Как живут «вагнерята» после гибели Пригожина. Глава молодежного клуба ЧВК рассказал о будущем проекта, драках из-за Z-символики и планах на гранты

В марте 2023 года в «ЧВК Вагнер Центре» открылся молодежный клуб «Вагнеренок». Целью клуба организаторы обозначили воспитание в детях и подростках любви к Отечеству. Однако после 17 июня страницы «Вагнеренка» в социальных сетях замолчали — ни одной публикации, деятельность самой «ЧВК-пионерии» заметно поутихла. В интервью Daily Storm Александр Тронин, руководитель клуба, рассказал, что работать «Вагнеренок» будет и дальше. Более того, они хотят зарегистрировать юрлицо и развиваться уже на городских площадках. 

— Расскажите, как сейчас работает ваш клуб? Вы сказали, что деятельность продолжится… В каком формате?

— Клуб продолжит деятельность в любом случае. Чтобы ни случилось, цели и задачи поставлены. События трагические [гибель Пригожина и других руководителей ЧВК], но нужно продолжать в новых реалиях существовать. Мы сейчас решаем юридические вопросы, и с сентября-октября деятельность клуба возобновится. 

— При с этом с 17 июня социальные сети клуба не обновлялись. Почему?

— Да, мы не обновлялись, но встречались, проводили учредительные собрания, это все было не для публикации в нашей группе. Потому что мало кому интересно. Деятельность публичную мы приостановили до сентября-октября по ряду причин: внесение меня в персональные санкции Евросоюза, определенные нападки со стороны врагов… И мы до сентября деятельность не освещаем. Но это не означает, что мы прекратили работать, — просто все ждут отмашки. Ждем решения юридических вопросов и продолжаем деятельность по патриотическому воспитанию.

— Вы говорите о каких-то нападках. Можете рассказать, что вы имеете в виду? 

— Конечно, расскажу! [Однажды] я возвращался домой. И встретил человека, который спросил у меня: «Вы Александр Тронин?» Я отвечаю: «Ну, я Александр Тронин, а кто спрашивает?» Он ответил: «Что вы букву Z носите? Вы за Путина выступаете?» Ну и началось все в таком духе. Он начал говорить, как будет русских уничтожать, сказал: «Снимай букву Z и извиняйся». Я ответил, что сделаю это только через мой труп. 

В итоге он попытался меня ударить, я его нормально приложил, скрутил. Ну в глаз получил, конечно. И он успешно убежал. Я написал заявление в полицию, но два месяца прошло, а оно рассмотрено не было. Вот недавно написал заявление в прокуратуру, чтобы как-то процесс ускорили.

Поэтому в целях безопасности наших ребят деятельность мы пока не освещаем в группе. «Вагнер Центр», как заявляла пресс-служба будет продолжать свою деятельность в другой форме. Мы сейчас там не собираемся.

К тому же были ребята, которые пострадали во время теракта на Университетской, где погиб Владлен Татарский. Было принято решение, что пока мы не закончим с регистрацией и не поймем, в какой форме вести деятельность согласно законодательству, пока публиковать ничего не будем. Но люди есть, встречи проходят в закрытом формате, приходят даже новые люди. Все в бодром здравии и в приподнятом настроении, все ждут начала деятельности. Сейчас мы пытаемся разобраться, как можно на благо России деятельность продолжать. Прежде был Евгений Викторович, к которому можно было обратиться, и сейчас, конечно, непонятно что… Но забрасывать мы не планируем. 

— Сейчас вы где собираетесь вообще? На каких площадках? 

— Пока что арендуем частные помещения, конференц-залы. Например, так проводили организационные собрания. И проводим также дистанционно. Касаемо городских площадок — не могу пока ничего говорить, пока мы не зарегистрированы. Пока нас нет как юрлица для государства, никто не будет диалог с нами вести.

— После регистрации вы наверняка планируете подаваться на гранты… Часто объединения так делают. 

— Безусловно. Это один из поводов, почему мы собираемся получить регистрацию. Многие проекты наши ребята предлагали государству, но не было возможности их реализовать. Как общественное движение мы сможем это сделать. 

— Нынешнее название клуба «Лидер» было не всегда. Был «Вагнеренок». Было много споров, название сочли достаточно фривольным…

— Радикальным. 

— Да. Вы поменяли название после хейта, который пошел в соцсетях? И вообще, откуда оно пошло? 

