«Если законодательство РФ это нарушать не будет, то почему бы нет?» Профсоюз «Курьер» не против повторить успех «желтых жилетов» во Франции

Профсоюз «Курьер» возрождается из пепла после гонений за организацию забастовок против «Яндекса» и Delivery Club. Член обновленного формирования Юрий Агеев в интервью Daily Storm рассказал, как был реорганизован профсоюз и готов ли к решительным действиям подобно протестующим во Франции. Активист также поведал о проблемах и страхах курьеров. По его словам, работники сферы по-прежнему получают необоснованные штрафы, но пока боятся открыто бороться за права. Сколько на самом деле зарабатывают курьеры, как спасаются от атак беспилотников и как умудряются выбивать из корпораций положенные выплаты — в материале Daily Storm.

Новый профсоюз без «головы»

— Правильно ли я понимаю, что после временного перерыва профсоюз «Курьер» возрождается? С чем был связан перерыв?

— В 2022 году профсоюз поддержал забастовку курьеров Delivery Club. По ее результатам часть требований была удовлетворена, но главная проблема осталась — необходимость перехода курьеров на трудовой договор. В ходе протестов тогдашний лидер Кирилл Украинцев был арестован и осужден за несанкционированные митинги. Началась кампания за его освобождение. Многие организации поддержали профсоюз, от КПРФ до простых блогеров.

Украинцева освободили примерно на год раньше срока, потому что была активная поддержка масс. Волна пошла, удалось повлиять на решение. После освобождения сам Украинцев отказался от продолжения деятельности. Мы его не осуждаем, большое ему спасибо за все сделанное. По-человечески его понять можно.

Часть людей, активно принимавших участие, ушла, потому что боялась репрессий либо санкций в отношении себя. Часть людей ушла, потому что их устроили поблажки, которых удалось добиться от компаний. На какое-то время профсоюз по сути состоял из одного человека. Но так как основные проблемы между курьерами и агрегаторами не были решены, то сама идея осталась. Реакцией стало объединение людей заново.

Пришли активные люди, которые связались с прошлыми владельцами групп, проявили инициативу и продолжили дело профсоюза. Тот единственный продолжатель нес знамя до последнего и решил тоже отойти от дел, когда люди начали приходить. Сейчас состав профсоюза полностью обновился. Никого, кто был раньше, там не осталось.

— Сколько человек сейчас состоит в профсоюзе?

— Всего очень сложно сказать, потому что в сам профсоюз люди достаточно редко вступают. Есть, кто вступает. Есть, кто активно себя ведет. Есть, кто оказывает поддержку в чатах. Поскольку для многих курьерство — это не основной тип занятости, а временная подработка, то большая текучка кадров идет.

Как таковых руководителей у нас нет. Все решается на демократических основах. Да, были председатели раньше, но после определенных событий мы отказались от этой модели. Сейчас около 10 постоянных членов в профсоюзе, которые занимаются именно организационной работой. Активных у нас около 30 человек. Для страны это маловато. Но пытаемся нарастить численность. В самих чатах нас около 7-8 тысяч.

— Если удастся собрать большое количество организованных людей, то есть ли у вас планы по созданию политической силы, чтобы влиять на политику в стране? Как, например, это было с «желтыми жилетами» во Франции или со «Студенческим списком» в Сербии.

— Конечно, нам бы хотелось такого. Если такой вариант будет доступен и законодательство РФ это нарушать не будет, то почему бы нет? Но мы так далеко еще не заглядывали. Когда наберется определенная численность, то вынесем вопрос на общую повестку и всеобщим голосованием примем решение. Это будет коллективное волеизъявление. 

— Многие из действующих руководителей профсоюза сами работали курьерами?

— Да, есть те, кто просто проявил инициативу и желание помочь. Большинство сами курьерят.

— Несколько лет ничего не слышно о прошлых руководителях профсоюза – освободившемся из тюрьмы Кирилле Украинцеве и Максиме Шульгине. Где они сейчас? Вы поддерживаете с ними контакт?

— Мы не знаем, куда они делись. Они полностью ушли из медиапространства. Никаких контактов они не поддерживают. Как я понимаю, живут обычной жизнью, стараясь нигде не светиться.

— В каких городах и фирмах работает больше всего участников профсоюза?

— В основном это Санкт-Петербург, Москва. В остальных городах намного меньше. В Краснодарском крае вообще есть только один человек. Основное место работы курьеров профсоюза — «Яндекс» (Еда, Доставка, Лавка), потом идет «Магнит-Доставка», местные доставки такие как Вкусвилл, и более мелкие.

— Ваш профсоюз построен на левой идеологии? Не отпугивает ли наличие идеологии потенциальных участников?

— Сама идея профсоюза и отстаивания прав рабочих является левой. Если человек хочет бороться за права, проявлять солидарность с коллегами по цеху или просит справедливости для рабочих, то он со временем приходит именно к левой идее создания профсоюза. Мы не навязываем присоединяющимся свои убеждения. Если человек не согласен с нами во взглядах, но активно помогает агитацией, решением проблем, то мы только рады таким людям.

— Курьеры охотно обращаются к вам за помощью или чаще боятся последствий?

— Обращаются очень часто. За юридической помощью — для составления досудебных претензий, консультаций. Часто бывает, что просят анонимности, если публикуем их истории. Но бывает и так, что рассказывают, в каком конкретно агрегаторе какая проблема приключилась, и делятся подробностями.

Курьеры обращаются из-за специфики работы: мы сами по себе. У курьера, кроме телефона, сумки и средства доставки, ничего нет. Когда что-то случается, ему не к кому обратиться и спросить, что случилось. Ему могут заблокировать аккаунт без объяснения причин и лишить доступа к работе. Единственный, кто может ему в такой ситуации помочь — это именно профсоюз.

— Можно ли считать курьеров потенциально протестной средой, готовой бороться за права?

— На данный момент — нет. Потому что сейчас профсоюз сильно раздроблен после всех событий. Это отпугнуло очень много людей, они не верят, что вообще можно добиться каких-то постоянных результатов. Для нас главная задача — привлечь максимальное количество участников. Показать, что есть люди, готовые бороться и отстаивать права, менять жизнь в лучшую сторону.

— Несколько лет назад у вас был конфликт с соратниками из Революционной Рабочей Партии, после которой вы с ними перестали сотрудничать. С какими левыми организациями и профсоюзами вы союзничаете сейчас?

— На данный момент сотрудничаем с Российским Трудовым Фронтом (РТФ), «На равных» и другими левыми движениями. Когда начинали свою агитацию, делали рассылку в различные группы с целью осветить ситуацию. Некоторые откликались, делали репосты. Те же РТФ и «На равных» очень помогают нам по юридической части. В профсоюзе состоят курьеры, которые не имеют юридического образования, и нам приходится самим разбираться в законах.

— Как вы относитесь к легальным профсоюзам типа ФНПР, которые сотрудничают с государством?

Любое объединение, выступающее за права рабочих — это только плюс. Но надо судить по результатам деятельности, чего они добились. Надо, чтобы профсоюз был не просто названием, а подразумевал реальную защиту рабочих. Но с государственными профсоюзами тяжело взаимодействовать. Мы по крайней мере не видим от них активной деятельности. Все заканчивается на уровне слов.

— Сейчас идет суд над лидером профсоюза Wildberries Александром Швецом. Не боитесь, что и вас могут попытаться закрыть?

— Мы выступаем за поддержку Швеца, потому что считаем, что он прав. Каких-либо нарушений, которые ему пытаются вменить, он не совершал.

Закрыть нас уже пробовали. Мы, конечно же, боимся. Когда было давление, мы поняли, что держаться на одном человеке, лидере или председателе, нельзя. Без него организация может развалиться. Мы перешли к коллективному принятию решений. Когда с одним из нас что-то случится, остальные смогут спокойно действовать. Стараемся сохранить анонимность. Многие члены профсоюза этим озабочены и не хотят себя афишировать во избежание гонений. 

— Хотели бы зарегистрировать свой профсоюз и действовать как легальная организация?

— Сейчас нет. Потому что если мы зарегистрируемся официально, это накладывает определенные обязательства. Мы сейчас действуем неофициально. Как наберется определенное количество людей и поддержка со стороны курьеров, можно уже подумать об официальной регистрации.

