Сын Евгения Леонова — Андрей Леонов — рассказал о планах отменить столетие отца. По словам народного артиста, в этот момент «Ленком» будет на гастролях, поэтому празднества перенесут на 9 и 10 сентября.

«В эти дни пройдет премьера спектакля «Старший сын, Или письма сыну», — говорит он Daily Storm. — Поэтому я всех приглашаю! Его ставит режиссер Владимир Панков. И мы молимся, чтобы все получилось. Очень нервничаем и переживаем!»

В главной роли будет сам Андрей. Он сыграет Сарафанова. Музыканта-кларнетиста, который в одиночку воспитал двоих детей. А роли сыновей исполнят еще совсем молодые артисты.

«Кроме того, ему посвятят документальный фильм, — добавляет наш собеседник. — И зрители узнают много интересного — кто так любил моего отца и его творчество!»

Как рассказывает актер, приехать на кладбище не удастся. Он будет в другом городе, но это сделают его дети.

«2-го я не успею. Зато там будет моя семья, — объясняет он, показывая на стоящего рядом мальчика. — Так что за тыл я не опасаюсь!»

Евгений Леонов родился и вырос в Москве. Когда началась война, пошел работать на авиационный завод, куда его взяли учеником токаря. Во время Великой Отечественной там трудились все его близкие, а в 1943-м поступил в авиационный техникум.

Но судьба уготовила ему путь артиста...

«Я попросил у брата пиджак и решил, что готов к экзамену. Я безумно нервничал — понимал свою несостоятельность, но не думал, что так получится. Прочитал все, что с таким успехом читал в техникуме: Чехова, Зощенко, — вспоминал он о своем поступлении в Московскую театральную студию под руководством балетмейстера Большого театра Ростислава Захарова. — Почему-то все стали просить, чтобы я почитал еще. Я прочитал Блока «В ресторане». И это стихотворение спасло меня, примирило и с моим пиджаком, и с моей курносой физиономией, и с недостатком культуры».

Необыкновенно смешной и трогательный, этот актер заставлял улыбаться. И был нетерпим к злу.  

«Для кого-то Бог на небе, а для кого-то в собственном сердце. И этот Бог в сердце не дает опуститься ниже определенного человеческого уровня... — писал Евгений Леонов. — Он не позволит ударить ногой собаку, обидеть старика, плохо относиться к родителям...»

«Говорят: сейчас другое время. Другой Бог. Другая нравственность. Другая правда. Но в том-то и дело, что другого Бога не бывает. И другой нравственности не бывает. И другой Правды. Все затоптать нельзя. Особенно в искусстве».