Экс-футболист сборной России Соломатин — об участии в СВО: Пошел по зову сердца, пока другие пьют лавандовый раф и не видят угрозы

Экс-футболист сборной России, чемпион и обладатель Суперкубка в составе ЦСКА Андрей Соломатин с началом СВО вместо защитника на поле стал защитником Родины, летом 2023-го пойдя добровольцем в фанатский отряд «Эспаньола». Сейчас Андрей на «гражданке», но снова собирается туда, где заканчиваются иллюзии и слетают все маски — на поле боя. В интервью Daily Storm Соломатин рассказал, как сидел в окопах, попадая под артобстрелы и укрываясь от вражеских «птичек». Но ехал в зону СВО мужчина не за адреналином (его хватало и за годы карьеры), а за правдой, как признается он сам в начале беседы.

— Андрей, расскажите, чем вы сейчас занимаетесь? Надолго ли в Москве?

— Я пока на «гражданке». У меня 1 января закончился пятый контракт. Пока нахожусь в столице. Создал благотворительный фонд своего имени, который будет работать во благо России. Основные задачи — поддержка детей на новых территориях, помощь парням, выполняющим боевые задачи, и тем ребятам, которые уже вернулись на «гражданку», но у них в жизни есть сложности. Это касается ветеранов боевых действий. В ближайшее время я планирую обратно вернуться на фронт. В это время мои близкие друзья, соратники будут заниматься вопросами моего фонда.

— В 2007 году вы закончили карьеру футболиста в московском «Торпедо». Легко ли далось это решение?

— У всех по-разному складывается карьера и жизнь. Я был более-менее готов к тому, что рано или поздно придется заканчивать с футболом. Тянуло ли потом на поле? Бывает, и сейчас снятся футбольные сны, но редко. После завершения карьеры еще бегал с ребятами, участвовал в ветеранских матчах. Но в последнее время не до футбола. Жизнь разделилась на до и после 2022 года, когда началась СВО. Футбол и все, что с ним связано, осталось пока в прошлом. Все это на втором плане теперь.

— Кто ваши главные друзья в футбольном мире?

— Сейчас я общаюсь с единицами. Все друзья теперь — боевые братья и сестры! Не так много контактов из футбола у меня. Один из тех, с кем общаюсь, это Сережка Семак из «Зенита». От Богданыча была поддержка, а также от Евгения Калешина. Но никто из игроков, с которыми делили раздевалку и бились вместе на поле, от меня из-за участия в СВО не отвернулся. Такого, к счастью, не было.

— А вы никогда не хотели стать тренером во взрослой команде мастеров?

— У меня какой-то был минимальный опыт, когда я работал в академии «Чертаново». С некоторыми воспитанниками (и их родителями), такими как Макс Витюгов из «Крыльев Советов», поддерживаем дружеские отношения. Команда тогда формировалась во Второй лиге, и в принципе задумывался о том, чтобы стать тренером. Но появились нюансы, из-за которых не вышло стать наставником.

— Андрей, вы влились в ряды отряда «Эспаньола» в июле 2023-го. Как долго думали над таким решением? Что стало решающим фактором для вас?

— Первый раз после начала СВО я приехал в Донецк в октябре 2022 года. Когда узнал о формировании отряда из футбольных фанатов. Это те ребята, с кем я не жалел сил на трибуне и ездил на выезда. Вначале «Эспаньола» входила в состав батальона «Восток». Я пробыл с ними неделю в Донецке и уже тогда не хотелось уезжать. Зародились мысли: «Я сюда еще вернусь». Потом раз в месяц мы привозили ребятам в Донбасс необходимые вещи. А спустя время сел с командиром «Эспаньолы», поговорили, и я решил стать их новой боевой единицей.

— Ощутили поддержку семьи на тот момент?

— Перед отъездом на фронт я встретился с двумя дочерьми. Они уже взрослые. Но все равно, конечно, немного подопухли от этой новости. Первое, что сказали: «Пап, ну ты там хотя бы голову включай». Про меня ранее один из тренеров, Михаил Данилович Гершкович, говорил, что я самый безбашенный футболист, кого он знал. Жена меня тоже, конечно, поддержала.

— Вы в бытность игроком, кстати, следили за политикой или же только в последние годы стали интересоваться этими процессами?

— Нет. Я был просто футболист со своим обычным бытом. Тренировки, база, игры. Не погружался в это все. Уже после завершения карьеры стал больше анализировать, смотреть на что-то со стороны.

— С января по июль 2005 года вы выступали в чемпионате Украины за ФК «Оболонь» (Киев). Замечали уже тогда особое настроение и отношение к русскоговорящим и в целом к россиянам?

— Помню, как в Киеве расцвели каштаны весной. Очень понравился город. Но абсолютно, даже близко, не было никакой русофобии! Даже «москалем» не называли! На тот я вообще был первым легионером в истории ФК «Оболонь». Нападок не было никаких. В 2010-м или 2011-м я со старшей дочерью (она теннисом занималась) приезжали в Киев на турнир. Мы не слышали обзывательств либо угроз от местного населения. Но, как видим, все перевернулось очень быстро... [Оранжевая революция на Украине проходила с 22 ноября 2004 года по январь 2005-го, Примеч. Daily Storm]

— Так откуда все же взялось, на ваш взгляд, негативное отношение к русским на Украине?

— Понятное дело, что украинцев долго готовили на Западе к тому, что образ России — вражеский. Еще вспомните поговорку: «Когда родился хохол — еврей заплакал». Почему во времена Великой Отечественной войны условно 100 белорусов уходили в партизаны, а 100 хохлов — в полицаи? Вот и весь ответ. Не считаю, что они прямо братский народ. Западная часть Украины всегда была настроена против русских. Я с детских лет запомнил, когда тренировался в «Лужниках», и приезжало киевское «Динамо», что уже тогда было разделение на «москалей» и «хохлов».

— Андрей, придя в «Эспаньолу», вы ощутили к себе какое-то особенное отношение? Все же не каждый день бойцом становится участник чемпионата мира по футболу...

— Когда я первый раз в 2022 году приехал к ребятам, то узнал, что одни за меня болели как футболиста, а другие ненавидели. В «Эспаньоле» ведь плечом к плечу бились фанаты разных группировок — «Спартака», ЦСКА, «Зенита», «Локомотива» и других. Раньше они бились друг против друга, а теперь все клубные пристрастия отброшены в сторону. Потому что цель у всех одна — победить врага. Конечно, не обходилось без дружеских подколок. Например, спартачи могли пошутить над моим «конским» [принадлежностью к ЦСКА] прошлым. Я в одной «располаге» полтора года вместе прожил с ярым болельщиком «Спартака» с позывным «Майор». Он мне сам говорил: «До войны не мог представить, что с «конями» за одним столом окажусь, а не то что жить буду вместе!». Общался я и с олдовыми ребятами из «Зенита». Один с позывным «Невский» вспоминал, как совсем, мягко говоря, не по-дружески кричал в мой адрес с трибун. Сейчас же все стали близкими братьями среди фанатов.

— У вас не было опыта службы в армии. Насколько тяжело все-таки было окунуться с головой в боевые будни?

— Я рядовой запаса. Числился в армии, пока играл за ЦСКА. Приняли присягу — и уехали. Но на фронте далось все в принципе достаточно легко. Потому что бывал на полигонах, иногда постреливал. Когда уже очутился в отряде — каких-то лютых сложностей не было. «Физуха», понятно, не такая, как в футбольные времена. Но оказавшись один раз под серьезным обстрелом (мы с командиром бежали из одной лесной посадки в другую) — силы сразу же появились! Тяжело, но бежать надо! Жить-то охота... Причем сложность в том, что ты бежишь по пересеченной местности и еще под ногами может валяться непонятно что.

— Какими видами оружия уже успели овладеть?

— Из автомата, гранатомета, пулемета стрелял. Также доводилось управлять ударным беспилотником. Кроме того, когда приезжал на позиции нашей артиллерии — стрелял по врагу из пушки. В плане стрельбы есть еще над чем совершенствоваться. Пытался сбить дрон, помнится, но не вышло. Сделать это, стреляя из автомата, сложно. Например, из ружья (когда разлетается дробь) это проще. Но стрелять мне нравится. Это охрененно!

