Заходи на «Огонек»: тройное убийство в станице Ладожская как наследие Цапков

В 2010 году в станице Кущевская Краснодарского края произошло массовое убийство, которое потрясло своим зверством всю Россию. Цапковская ОПГ убила 12 человек, среди которых четверо детей, в том числе и девятимесячная девочка.

Прошло семь лет, в ночь на 31 декабря 2017 года двое бывших добровольцев из Донбасса расстреляли в кафе «Огонек» станицы Ладожская троих человек. Причиной конфликта, по официальным данным, стала бытовая ссора: мужчины «зацепились» с отдыхавшими в кафе и подрались. «Шторм» выяснил, что в этом заведении уже не первый раз происходят кровавые разборки, а завсегдатаи кафе угрожают любому, кто там появится. Полиция не помогает, на вызовы в кафе не ездит, жалуются местные. Сломанные челюсти, поножовщина, взрывпакеты и бэтээры на улицах — в репортаже «Шторма» из станицы Ладожской. 

Преступность в Краснодарском крае никуда не исчезла, хоть губернатора и поменяли. Криминогенность региона усилилась еще и после военного конфликта на Украине: оружие из ДНР и ЛНР нелегально перевозится через границу. Диаспоры — армяне и цыгане — устанавливают свои порядки: угрожают, избивают, насилуют, а вернувшиеся из зоны конфликта добровольцы пытаются вернуть справедливость оружием и убийствами. Правоохранительным органам Краснодарского края закон не писан, у них судья — Хахалева.

Туман

До станицы Ладожской, где живет чуть больше 10 тысяч человек, от Краснодара — более полутора часов езды. Воскресный туман не дает разогнаться, машина едет медленно, водитель всматривается в каждый поворот. «Чуть не проскочили», — жалуется он и поворачивает на станицу. Над Ладожской плывет и вязнет в тумане колокольный звон — в восемь утра начинается воскресная служба.

У Свято-Успенского храма собрались казаки — человек двадцать. Разбившись на группы, они обсуждают тройное убийство, которое произошло в ночь на 31 декабря в кафе «Огонек», расположенном через дорогу от церкви. Сейчас кафе (арт-кафе, как уверяет вывеска) закрыто проржавевшими решетками. Только облезлые надписи приглашают провести здесь банкет или корпоратив. По соседству с ним находится одноименный детский центр. Ни охраны, ни сторожа у кафе нет.

«Да мы одного все не понимаем — как такое могло случиться вообще?» — возмущается один из пришедших к храму казаков. Местные рассказывают об Александре Ставичусе, одном из ладожских стрелков, только хорошее и удивляются: что могло его довести до убийства трех человек?

Тройное убийство

Видео с камер наблюдения кафе «Огонек» появились в Сети уже на следующий день — 31 декабря. На записи видно, как двое мужчин заходят в кафе. У первого в руках автомат, у второго нож. Человек в маске, Александр Ставичус, вскидывает оружие, открывает огонь и на ходу попадает в стоящего у бара Артема Мирзояна. «Там до бара расстояние — шагов 10-15 от входа, если бы пьяный был — всех бы положил», — делится мнением местный казак Денис.

Стрелок выходит из поля зрения камер и проходит в другое помещение, где убивает диджея кафе Романа Сиракосяна. Выйдя из «Огонька», Ставичус открывает огонь по автомобилю, припаркованному около кафе. В машине сидят два брата. 18-летний Николай Кузьменко погибает на месте, второй выскакивает из машины, спотыкается, но успевает бежать.

На этом запись кончается. После бойни стрелки сели в автомобиль и направились, по словам местных жителей, в сторону границы с самопровозглашенными республиками ДНР и ЛНР. Задержали их в соседнем районе через несколько часов после перестрелки. Сейчас оба, по данным адвоката Ставичуса, находятся в краснодарском СИЗО. «Адвоката к нему не пускают, говорят, праздники», — жалуется сестра стрелка. Что с ним происходит там, ей неизвестно. О показаниях брата она узнала, как и все, из публикаций в интернете.

Ворох версий

После того как информация о тройном убийстве в станице Ладожской попала в Сеть, жители Краснодарского края начали строить догадки о мотивах стрелков. Одной из первых была версия с изнасилованием дочери Ставичуса в кафе «Огонек» днем ранее. В качестве доказательства пользователи ссылались на видео, где другой местный житель, Герман Стройков, в красках описывал изнасилование собственной девушки.

Этот слух, как и другие версии трагедии, не подтвердил ни один из собеседников «Шторма» в станице. «С его женой и четырьмя детьми все в порядке, они в безопасном месте», — рассказывает сестра ладожского стрелка. По ее словам, вечером 30 декабря ни ее, ни супруги Ставичуса не было дома. «Мы не знаем, почему он взялся за оружие», — разводит она трясущимися от нервного напряжения руками.

Другая популярная среди местных версия — Ставичуса избили за несколько часов до трагедии. Об этом говорят и видеозаписи с камер, и некоторые фотоснимки, опубликованные, как указывают все собеседники «Шторма» в станице, с попустительства полиции. «В интернете всплыли фотографии, где Саша на коленях стоит, лицо у него побитое. И за голову его держит кто-то, видны перстни и наколки на пальцах», — рассказывает один из казаков, собравшихся у храма. Он достает телефон, показывает фото. Казаки начинают шумно обсуждать, что это «подстава». Чаще всего звучит слово «провокация».

По их словам, позже полиция указала, что это фотографии с задержания Ставичуса и Миронова. «Но я видел фото, когда их брали, они там на земле лежат, руки за спиной. Да и откуда у полицейского перстни на руках?» — спрашивает товарищей казак. Собравшиеся угрюмо молчат.

В местном отделении полиции «Шторму» не смогли прокомментировать фото, сославшись на праздники и отсутствие начальства. Охранявшие храм полицейские также отказались разговаривать с корреспондентом.

Призраки войны

Ладожские стрелки — Александр Ставичус (34 года) и Алексей Миронов (32 года) — служили вместе в добровольческом батальоне на востоке Украины. «Они отличные солдаты, я сам их стрелять учил. На видео заметно, что он не пьяный, не «угашенный» какой-то, он поднимает оружие — и попадает в цель», — рассказывает командир батальона, с которым «Шторму» удалось встретиться в станице. По его словам, оба бойца всегда были на хорошем счету. «Миронова я еще по Крыму знаю, он вообще крымский парень», — продолжает рассказ командир добровольцев. Эти данные расходятся с официальной версией, опубликованной на сайте ГТРК «Кубань». Оружие, по словам знакомых Александра, также привезли из Донбасса. «Вы же знаете, какая сейчас граница, оружия в регионе масса», — сетует один из собеседников «Шторма».

Работал Ставичус на местном рынке, который расположен в пяти минутах от кафе «Огонек». В одном из залитых жидкой грязью рядов стоит его небольшой магазин с семенами и сельскохозяйственным инвентарем. Обитый бордовым металлом киоск наглухо закрыт. Над входом — выцветшая надпись, на которой маркером выведено «Саня Агроном» и номер телефона ладожского стрелка. Всего в нескольких метрах от магазина — вещевые ряды, где торгует мать убитого Артема Мирзояна. Также рядом расположен и магазин пиротехники, которым управлял сам погибший.

В соседнем магазине невысокая молодая женщина продает погребальные венки. «Я Сашу знала, но не слишком, не сказать, чтобы мы были хорошо знакомы. Но мужик он был хороший», — рассказывает продавщица. Стоящая рядом женщина согласно кивает, по ее словам, для всех было шоком, когда они узнали про стрельбу.

С ней согласны и казаки, служившие со стрелком в Донбассе. «Он был толковый мужик, добрый. Да и тут его все знали — он часовню помогал возводить, и детям в школе основы выживания преподавал», — рассказывает Андрей. Пока он рассказывает, другие казаки показывают фото со службы. На одной Ставичус «обеспечивает референдум в Крыму», на другой помогает возводить укрепления, уже в Донбассе.

