«Фейковые вбросы» оказались бюджетом: почему послевыборная неделя ошеломила россиян

Выборы прошли, итоги подведены, явка и показатели «Единой России» удовлетворили руководство страны. Видимо, поэтому не прошло и недели после голосования, как на россиян обрушились не столь приятные новости о налоговых изменениях, сборах, тарифах.

Буквально за несколько дней гражданам сообщили о целом ряде изменений, которые вряд ли можно назвать позитивными.

Повышение налога на пассивные доходы. Теперь их включат в общую прогрессивную шкалу НДФЛ. Платить за дивиденды, доходы от вкладов, ценных бумаг и продажи имущества придется не 13-15%, как ранее, а до 22%.

Если вы радостно выдохнули, мол, это касается только богатых, — читайте дальше.

В Совете Федерации предлагают существенно поднять налоги для некоторых категорий самозанятых, например, для курьеров и водителей. Для них хотят ввести полноценный НДФЛ от 13%. А то что же они работают, в конечном итоге, на юридические лица, и к тому же на полноценный рабочий день?..

Если про октябрьское повышение тарифов ЖКХ власти заявляли и ранее (в среднем, на 10% в зависимости от региона), и россияне уже морально к нему подготовились, то теперь надо начинать готовиться к «индексации» на 11% летом следующего года.

Семейная ипотека обрастает новыми условиями, а вместе с тем окончательно теряет свою привлекательность как доступный способ улучшить жилищные условия. Аккуратно об этом упоминали и раньше, но в послевыборную неделю заговорили в полный голос. С 1 октября ставки по «семейке» будут дифференцированы в зависимости от количества детей в семье. 10% — для семей с одним ребенком, 8% — с двумя и так далее.

Если мечтаете о ставке в 2% — необходимо родить минимум пятерых детей. Правда, кредит вам выдадут только на 10 миллионов рублей, что для такой большой семьи маловато даже в регионах.

Для Москвы, Петербурга, Московской и Ленинградской областей сделали исключение. Повысили максимальную сумму по кредиту. Правда, и ставка будет выше на 2%, чем для жителей других субъектов.

В сфере транспорта и потребительских товаров тоже есть чем порадовать. С 2027 года утильсбор вырастет еще на 10-20%, так что автомобиль окончательно становится роскошью даже для достаточно обеспеченных россиян.

Также обсуждается новый сбор с авиапассажиров, чтобы обеспечить содержание и лизинг новых российских самолетов. Россияне должны рублем поддержать процесс импортозамещения.

Иностранная техника тоже станет дороже уже с 1 декабря: ритейлеры будут перекладывать на конечного потребителя новый технологический сбор — от 500 до 5000 рублей за устройство.

Анонсировали и введение налога на добавленную стоимость на товары из зарубежных интернет-магазинов, причем он с места в карьер составит 22%. Уплачивать его будут торговые площадки, но все понимают, что нести дополнительные расходы без повышения цен для потребителя никто не планирует. Что касается частных доставок из-за рубежа — для них тоже введут таможенный сбор в размере 100 рублей за посылку при ее стоимости менее 200 евро (ранее такие небольшие покупки пошлиной не облагались).

Минэкономразвития прогнозирует рост реальных доходов населения в 2026 году на уровне 1%. Весь предвыборный период при этом правительство не забывало упоминать о рекордном росте зарплат, которого удалось добиться. Видимо, весь этот рост и будет «съеден» налоговыми новинками.

Если суммировать все нюансы, получается, что жизнь в стране становится практически непозволительной роскошью для рядовых граждан. А ведь еще в этих условиях растущего финансового давления им нельзя забывать о своем демографическом долге перед страной!

Каждая новость по отдельности вызывает массу негатива у граждан, а что уж говорить о ситуации, в которой эти новости появляются раз в несколько часов? Впрочем, период сразу после выборов всегда считался наиболее благоприятным для введения неприятных изменений. Мол, политический иммунитет еще высок, в легитимности никто не сомневается, до следующих выборов годы и годы, так что политические риски минимальны.

Вместо растянутого по времени недовольства нам предлагается шоковая терапия. Предполагается, что россияне будут злиться, но достаточно скоро устанут от негатива и смирятся. Однако сработает ли такой расчет, если чеки и платежки ежемесячно будут сигнализировать о падении уровня жизни?

