St
Меж нами музыка опять, и с нею нам не совладать
Организаторов гастролей российских артистов на Украине обязали согласовывать их выступления с СБУ. Насколько это окажется чувствительным для слушателей, артистов и обоих государств?

Меж нами музыка опять, и с нею нам не совладать

Организаторов гастролей российских артистов на Украине обязали согласовывать их выступления с СБУ. Насколько это окажется чувствительным для слушателей, артистов и обоих государств?

Коллаж © Daily Storm. Фото: © GLOBAL LOOK press
Коллаж © Daily Storm. Фото: © GLOBAL LOOK press

Полиция благонадежности


Петр Порошенко подписал закон, по которому любые российские артисты, отправляющиеся на гастроли по Украине, должны согласовывать свой визит с СБУ. Наша страна в документе не упоминается, но после выражения «страна-агрессор» становится понятно, о чем идет речь.


Согласно новой правовой норме, организатор гастролей артиста, певца или другого служителя муз из «государства-агрессора» отныне должен уведомить о предстоящем турне Службу безопасности Украины не позднее, чем за 30 дней до мероприятия. В запросе помимо личных данных гастролера необходимо привести информацию, характеризующую его творческую деятельность.


СБУ «взвесит» артиста — как он относился к целостности государства, его законам и ценностям — и, если «найдет слишком легковесным», к украинской публике не пустит. Спецслужба должна вынести решение в течение 10 дней со  дня подачи запроса.


Кроме того, закон безусловно запрещает гастроли артистам из «списка лиц, которые создают угрозу национальной безопасности», составленного Министерством культуры Украины в 2015 году. Слово «Россия» в документе не встречается, но догадливый читатель может представить себе если не точный состав этого черного списка, то гражданскую принадлежность большинства поименованных в нем. Помимо этого, гостям из «государства-агрессора» запрещается пропагандировать сепаратизм; коммунизм и нацизм с демонстрацией их символики; и создавать позитивный образ государства-агрессора и его органов власти. Тут и недогадливый читатель поймет, в чей огород камень. 


За нарушение организатору выступления положен штраф от 50 до 100 минимальных зарплат (160-320 тысяч гривен в 2017 году). Чем грозит это самому артисту, неизвестно, но попадание в черный список кажется очень вероятным. Там это запросто.


Режиссера Владимира Бортко, первого зампреда комитета Госдумы по культуре, творчество украинских законодателей насмешило, но не удивило. Режиссер вырос в Киеве, получил там кинематографическое образование и работал на студии имени Довженко до переезда в Ленинград. Несмотря на звание народного артиста Украины, он в черный список Минкульта Украины попал де-факто еще до его оформления, став на родине persona turpis.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press

«Я уже давно под запретом, лично мне остается только иронизировать, — сказал «Шторму» Бортко и процитировал стихи украинского поэта Павла Тычины, которые учил в киевской школе: «Тож нехай собі як знають // Божеволіють, конають, // Нам своє робить».


«Пусть делают, что хотят: сходят с ума, прыгают в окно, — меня решения украинских политиков уже не удивляют. