St
Меценат — друг или враг? Испортит ли «депутат-говнарь» Андрей Ковалев купленное им Гребнево
Усадьбы рушатся, а иконы идут «грядками»: как покровители искусств уничтожают культурное наследие

Меценат — друг или враг? Испортит ли «депутат-говнарь» Андрей Ковалев купленное им Гребнево

Усадьбы рушатся, а иконы идут «грядками»: как покровители искусств уничтожают культурное наследие

Коллаж: © Daily Storm
Коллаж: © Daily Storm

Предприниматель Андрей Ковалев купил за 80 с небольшим миллионов рублей федеральный памятник архитектуры и истории — усадьбу Гребнево и 50 гектаров земли вокруг. Экс-депутат Мосгордумы намерен сделать из нее культурный центр. 


В ближайшие полтора года предприниматель будет готовить проект реставрации, стоимость которой оценивают в 600-800 миллионов рублей.


undefined
Северный фасад дворца Фото: © ru.wikipedia.org

Что в этом плохого? Смущает репутация героя. В народе «Аркадич» широко известен как «депутат-говнарь». Его прозвали так за игру в хеви-метал-группе «Пилигрим» и прочую спорную музыкальную активность, которую он всячески пиарил за собственный счет, — сказать что-то хорошее о ней по доброй воле трудно. То, что музыкальная карьера депутата (законодателем он был в 2005–2009 годах) и чиновника (1990-е) удостоилась статьи на «Лурке», говорит за себя. А состояние он сколотил, за бесценок скупая в 1990-е закрытые московские заводы, которые реконструировал по собственным эскизам, и открывая там бизнес-центры. Примером может служить БЦ «Дербеневский», ставший жемчужиной лужковской архитектуры.


Конечно, часто новые владельцы действительно спасают исторические руины, оказавшиеся не ко двору государству. Однако и отрицательных примеров хватает, причем разбирательства по ним тянутся долгие годы. Константин Михайлов, сооснователь общественного движения «Архнадзор», вспомнил подмосковное Николо-Урюпино, еще в 1990-е или в начале 2000-х приобретенное структурами фарм-олигарха Брынцалова. «Там потом большие разбирательства были по качеству проделанных работ. Были судебные процессы, смена инвесторов и так далее, — рассказывает он. — В Тульской области аналогичные процессы происходят в усадьбе Хрусловка по поводу недобросовестной реставрации и непроведения необходимого объема работ со стороны собственника; стоит вопрос об изъятии памятника. Время от времени такие процессы возникают в Петербурге, в Ярославле. Были случаи, когда у собственника приходилось изымать памятник по суду».


Причины разные. Кто-то из собственников действительно не рассчитал силы, но кто-то вполне сознательно действовал в угоду себе и в ущерб памятнику.«Иногда начинается самодурство собственника, который решает вопросы увеличения полезной площади, приспособления под свои нужды и в последнюю очередь вспоминает о собственно принципах реставрации», — резюмирует Михайлов.


Москвовед Павел Гнилорыбов настроен более оптимистично и считает, что заранее предвещать Ковалеву неуспех не стоит. «Что касается его прожектов, я не стану давать оценок до первых шагов в этой сфере. Иногда человек, как два столетия назад, сменит десяток профессий, а потом переедет в усадьбу и заживет себе барином — орловских рысаков разведет, голландских коров выпишет, карпы зеркальные в пруду и далее по списку», — говорит Гнилорыбов, полагая, что все вышеперечисленное безусловно хорошо.


undefined
Западный павильон Фото: © ru.wikipedia.org

На успех можно рассчитывать, когда умный инвестор, понимающий принципы научной реставрации, находит команду талантливых культурных менеджеров, рассуждает он. «Большинство новых владельцев усадеб уповают на агротуризм, проведение свадебных церемоний, но это не окупает затраты на реставрацию и содержание усадьбы (от 200 миллионов до бесконечности). Поэтому стадий, собственно, три — приведение усадьбы в порядок, наполнение ее жизнью и ожидание часа Х, когда это все окупится. Пока ни одна усадьба с 1989 года не окупилась. Но, если честно, это должно быть на совести социально ответственных бизнесменов. Они, вероятно, охотнее вкладывались бы в наследие в стране с более предсказуемым будущим». Или прибыльным настоящим, добавим мы, памятуя о Ковалеве как о сверхуспешном рантье. 


В Москве насчитывается более 320 объектов культурного наследия, 20% из них находятся в плачевном состоянии. Из-за низкого спроса в частные руки передано всего 30 усадеб.


Одним из тех, кто здорово научился монетизировать собственность, была ассоциация «Лермонтовское наследие» во главе с тезкой и родственником поэта по линии его двоюродного брата М. Ю. Лермонтовым, отреставрировавшая усадьбу Середниково, которую сейчас сдают внаем для проведения праздников. Например, знаменитого карнавала Midsummer Night’s Dream, на который из Москвы съезжается весь бомонд. 


Бывший главред издания «Ваш досуг» Антон Милехин в прошлом году был на этом празднике в роли фавна. Он вспоминает об усадьбе так: «Там красиво, но в темноте можно кое-где ноги переломать — впрочем, у меня были лапки. Если у вечеринки и были проблемы, то это точно не из-за атмосферы самой усадьбы, она точно не кажется новоделом вроде Измайловского кремля, и вообще там было здорово».


undefined
Никольская церковь, одна из самых поздних построек в составе усадебного комплекса Фото: © ru.wikipedia.org

Гнилорыбов также сторонник передачи проектов «своим»: «Я всегда предпочту видеть во главе усадебного комплекса прямого наследника, потому что тень пращура будет сопровождать этого человека всегда и напоминать о недальновидных поступках. В Середникове довольно живенько в последние годы, есть большой поток не только «автобусных» туристов, но и одиночных путешественников из Москвы. Толстые, например, руководят Ясной Поляной и уже включили в орбиту кластера другие усадьбы области, связанные с именем предка. Совместно с РЖД они отреставрировали станцию Козлова Засека, которую смело можно назвать одним из лучших проектов по сохранению железнодорожной инфраструктуры».


Однако среди аристократов нерачительных владельцев едва ли меньше, чем среди нуворишей. Им просто не хватает денег.


Тезка Ковалева-бизнесмена, Андрей Алексеевич Ковалев, знаменитый искусствовед, напоминает, что особенно остро стоит проблема икон, должное хранение которых не могут обеспечить ни представители церкви, ни коллекционеры.


Он вспоминает историю с передачей Торопецкой иконы Божией Матери, равных которой в России не более десяти, из Русского музея фактически в частные руки бизнесмена Сергея Шмакова. Он выстроил на берегу Княжьего озера элитный коттеджный поселок и храм, где вроде как и держит теперь сверхценное произведение. В результате хранения у Шмакова икона покрылась «грядками» — то есть попросту вздулась. «В каком состоянии она сейчас — неизвестно, как и те иконы, которые забрала церковь», — замечает искусствовед.


undefined
Восточный флигель Фото: © ru.wikipedia.org

Ковалев отмечает, что в большинстве случаев мы вообще ничего не можем сказать о состоянии произведений, переданных в частные коллекции. «Если речь о современном искусстве, то мы очень плохо знаем, что с ним происходит, за исключением десятка ответственных коллекционеров, которые издают каталоги. А о тех, кто покупает лично, мы ничего не знаем — мы даже примерно не можем оценивать объем, не говоря уже об оценке качества проведенных работ».


Тем не менее оставлять в руках государства усадьбы нельзя, это признают все: на реставрацию нет денег. В Москве уже давно действует программа «Рубль за квадратный метр», в Подмосковье — губернаторская программа «Усадьбы Подмосковья». О необходимости пустить усадьбы с молотка говорил и федеральный министр Мединский.


Как уверен Павел Гнилорыбов, качество должно быть на совести социально ответственных бизнесменов. Господин Ковалев, ваш ход.