Стратегия не новая, классическая, но есть нюансы. Она работает в условиях, когда общество в целом спокойно и уверено в завтрашнем дне. У нас же получается кумулятивный эффект: новые сборы падают на почву перманентного раздражения, вызванного инфляцией, высокой ключевой ставкой и общей усталостью.

Кроме того, формируется настоящий кризис доверия к институтам власти.

Перед выборами чиновники успокаивали россиян: планов по повышению налоговой нагрузки нет. Министр финансов Антон Силуанов в мае прямо называл слухи об этом «фейковыми вбросами» и заверял, что «такие предложения не рассматриваются».

Глава Минфина говорил о том, что основные изменения в налоговой системе приняты. Вполне возможно, что решения на тот момент действительно были приняты, просто еще не анонсированы избирателям. Своей целью глава ведомства называл рост доходов населения. Но возможен ли он в условиях, когда сборов и пошлин становится все больше?

Глава Союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин той же весной прямым текстом спрашивал Силуанова: «Налоги повышать будете?» И тогда министр уверял, что планирует больше работать с расходами и улучшать администрирование.

Буквально за пару недель до выборов и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заверил журналистов, что речи о повышении налогов не идет.

Все эти обещания и заверения были пересмотрены уже на четвертый день после закрытия избирательных участков, когда Минфин опубликовал параметры нового трехлетнего бюджета. Безусловно, у госаппарата найдется объяснение, мол, новых налогов действительно нет — есть новые пошлины. Да и вообще, о многих этих изменениях речь шла давно. Только вот суровая конкретика по этим нововведениям была заявлена именно сейчас. Удовлетворят ли граждан разъяснения в условиях значительного роста базовых расходов?

«Бизнес не уйдет в тень с зарплатами в конвертах, а будет медленно умирать»

Daily Storm расспросил у аналитиков, что ждет экономику страны после изменений и насколько больно предложения Минфина ударят по россиянам. Экономисты Георгий Бовт и Олег Комолов призвали не удивляться повышению налогов, тарифов ЖКХ и изменению условий семейной ипотеки, пояснив, что в этом году дефицит бюджета уже около пяти триллионов рублей. В результате правительство пытается найти источники пополнения этого дефицита, заметили оба эксперта.

Изменения нацелены прежде всего на состоятельную часть граждан, имеющих акции с дивидендами, депозиты выше одного миллиона рублей, указал Бовт. Он напомнил, что, как ранее подсчитали в Минфине, предлагаемая унификация ставок НДФЛ коснется не более 6% населения, которые имеют налогооблагаемые доходы.

«Обычно во всех странах самые богатые платят большую часть налогов. Считаю, власти решили обойтись малой кровью. Потому что другая альтернатива была — повышение НДФЛ для всех. А так только состоятельной категории граждан все коснется. Но это палка о двух концах. Богатые ведь имеют гораздо больше возможностей уходить от налогов. Самое простое — вывод денег за границу», — считает Бовт.

Его коллега, старший научный сотрудник Института экономики РАН Олег Комолов заметил, что дефицит бюджета возник и потому, что нефтегазовых доходов у государства в 2026 году стало меньше по ряду причин: из-за ударов по НПЗ, санкций и в целом невысокой цены на «черное золото», даже несмотря на события в Персидском заливе и Ормузском проливе.

«Государство уже недавно повышало НДС, поэтому второй раз на такую серьезную реформу не пойдет, чтобы сильно не раздражать население. А по мелочи власти будут всеми силами по стенкам соскребать разные формы бюджетных доходов через снижение налоговых льгот, повышение ставок для отдельных групп населения и участников рынка», — заключил экономист.

По его мнению, все это лишь усугубит экономическую ситуацию в стране, поскольку бюджет еще в большей степени будет изымать средства из оборота и направлять их на непроизводительные нужды.

В ситуации, когда «налоговая петля» на шее малого и среднего бизнеса затягивается, уже возрос объем наличных денег, подтвердили оба эксперта.

«Уход к кэшу уже есть, но он пока не принял какого-то обвального характера. Крупные компании в это не уйдут. Потому что ФНС имеет массу возможностей отследить кэш, и банки усилили контроль», — заметил Бовт.

Комолов также заметил, что вернуться к концу 90-х — началу 2000-х, когда можно было уйти в тень с доходами и платить в конвертах, у бизнеса не получится. Потому что сегодня в руках у государства намного больше инструментов контроля над экономическим оборотом, объяснил экономист.

