придумали, как с помощью нейтронов можно эффективно обнаруживать и добывать алмазы. Корпорация передала этот проект своему партнеру, а тот — своей «дочке» — «Диаманту». И уже эта компания предлагала его в «Сколково» и, получив грант, начала продвигать его в «Алросу». С учетом всех этих схем минусовые показатели по продажам не должны удивлять – и без этого много странностей.
Производитель инновационных автомобильных антенн «Бисант» в 2014 году при помощи «Сколково» (получив на это 40 миллионов рублей) начал разрабатывать антенны для мобильных устройств связи — смартфонов, планшетов и подобных им гаджетов. О результатах этой работы ничего не известно. Однако продажи у «Бисанта» продолжают идти, хоть и небольшие. Еще в ведомости за 2016 год есть любопытная строчка: прочие доходы – 18,5 миллиона рублей.
Довольно закрытая история от компании «Оптогард Нанотех». Занимается она созданием лазерно-плазменных технологий для получения сверхтвердых покрытий. В 2014-м они заявили о себе в «Сколково», и с тех пор царил режим тишины — до тех пор, пока в 2017 году промышленная группа «Гарант» не сообщила о том, что будет инвестировать в проект 110 миллионов рублей. И опять без подробностей.
Компания «С-Инновации» занимается созданием высокотемпературных сверхпроводников второго поколения и, по данным «Сколково», входит в топ-5 мировых производителей. Ее заказчиками являются компании из 11 стран мира, включая Германию, Южную Корею, Японию. Но цифры из бухгалтерской отчетности не совсем соответствуют этому заявлению.
Компания занимается производством сверхточных датчиков с многослойным тонкопленочным функциональным покрытием. В «Сколково» она приходила, поставив амбициозную задачу: выйти на мировой рынок сверхточных «экстремальных» датчиков. Однако, как в случае со многими проектами фонда, информации об этом движении настолько мало, что даже неясно, есть ли оно.
Успешный проект из Татарстана по разработке роботов. В начале своей работы со «Сколково» компания «Эйдос-Робототехника» сумела показать очень серьезную выручку от продаж: 168 миллионов рублей в 2014-м. В последующие годы достижения повторить не удалось, но проект продолжает оставаться весьма прибыльным.
Оценка от «Шторма»
Из 28 проектов Made in Skolkovo только один (VisionLabs) по-настоящему соответствует тем целям и задачам, которые ставит перед собой фонд. Можно еще отметить Myrcludex B, но здесь проблемы с деньгами и правами на лекарство — тут много вопросов. Космос-кластер наполнен проектами, очень отдаленно связанными с космонавтикой. Либо мало компаний, готовых предлагать толковые идеи по профильной теме, либо в «Сколково» их не замечают.
Другой большой минус — засилие так называемых троечников и хорошистов, компаний, у которых есть интересные идеи, способные оправдать вложенные в них средства, но не более того. Продвинуть Россию на мировой арене и снискать нам славу страны-инноватора они не в состоянии.