Шустрые ледниковые шмели, могучие белые медведи и сотни километров полярной тишины. Это не кадры из приключенческого фильма, а реальные будни экспедиции «Арктический плавучий университет». Кто имеет шанс стать частью этих удивительных путешествий? Какие открытия в них были сделаны? И повторятся ли эти походы, если судно «Профессор Молчанов» продолжат удерживать у берегов Шпицбергена, — нам рассказывает руководитель проекта, директор Института стратегического развития Арктики САФУ Александр Сабуров.

— Еще недавно Арктика казалась нам чем-то далеким и безмолвным, а теперь все только о ней и говорят. Чем она так манит и притягивает? И в чем ее главный потенциал?

— Дело в том, что это не просто красивый регион — это и стратегически важные ресурсы, и Северный морской путь — магистраль национального и глобального значения. Плюс уникальные экосистемы. Только здесь и больше нигде обитает белый медведь — один из символов России, атлантический морж, многие виды тюленей.

К тому же, в последние десятилетия здесь происходят большие климатические изменения. Именно на севере и в Арктике, а не в тропических широтах изменения климата заметны наиболее сильно. Это проявляется и в более значительном повышении средней температуры, и в сокращении площади морского льда.

— К чему это может привести?

— По данным исследований, это уже приводит и к продвижению тайги, и к «позеленению» тундры, и к изменению ареалов обитания арктических животных. Некоторые виды промысловых рыб, такие как треска, двигаются все дальше на север. А сокращение морского льда приводит к тому, что и белым медведям, и многим видам тюленей, для которых лед критически важен, все сложнее выживать в привычных районах обитания.

— Вы помните день, когда попали туда впервые? Какая она, Арктика?

— Шел 2017 год. Я тогда был еще довольно молодым специалистом, и мне повезло стать одним из организаторов экспедиции «Арктический плавучий университет».

В тот год очень повезло с ледовой обстановкой, поэтому судну «Профессор Молчанов» удалось пройти на Землю Франца-Иосифа, а я смотрел, и мне казалось, это что-то невероятное. Эти прекрасные ландшафты, ледники, огромный птичий базар на скале Рубини... Там около 40 тысяч птиц! Моржи и белые медведи...

И вот этот простор, эта свобода и осознание того, что участники нашей экспедиции — практически единственные люди на тысячу километров вокруг, все это оставляет очень сильное и неизгладимое впечатление.  

— Вы сказали про мишек — как близко вам удавалось к ним подойти?

— Во-первых, белый медведь — это самый крупный сухопутный хищник. Он крупнее бурого и, разумеется, представляет огромную опасность. А с учетом того, что мы находимся на территории их обитания (чаще всего это национальный парк «Русская Арктика»), то всех участников экспедиций обязательно сопровождают инспекторы.

Перед каждой высадкой на берег вся территория внимательно осматривается, в том числе с помощью беспилотных летательных аппаратов, и если поблизости замечен медведь, то высадка отменяется.

Тем более, что это краснокнижный вид, и он находится под особой охраной. Поэтому лучшая встреча с белым медведем — это смотреть на него с борта судна.

Белых медведей, как и других представителей фауны, тревожить нельзя, поэтому любовь на расстоянии — это лучший вариант для всех! 

— Насколько трудно попасть в экспедицию и кто ее участники?

— Основные участники — конечно же ученые, исследователи со всей России. Это и океанологи, которые изучают проникновение в Северный Ледовитый океан теплых атлантических водных масс, и орнитологи — специалисты по птицам, и энтомологи — специалисты по насекомым. А также специалисты, которые проводят почвенные исследования, анализируют загрязнение окружающей среды или изучают морской мусор, приносимый туда течениями.

Экспедиция входит в большую всероссийскую программу «Плавучий университет» и поддерживается Министерством науки и высшего образования РФ.

А другая половина участников — это студенты, у каждого из которых своя научная задача. Для них это уникальная полевая практика, потому что одно дело, когда вы проводите исследование в лаборатории, и совсем другое — когда вы едете в Арктику и работаете вместе с ведущими российскими учеными.

После экспедиции многие из них заражаются «арктической болезнью». Например, в этом году двое выпускников Арктического плавучего университета работали на ледостойкой самодвижущейся платформе «Северный полюс», которая дрейфовала в Северном Ледовитом океане.

Конкурс большой — 20-30 человек на место, но это того стоит!

Подать заявку может любой студент — хоть будущий историк, хоть социолог, хоть экономист, но предпочтение все же отдается тем, у кого релевантная специальность и есть опыт научной работы.

— На каких судах туда ходят?

— Главное судно, на возвращение которого мы очень надеемся — это, конечно, «Профессор Молчанов». Он оптимален для нас и с точки зрения возможности разместить около 50 человек, и с точки зрения того, что на нем есть все необходимое научное оборудование и лаборатории.