Случайные жертвы

По официальным сообщениям местных властей, погибшие не имели отношения к потасовке, произошедшей в кафе ранее. «Артем вообще зашел на пять минут, я его попросил со мной постоять», — рассказывает друг погибшего Виктор, который в тот вечер был в «Огоньке». Виктор вспоминает, что стрелки не выкрикивали никаких предупреждений, а сразу открыли огонь, стреляли только в нерусских. На записи с камер видно, что остальные посетители кафе просто разбежались, когда Ставичус с Мироновым прошли мимо увитой новогодней гирляндой барной стойки. «Я подбежал к Артему, проверить, как он. Они возвращались и тот, что с ножом (Миронов. — Примеч. «Шторма»), сказал мне, что всех «черных» вырежет», — рассказывает Виктор.

О том, что убитый оказался в кафе случайно, рассказывает и отец Мирзояна, Артур. «Он болел в этот вечер, вышел буквально на полчаса, с другом встретиться», — рассказал он «Шторму». Мирзоян-старший указывает, что у погибшего не было никаких споров с Александром, он попал под пули случайно. «Вы у кого хотите в станице спросите, все Артема знали с хорошей стороны», — утверждает отец убитого.

Не первый случай

Тройное убийство — далеко не первый кровавый случай в кафе «Огонек». Местные жители рассказали корреспонденту «Шторма», что в это кафе стараются не ходить — опасно. Но других мест для того, чтобы вечером «посидеть компанией», нет. В страхе местных жителей держат завсегдатаи кафе «Огонек». По словам местных жителей, в основном армяне и цыгане. 

«За несколько дней до убийства у меня сына избили в этом кафе. Избили и выкинули на улицу. Хорошо, мимо люди шли, уже утром, вызвали скорую. Еще чуть-чуть — и умер бы», — рассказывает местная жительница Ксения (имена изменены по просьбе собеседников).

Жестокое избиение произошло в конце декабря. Ее сын, Петр, отправился в «Огонек» отметить 13-ю зарплату. «Они вычислили, что у него деньги есть, когда он платил. Потом вывели за кафе и избили. Били долго, у него множественные переломы челюсти, лицо синее просто», — рассказывает Ксения. Петра пришлось экстренно везти в ближайшую больницу в Усть-Лабинске. Там ему не смогли помочь, поэтому родители Петра отправились с ним на машине в Краснодар. Сейчас он поправляется после нескольких операций. Писать заявление в полицию он не собирается, боится расправы. «Он мне так и сказал: пришли люди, угрожали, что вырежут семью. Он и не стал писать, у него дети», — жалуется Ксения, комкая в руках синий ситцевый платок.

В полицию не пошел и другой пострадавший в «Огоньке» житель Ладожской. В ноябре его ударили ножом возле кафе. «Мы пытались поднять записи с камер, но нам сказали, что их нет», — рассказал один из казаков. По его словам, пострадавший также отказался писать заявление — то ли согласился на денежную компенсацию, то ли испугался угроз.

Корреспонденту «Шторма» удалось поговорить с одной из девушек, пострадавших здесь же двумя годами ранее. Елизавета (имя изменено по просьбе собеседницы) отдыхала с подругами в кафе, когда к ним обратилась сидевшая за соседним столом компания убитого Артема Мирзояна. «Они кричали нам всякие неприятные вещи, а потом что-то бросили нам под стол», — рассказывает Елизавета, тщательно подбирая слова. «Чем-то» оказался самодельный маломощный взрывпакет. «Капроновые носки порвались, балетки вывернуло, но я ничего не чувствовала, в шоке была», — вспоминает жительница станицы. После того как ей оказали медицинскую помощь, девушка написала заявление. Расследование длилось полгода, после чего Мирзоян получил один год и 10 месяцев домашнего ареста (копия приговора имеется в распоряжении редакции). Контролировать передвижения Мирзояна должен был электронный браслет, снимать его собирались в феврале 2018 года.

Как утверждает Елизавета, браслет на осужденного одели не сразу. «Я видела его через несколько недель в Краснодаре. Рассказала родителям. Мы написали жалобу, он потом приезжал, уже с браслетом. Впервые извинился, просил больше жалоб не писать», — рассказывает пострадавшая девушка. Несмотря на ограничения, Мирзоян вел активный образ жизни и по случайности оказался в «Огоньке» в ночь на 31 декабря, что было прямо запрещено судебным решением. В приговоре говорилось о том, что Мирзояну запрещено посещать клубы, рестораны и другие развлекательные места. 