— Вам уже приходилось стрелять в людей?

— Пока такого не было. Готов ли морально? Не надо просто думать долго. Если задумаешься — тебя уже не станет. Тут либо ты, либо тебя. Третьего не дано!

— Но были моменты, когда могли реально стать «двухсотым»?

— И не один раз. Вспоминается история, как впервые попал на линию боевого соприкосновения. Проехались по базам с командиром и попали под обстрел кассетными боеприпасами. Когда над тобой мины летят — упал — потом бежишь дальше. Мы успели добраться до одной из посадок, где был блиндаж. Но не совсем надежный и крепкий. Пересидели там. А я думаю: «Это же опять бежать скоро надо, а «квадрики» (квадроциклы, —Примеч. Daily Storm) оставлены далеко». Обстрел был достаточно мощный. Но ничего, вернулись на базу, добежали. Спустя время я понял, что у каждого человека свой жизненный путь. Как ты его пройдешь — уже от тебя зависит. Если не искать на жопу приключений, быть постоянно в тонусе — наверное, все будет нормально.

Вторая ситуация: мы сидим на позиции в посадке и видим, как летит FPV-дрон. Командир кричит: «Воздух». До блиндажа было далеко бежать. Мы лежим под деревьями. «Птица» над нами зависла, видимо, заряд заканчивался. И совсем рядом она разорвалась. Было достаточно шумно. Ну и, как вы понимаете, таких моментов было много...

— Вы в «Эспаньоле» спустя время стали замкомандира по технической части. Чем приходилось заниматься в первую очередь?

— Так точно! Отвечал за то, чтобы вся техника была в постоянной боевой готовности, парк обновлялся, запчасти были и все работало. Мне как завхозу надо было все достать, что нужно бойцам для выполнения задач.

— Знаю, что вы занимались также тем, что искали спонсоров, которые бы помогали на фронте, в сфере спорта. Кто откликнулся на ваши просьбы?

— Нас активно поддерживало ФАУ МО «Центральный спортивный клуб Армии» (ЦСКА) и лично его руководитель полковник Артем Валерьевич Громов. Хоккейный, футбольный, регбийный ЦСКА помогали нам. Была ли помощь от других клубов? Пусть все останется на совести тех, кто обещал и остался в стороне...

— Как полагаете, когда СВО завершится?

— Все закончится, когда мы выполним все поставленные перед нами задачи Верховным главнокомандующим.

— Некоторые российские политические деятели и партии призывают руководство страны немедленно закончить боевые действия с Киевом и сесть за стол переговоров. Что скажете в ответ на такую позицию?

— Я бы таких «обнулял». Потому что ******* они конченные! Наши деды когда-то дали уйти части этой фашистской шайки. Сейчас там, на Украине, уже пятилетние дети кричат: «Будем резать русню». Детей этому учат в их школах. Поэтому если сейчас СВО закончить — потом все равно наши дети, внуки снова будут участниками конфликта.

Это [критики СВО] пятая колонна. Мы боремся не только с внешним врагом, надо еще и внутреннего врага победить.

— А как вы относитесь к россиянам, которые из-за СВО покинули страну и выступают против боевых действий?

— Пошли они все *****. Будь они прокляты! Они говно! Пусть горят в аду. Для них там будет отдельный котел.

— Вам могут возразить и те, кто остался в стране и просто хочет жить, а не воевать...

— Знаете, если все люди были одинаковыми — мира бы не существовало. Ничего с этим не сделаешь. Мы победим, когда в обществе будет единство и все станут подвержены общей цели и идеи. Тогда и лавандовый раф кто-то будет пить на Патриках, отправляя «квадрики» на фронт. Считаю, когда общество будет единым кулаком — тогда все пойдет быстрее!

— Новая мобилизация, на ваш взгляд, необходима?

— Она не нужна. Без тыла нет фронта. Ребята сейчас (и добровольцы, и регулярная армия) справятся и выполнят поставленные задачи.