О мигрантах и зарплатах

— В конфликтных ситуациях вам удавалось напрямую выйти на руководство сервисов доставки? Или все оседало на уровне электронной почты и службы поддержки?

— Если рассматривать именно крупные компании, тот же «Яндекс», то напрямую выйти там достаточно тяжело. В крупных городах есть курьерские центры, куда можно прийти и поговорить непосредственно с человеком о штрафах или блокировке аккаунта. Но это в основном Москва и Петербург. В малых городах курьеры общаются только через приложение.

Звонить куда-то — попадаешь на ботов или можешь просто не дозвониться. В других доставках, например в «Магните», есть точки, где находится главный, он выступает в роли компании как юрлица. К нему тоже можно обратиться напрямую.

— С какими проблемами курьеры обращаются к вам чаще всего? Как изменился характер этих обращений за последние годы?

— Чаще всего сталкиваются с корректировками, то есть с необоснованными штрафами. Курьер доставил заказ, а на следующий день приходит корректировка за вычетом этого заказа с пометкой, что он его не доставил, а выкинул или съел. Оспорить это можно только с помощью фото или видеозаписи, подтверждающей, что ты доставил. У курьера может быть 20–30 доставок за день, он не сможет каждую доставку снимать на видео.

Второй по популярности случай — блокировка аккаунта. Часто происходит из-за технических моментов, хотя человек ничего не нарушал. Может быть блокировка или штраф, если пытаешься отстаивать права. В таких случаях мы помогали составить досудебные претензии, после чего ситуация разрешилась. Много обращений пошло по электротранспорту. Курьеры его берут в аренду, и по возвращении им делают вычеты якобы за поломки и дефекты.

— Как часто в спорных ситуациях руководство идет навстречу курьерам?

— зависит от того, насколько настойчив будет сам курьер. Досудебные претензии помогают в большинстве случаев. Именно довести дело до суда и судиться — это большая редкость. В основном, когда компания видит, что человек настроен серьезно и намерен идти до конца, и есть поддержка со стороны других курьеров, то в этом случае чаще всего фирма идет навстречу, снимает блокировки, отменяет корректировки. Но важно отметить, что до этого момента оказывается большое давление на курьеров. Есть случаи, когда поступали угрозы с требованием прекратить это делать.

— Часто новости пестрят заголовками про баснословные зарплаты курьеров. Сколько на самом деле в среднем зарабатывает курьер в столице и по стране?

— Реклама на каждом углу обещает курьерам от 100 до 200 тысяч и больше. Обычно еще в такой рекламе изображен довольный улыбающийся курьер, который рад своей работе. Это все — красивый маркетинг, чтобы привлечь как можно больше людей в курьерскую сферу. Чем больше людей придет, тем проще агрегаторам удерживать минимальную оплату труда.

В Москве и Питере при графике 7/0 и при работе 14 часов в день есть возможность выйти на сумму 100–120, может даже 150 тысяч. Особенно если будет большой спрос из-за погодных условий: дождь, гроза и т. д. В городах поменьше, например, в Сочи, обращались курьеры с зарплатой в районе 50–70 тысяч. Но это все до вычета налогов, аренды и расходников во время работы.

— Как изменилась оплата и условия труда курьеров за последние годы? В худшую или лучшую сторону?

— Частично стала лучше, потому что идет развитие электротранспорта. На электровелосипеде доставлять проще и быстрее. За счет этого ты можешь больше заработать. Пеший может выполнить в час два заказа, а на электровелосипеде четыре. Каких-то положительных условий оплаты заказа от самих агрегаторов или платформ не видно. Наоборот, идут какие-то перерасчеты, понижения коэффициентов, сложные проценты. Очень тяжело отследить и понять, когда зарабатываешь больше, а когда меньше.

— Опишите портрет среднестатистического курьера. Пол, возраст, образование, причины работы курьером.

— Большинство пока еще парни, хотя справедливости ради в последнее время стало появляться много девушек. Это студенты и постарше, средний возраст — от 22 лет и выше. Но сейчас очень активно появляются школьники. После 9 класса, кому исполнилось 16 лет, начинают подрабатывать.

Приходят в профессию очень разные люди. Кто-то просто без иной работы, кто-то не нашел себя в своей сфере и переходит. Нет такого, чтобы кто-то с детства мечтал быть курьером. В основном идут туда из-за трудностей.