Местные жители рассказали «Шторму» и другие случаи, произошедшие в станице за последние несколько лет. «Одному ногу прострелили из боевого пистолета. У другого 50 тысяч отобрали прямо на улице, тут же недалеко. Девушке до этого челюсть сломали, за то, что сказала, чтобы руки не распускали», — перечисляет один из казаков, Андрей. Но заявления в полицию никто не пишет, подчеркивает он, боятся.

В местной больнице, расположенной также недалеко от храма и злополучного кафе, корреспонденту «Шторма» подтвердили часть описанных Андреем случаев. «Стабильно раз-два в месяц такое случается. Может и чаще, но мы не знаем, люди предпочитают своим ходом до Усть-Лабинска добираться или в Краснодар», — рассказывает врач скорой помощи Светлана (имя изменено. — Примеч. «Шторма»). Своих средств у местной больницы не хватает, поэтому даже скорая не всегда может помочь, с грустью разводит руками врач и указывает на две машины в грязном дворе больницы. «Мы сами советуем людям ехать в Усть-Лабинск, там есть необходимая техника, врачи, препараты», — сетует Светлана. Женщина добавляет, что давно уже боится выходить по вечерам на улицу одна — кто знает, что может случиться.

Реакция властей

По словам местных, подобный беспредел в станице происходит из-за попустительства полиции и властей. «Да они тут все повязаны, эти платят тем, а полиция и глаза закрывает на все. Откупиться можно легко», — рассказывает Андрей, один из казаков станицы. Как указывают собеседники «Шторма», местная администрация старается максимально загладить конфликт, намекая, что «национальные дрязги» им тут не нужны. «Выборы на носу, конечно, они не хотят, чтобы кто-то что-то рассказывал», — сетует Андрей.

Все официальные выступления местных чиновников повторяются в одном — это бытовая ссора. Об этом заявили и в следственном отделе Усть-Лабинского района краевого управления СКР, об этом говорил на встрече с жителями и глава района Николай Артющенко. «Никаких оснований для межнациональной розни у нас в районе нет», — заверил Артющенко собравшихся. В качестве решения проблемы глава района предложил усилить работу полиции в станице. Из первых результатов — на сходку казаков у храма приехало шесть сотрудников из Усть-Лабинска, «охранять порядок».

О «недопустимости национальной розни» говорят и официальные представители казачества, приехавшие в Ладожскую в воскресенье. «Мы не хотим, чтобы слухи про то, что это какой-то национальный конфликт, расходились. Это не так, это бытовая ссора», — считает атаман Екатеринодарского (Краснодарского) отдела Кубанского казачьего войска Виктор Светличный. Он добавил, что в ближайшее время с администрацией района будет обсуждаться план действий, однако уточнить, о каких действиях идет речь, атаман не смог. «Давайте рейд проведем!» — предложил атаману один из пришедших к храму казаков. «Проведем, проведем. Только попозже, сейчас это могут истолковать неправильно, как провокацию», — успокаивал собравшихся атаман. Районный атаман из Усть-Лабинска Виктор Васильченко более сдержан в обещаниях. «Ну происходит тут, да. И пусть происходит», — безразлично бросает атаман на вопросы корреспондента. Окружающие его казаки кидают на Васильченко косые взгляды, но молчат.

Пока же усиление полиции направлено скорее против местных жителей и казаков. Сразу же после убийства полиция вместе с Росгвардией объявили план «Перехват». В городе появилось несколько отрядов правоохранителей, а для поддержки им выделили БТР. На ситуации в городе такое «усиление» никак не сказалось, рассказывает один из казаков Иван. «Ну приехали они, постояли, уехали. А проблемы так и остались. Вот вчера на улице одному из наших парней открыто угрожали, кричали, что зарежут. Кто? Да цыгане, кто ж еще», — сетует Иван. «Пока ментам *** (все равно), у нас так и будут людей бить и убивать», — заключает он за всех. Казаки согласно кивают и тянутся к храму.