Кому и какие сигналы послал Владимир Путин

За время почти четырехчасового общения с гражданами Владимир Путин ответил на 68 вопросов, касавшихся как внутренней, так и внешней политики. Всего в адрес президента обратилось около 2 миллионов граждан. Самым забавным, на что обратили во внимание телезрители, стали провокационные вопросы об уходе президента, игру в выборы и демократию. Эксперты и участники диалога считают, что эта технология была согласована главой государства, который таким образом показывал, что не боится самых острых тем.

Политолог Дмитрий Абзалов:  

– Сигналы Владимира Путина были прежде всего адресованы региональной элите. Они были даны по целому ряду направлений. От нее требуют большей самостоятельности и эффективности. От нее требуют большей ответственности и больше вносить в совокупный бренд власти, чем от него брать. Не прикрываться именем президента для решения всех, особенно социально значимых, проблем. Второе – это сигналы избирателям. Президент прошелся по всем электоральным группам, в том числе молодежи. Кроме того, он коснулся внешнего контура, дал сигналы основным игрокам в долгосрочной перспективе. Промодерировать все вопросы очень сложно, особенно во время прямой линии в интернете. Во-вторых, это сама позиция президента, который таким образом показывает что он не боится отвечать на любые вопросы.  Он показывает, что он готов работать в любой среде. Это показывает его как политика.

Руководитель политической экспертной группы Константин Калачев: 

– Главный сигнал — что он остается приверженцем эволюционного пути развития. То есть прорывов не будет, но для Владимира Путина стабильность — главная ценность и ответ на любые вызовы. Теперь о тех, кому он не послал сигналы. Корреспонденты попытались поставить в неловкое положение губернатора Иркутской области. Но президент на это не прореагировал. То есть внутри элитные разборки в этом регионе остаются внутренней проблемой, а не федеральной.  Если говорить о других главах регионов, то сегодня Путин был как никогда сдержан и спокоен. Ничего не было сказано ни про губернатора ХМАО Наталью Комарову, хотя то, что показали могло бы вызвать жесткую реакцию. Была тема по Ставропольскому краю, но потом Кремль сам стал опровергать его отставку.  То есть никакие головы не полетели, никаких замечаний в адрес силовиков или чиновников не было. Главный сигнал простой: в Багдаде все спокойно. Другое дело, что этот психотерапевтический эффект, на мой взгляд, уже идет на убыль.

Фото: © kremlin.ru

Генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов: 

 – Я услышал несколько сигналов. Первый, что нужно давать реальные ответы на запросы граждан, прежде всего, в сфере благосостояния. Это проявлялось во всем: и в реакции на состоянии в сфере ЖКХ, и на ситуацию с ветхим жильем – реновацию. Нужды и потребности людей – это главное. Второй сигнал по экономике. Нужно перезагрузить ее традиционный каркас, в том числе с помощью цифровых технологий. Президент говорил о новом технологическом плане вполне справедливо. Надо не почивать на лаврах, нефтяных доходах, не зависеть от внешнеполитической конъюнктуры.

Окружающая среда, чистота – это тоже тренд, который, как мне кажется, проходил через всю прямую линию. Владимир Путин убеждает и граждан, и бизнес пойти на экологические взносы, которые в итоге окупятся.

В целом, можно сказать, что прямая линия не была агрессивной, как ожидали многие. Критические замечания, которые звучали в адрес региональный властей звучали жестко, но было видно, что главное решить проблему, а провести в эфире кадровую ротацию. Путин демонстрирует спокойную силу, энергию. Это удалось.

Политик, участница прямой линии с президентом Ирина Хакамада:

— Да, действительно, на протяжении всего мероприятия на экранах в студии и на экранах тех, кто смотрел трансляцию в интернете, возникали вопросы, порой весьма смелые и прямые. Я полагаю, что так и было задумано. Но для самой прямой линии они не имели никакого значения, потому что президент на них не отвечал. Для зрителей и слушателей имели значение те вопросы, на которые Владимир Путин дал устный ответ.

Фото: © kremlin.ru

Руководитель Центра экономических и политических реформ Николай Миронов: 

– Увидел расплывчатость ответов на ключевые вопросы. Их собственно было два: доходы населения и состояние медицины. Вот на них не последовало четких ответов.В целом технологи явно старались создать хорошую успокаивающую картину. Они правильно уравновешивали вопросы, не замалчивали острые темы, но явно не проработано было содержание ответов, которые были в основном для лиц среднего возраста и старшего поколения. Это вообще был их формат. Но для молодежи не хватило как содержания, так и интерактива. Думаю, как минимум, молодежную аудиторию линия не зажгла. Прошло время, когда можно просто все свалить на чиновников на местах. Пришло время стратегических решений, хотя формат был не про это.

Глава Института избирательных технологий Евгений Сучков:  

­­­­– К сожалению, мне показалось, что эта прямая линия была слабее, чем предыдущие. Не было той энергетики, которую отмечали на предыдущих встречах. Если анализировать содержание прямой линии, то тот популизм, который власть демонстрировала в последние годы, себя исчерпал. В этот раз зашкаливало обилие и напряженность вопросов по экономической повестке.  

Профессор Высшей школы экономики, политолог Олег Матвейчев: 

–  Эта прямая линия прошла ровно. Но она и не задумывалась, как мост для некой экстренной связи по внезапным вопросам. Напротив, она стала своего рода пояснением позиции президента по главным сегодняшним вопросам внутренней политики. И надо заметить, что он весьма четко выразил свое мнение. Четко пояснил свою позицию по Исаакию, озвучил характер недавних оппозиционных выпадов, люди действительно использовали проблемы страны для пиара. На мой взгляд, получилась справедливая прямая линия с конструктивными и действительно волнующими население вопросами.