— Какой процент от ваших участников составляют мигранты? Часто ли они обращаются к вам за помощью? Боятся ли они бороться за свои права?

— Таких у нас совсем мало. Они действительно боятся обращаться. Есть проблемы с языковым барьером. Мигранты чаще обращаются с проблемами к своим. Они обычно живут вместе, пытаются решить вопросы через диаспору.

— Существуют ли мигрантские профсоюзы?

— Мы о таком не знаем. Если они и есть, то, скорее всего, немногочисленные.

— Что сейчас происходит с количеством курьеров? Есть ли дефицит работников или, наоборот, рынок переполнен?

— Сезонно. Летом в каникулы наплыв школьников, рынок переполнен. Ближе к зиме идет спад. Но людей все равно очень много. Дефицита нет. Несмотря на тяжелые условия и нюансы, постоянный приток людей есть. Чтобы начать, нужно всего лишь скачать приложение, взять сумку для доставки и какой-нибудь транспорт.

— Как ограничения на работу мигрантов в отдельных регионах отражаются на доставке?

— Когда был массовый отток мигрантов, кратковременно это дало небольшую прибавку к зарплатам курьеров. Спрос вырос. Но после этого численность быстро восстановилась, и цены опять упали. То есть это не сыграло для курьеров в лучшую сторону.

— Бурное развитие ИИ как-то повлияло на работу курьеров?

— В худшую сторону. Потому что в поддержке теперь тебе отвечает наш любимый искусственный интеллект. Он присылает стандартные отписки и фразы о том, что ничем помочь не можем. Машина не хочет разбираться в ситуации. Чтобы достучаться до живого оператора, нужно потратить не один час.

Еще столкнулись с проблемой после атак на дата-центры «Яндекса». Массово перестали работать приложения. Алгоритмы ИИ стали сбоить. Сама компания признала это, писала в приложении, что будут пересчитаны штрафы или выплачены бонусы. Уверен, что когда-нибудь они разберутся. Но когда человек курьерит, у него каждая копейка на счету. Ждать, пока компания хоть что-то выплатит ему через месяц, достаточно тяжело.

— Как еще повлияли на работу курьеров удары БПЛА по «Яндексу»?

— В городах часто объявляют беспилотную опасность. Согласно предупреждениям, нужно покинуть открытые места и где-то спрятаться. По своему опыту скажу, что курьеру тяжело это сделать, потому что у него идет таймер. Я сам обращался в поддержку — у нас объявили беспилотную опасность, что делать. Мне объяснили, что могут снять меня со слота, но мне поступит корректировка с вычетом за неотработанное время. То есть штраф, который ты не сможешь оспорить. Компания пытается погасить свои издержки.

— Что после вступления в силу закона о платформенной экономике 1 октября уже изменилось в работе курьеров?

— Пока ничего не изменилось. Должно пройти некоторое время. Потому что там оговорен срок, сколько самозанятый может работать с одним поставщиком. Это 6 месяцев, после этого компания больше не может с вами сотрудничать, нужно менять работодателя. Для курьеров тут нет никакой выгоды. Пока прошло мало времени, каких-то прецедентов или опыта с этим нет. Следим за ситуацией. Может, курьеров это и не коснется. Но мы выступаем за простое решение — трудовой договор.

— Если улучшение условий труда сделает доставку дороже, кто должен за это заплатить: платформа, магазин или покупатель?

— За хорошее качество услуг и сервиса понятно, кто должен платить. У нас есть различные уровни ресторанов, бюджетные и премиум-сегмента. Не думаю, что в бюджетном ресторане будет высочайший уровень сервиса. Если хотят именно улучшения качества доставки, чтобы не было жалоб на хамство, нарушение ПДД и прочее, то нужно повышать уровень мотивации курьеров. Чтобы он понимал, что не надо спешить, чтобы выполнить больше заказов, и не стоит хамить, а лучше быть вежливым.

Чтобы ответить на ваш вопрос, для начала нужно понимать, за что сейчас платят клиенты, сколько получают магазин, доставка и сам курьер. Если бы данные были в открытом доступе, то мы бы узнали, что компании по доставке, отчитывающиеся о больших прибылях, вполне могли бы немного повысить оплату труда курьеров.