«Многие производители завязаны на маркетплейсы, а они отчитываются перед государством обо всех сделках, и утаить там какую-то экономическую активность не удастся. Слишком мы цифровизировали экономику. Конечно, какая-то доля теневого сектора вырастет. Условно, мастер по укладке плитки будет брать гонорар в наличной форме, но фирмы от взора налоговых органов вряд ли смогут спрятаться. Бизнес не уйдет в тень, но будет медленно умирать», — полагает Комолов.

Отдельно он остановился на теме повышения тарифов на ЖКХ. Как отметил экономист, у этой отрасли высочайший уровень износа мощностей и инфраструктуры. А чтобы ее ремонтировать и поддерживать в рабочем состоянии, нужны большие средства.

«Отсюда и второй раз за год будут проиндексированы тарифы ЖКХ — значительно выше инфляции. Государство просто пытается переложить ответственность за финансирование системы ЖКХ из бюджета на граждан. Это, естественно, бьет по доходам населения, — добавил Комолов. — То же самое касается транспорта. В России уровень износа общественного наземного транспорта — 40%, а бюджетные программы по его модернизации сокращаются и при этом повышаются тарифы на перевозки».

Экономисты также прокомментировали грядущую индексацию утилизационного сбора. По мнению Бовта, ожидания государства наполнять бюджет за счет этого не оправдываются, поскольку россияне просто стали меньше покупать машин.

«Чем выше налоги — тем хуже собираемость. С утильсбором эта классика работает, потому что график сборов в этом году отстает от планового», — заявил Бовт. «Это проигрышная стратегия государства при таких процентных ставках», — поддержал коллегу Комолов.

Кроме того, он сравнил нынешнее положение дел в экономике с тем, которое было более 20 лет назад — в 2000-е годы. Тогда на пост главы Минфина вступил Алексей Кудрин, принявшийся разгребать завалы, оставшиеся в наследство от предшественников из середины 90-х — Владимира Панскова, Александра Лившица, Анатолия Чубайса, Михаила Задорнова, Михаила Касьянова.

«В 2000-е экономика выходила из большого кризиса, в ней был большой избыток рабочей силы, незагруженных производственных мощностей. То есть потенциал для восстановительного роста. Слишком много ресурсов (природных ресурсов, капитала, земли, рабочей силы) не было задействовано. Это позволяло компаниям легко и недорого покупать все это, а инвестиции сулили большую прибыль в коротком периоде. В начале 2000-х деньги были относительно дешевые, и легче строился бизнес, организовывались производства», — вспоминает Комолов.

Сейчас же, при главе Минфина Антоне Силуанове, ситуация обратная: ресурсы в дефиците, плюс санкции добавляют головной боли, заметил собеседник. «Экономика уже на пределе, она уже задействует все имеющиеся ресурсы. Безработица находится на исторических минимумах. Просто свободной рабочей силы нет, поэтому перспективы роста у нее очень туманные. Они могут быть связаны только с завершением СВО и с использованием освободившихся средств на глубокую модернизацию экономики», — уверен экономист.

Однако если военные действия закончатся прямо завтра, это не решит всех накопленных проблем, потому что все равно работать некому, считает он: «Последние десятилетия у нас плохая демография, большая миграция, плюс военные действия забрали молодых здоровых мужчин, которые могли бы быть участниками производства».

Решить эту проблему можно только повышением производительности труда, например, за счет роботизации промышленности, отметил Комолов. По его данным, этот показатель в России пока очень низок. «По статистике, у нас 20 роботов на 10 тысяч работников промышленности. А у лидера рейтинга — Южной Кореи — больше тысячи. Нужно направлять средства на замещение человеческого труда техникой в промышленности, а это требует денег. Но где их взять?» — задался вопросом экономист.

Ранее Силуанов на заседании правительства заявил, что министерство финансов в 2027–2029 годах ожидает ежегодно 500 миллиардов рублей дополнительных доходов бюджета от мер по обелению экономики России. В ведомстве также отмечали, что грядущие изменения направлены на «повышение устойчивости бюджетной системы» при сохранении «справедливости и эффективности налоговой системы».

Но, как считают эксперты, даже дополнительные 500 миллиардов ежегодно не играют значимую роль в общей экономической ситуации. «Это очень маленькая сумма в масштабах бюджета и не позволит решить ни одну серьезную проблему», — заключил Комолов.