Был опыт положительной работы и на более крупном судне. Это «Михаил Сомов». Это также судно Северного УГМС (Росгидромет) и снабжает полярные станции. Его преимущество в том, что у него более высокий ледовый класс, а на борту можно разместить вертолет. 

— Насколько известно, «Профессор Молчанов» по-прежнему удерживается норвежскими властями — по ходатайству одной из украинских компаний. Такое впервые?

— Впервые, но раньше было другое время. «Арктический плавучий университет» в любом случае работает в российском секторе Арктики, и повторение подобной ситуации нам не угрожает.

— Что будет, если его не вернут?

— Будем искать варианты, и надеемся, что нам удастся найти подходящую альтернативу.

— Каждая экспедиция — это тяжелый труд, а какие находки там были сделаны? Я читала про найденный скелет кита...    

— Да, действительно была такая история, когда на острове Вильчека архипелага Земля Франца-Иосифа на месте оттаявшего ледника было обнаружено большое скопление останков китообразных, и первые исследования показали, что их возраст не меньше 12 тысяч лет. Поэтому они представляют очень большой интерес и для палеонтологов, и для микробиологов, потому что там остались древние микроорганизмы. 

С точки зрения микробиологии в рейсах АПУ были сделаны интересные находки на птичьих базарах. Там были обнаружены возбудители разных инфекций, в частности, кишечной палочки с генами антибиотикорезистентности. Интересно, что у патогенных бактерий такие гены есть даже там, где человек не живет. И там же были обнаружены бактериофаги (вирусы), которые атакуют и уничтожают эти бактерии, то есть сама природа может подсказать человеку, как можно бороться с инфекциями.

Отдельная тема — это количество морского мусора, который приносится на северное побережье Новой Земли. Это бутылки, пластик, рыболовные сети.   

— То есть все то, что оставлено человеком... 

— Да, но это не то, что осталось от прошлой хозяйственной деятельности, к примеру, бочки с горюче-смазочными материалами, а именно мусор, который был принесен течениями. В том числе нероссийского происхождения.

Одна из важных находок в области энтомологии была сделана в 2015 году, когда был обнаружен эндемичный, то есть больше нигде не встречающийся, ледниковый шмель с Новой Земли. Он так и называется: Bombus glacialis.

Поскольку это действительно отдельный вид, который обитал только здесь, то ученые предположили, что на Новой Земле во время ледникового периода был рефугиум. То есть место, где он и, видимо, другие виды смогли пережить похолодание, когда в других местах эти формы уже исчезали. До этого считалось, что во время ледникового периода вся Новая Земля была покрыта льдом.

Из более близких и применимых в повседневной жизни исследований отмечу изучение особенностей адаптации участников экспедиции к условиям Арктики и интенсивной работы в замкнутом пространстве на судне. И оказалось, что для поддержания оптимального состояния организма нужна умеренная выраженность интровертированных качеств, но при этом выраженное наличие такого качества личности, как открытость новому опыту.

— Значит Арктика — это для интровертов?

— Как ни странно, но да. В условиях такого тесного взаимодействия в рейсе лучше всего чувствуют себя именно умеренные интроверты, которые не «расплескивают» эмоции и показывают более высокую устойчивость в стрессовых ситуациях.  

— В античные времена появилась легенда, что где-то на далеком холодном Севере есть страна, спрятанная от глаз непосвященных, и имя ей — Гиперборея. Там живет блаженный народ, и сам Аполлон навещает его на колеснице, запряженной лебедями. Как насчет предположения, что это те самые земли?

— Люди, которые работают в сфере образования, опираются исключительно на научные данные, а геология и история Арктики довольно хорошо исследованы.

Известно, что человек проник туда примерно 40 тысяч лет назад, и одно из древнейших подтверждений — это найденные стоянки первобытных охотников. Люди двигались на север вслед за отступающими ледниками и животными, на которых охотились.

Еще лучше мы знаем более близкие к нашему времени эпохи. Изучено и русское присутствие в Арктике, начало которого относится не ранее, чем к XVI веку, когда поморы уже добрались до Новой Земли и акватории Карского моря. То есть к тому моменту, как первые европейцы — англичане и голландцы — пытались проникнуть Северным морским путем в Китай, русские уже хорошо знали Европейскую Арктику.

АПУ, кстати, помог вывезти на большую землю старинный поморский карбас с очень удаленных Оранских островов у северного побережья Новой Земли. Исследования показали, что это очень древнее судно, построенное не позднее конца XVII века.

— Какой самый необычный сувенир вы привезли с Новой Земли и о чем он напоминает? Возможно, это взятый на память камешек или букетик из водорослей?..   

— Их нет (смеется). Это особо охраняемая территория, и вывоз каких-либо объектов — как природного, так и человеческого, антропогенного происхождения, там попросту запрещен.

Могут вывозиться только те образцы, которые нужны для исследований и на которые получены необходимые разрешения.

Да и лучшее, что можно оставить на память об Арктике, это отнюдь не предметы. Ты возвращаешься уже другим человеком!