— Все предельно просто. Когда мы только пришли в «Вагнер Центр», нас так называли резиденты. «Вагнерята, вагнеренки». Молодежкой занимаемся, и такое название прижилось. Свое, внутреннее. И потом это все начало расходиться, разошлось как снежный ком — и название закрепилось. Мы не придумывали название, всегда были «Лидером». Кому как удобно. Ни с кем не согласовывалось, пошло с низов.

— Сколько всего сейчас людей в «Вагнеренке»?

— 74 человека. Активных участников, кто во внутреннем чате. Тех, кто готов завтра начать работать. Но самих людей больше. Если поднять спящие ячейки, базу данных, то людей будет больше. 

— Вы упомянули Пригожина, сказали, что можно было к нему по каким-то вопросам обращаться. При этом есть точка зрения, что именно он вас назначил, грубо говоря, на пост. Развейте слухи. 

— Это все слухи. История была очень простая. Думаю, если вы расскажете это, я готов поделиться. Я раньше работал у Владимира Вольфовича Жириновского, возглавлял молодежную организацию ЛДПР в Санкт-Петербурге, был членом молодежного парламента и занимался вопросами молодежной политики. Когда пришло новое руководство, мы не совсем сошлись в интересах. Я на тот момент вынужден был уйти, и получилось так, что судьба нас привела в «Вагнер Центр». Евгений Викторович нам не предлагал что-либо делать, он писал об этом в своем канале. Я просто пришел и сказал, что есть ребята и мы хотим заниматься патриотическим воспитанием. Евгений Викторович знал об этом, ему докладывали, со слов его коллег. 

Это было больше автономное объединение, мне дали возможность работать. Это было неоплачиваемо, все было на общественных началах. После ситуации с «Киберфронтом» (речь идет о гибели военкора Татарского на встрече «Киберфронта Z». — Примеч. Daily Storm) мы один раз встречались с Евгением Викторовичем. Я задал ему вопрос: «Что вы думаете о работе с молодежью?» Он мне тогда ответил, что что бы ни случилось, мы все делаем правильно. «Ребята, продолжайте, сейчас это важно». Потому что если не будем заниматься мы, то займется кто-то другой. Лично я не собираюсь останавливаться на этом. Люди есть, медийность есть, что-нибудь придумаем. 

— Мне кажется, все мы знаем «Кепку Пригожина». И я видела, что Пригожин сам говорил о своей роли в проекте. Но хочу узнать вашу точку зрения: вы координировали свою деятельность с Евгением Викторовичем? По вашим рассказам получается, что непосредственной координации не было, просто был определенный вектор…

— Поскольку мы находились на площадке центра, мы согласовывали все действия с руководством «Вагнер Центра». С пресс-службой и с руководством. Конечно, дергать Евгения Викторовича по таким вопросам я считал не совсем правильным, потому что у человека были более важные задачи. У него не было времени заниматься молодежкой. Я все обговаривал с людьми рангом пониже. Но было бы не совсем верно решать что-то отдельно. Все согласовывалось. 

— Сейчас деятельность клуба, так или иначе, приостановлена. Планируете ли вы сотрудничать с ЛДПР? У вас были совместные мероприятия с Василием Власовым, например… Думаете об общих проектах?

— С Василием Власовым взаимодействие не продолжаю. По определенным причинам. С ЛДПР — не знаю, все зависит от позиции руководства. Если пойдут на диалог, не исключаю. Но с Василием Власовым уже не взаимодействую. 

— С чем это связано?

— Это личные причины, о которых неправильно с моей стороны заявлять. Но я не совсем могу поддержать действия, которые в июне произошли. И, конечно, ЧВК «Вагнер» — герои, которые брали Бахмут. Евгений Викторович всегда был человеком жестким, он был нужен стране в моменты, когда он мог встать на защиту Отечества. Но в той ситуации погибли люди. Не мне судить, но пролилась кровь русских солдат. Я не могу поддерживать это как гражданин России. Но я не умаляю заслуг Евгения Викторовича в рамках СВО. 

— Если говорить не о Власове, а конкретно об ЛДПР — допускаете ли вы возможность объединения с молодежной организацией, если предложение поступит?

— Конечно, нет. Я честно готов сказать. Мы работали с определенной командой в ЛДПР. Есть наставник, который меня многому научил. Это мой бывший координатор, Станислав Пайкин. Получилось так, что вместо людей достойных пришли недостойные. Нарушив все договоренности, провели рейдерский захват, сорвали конференцию. Честных людей, которые работали на благо партии, уволили, очернили репутацию. 

Если диалог будет возможен с московским руководством — готов пообщаться. Если будет найден компромисс. Должны быть в политике определенные принципы.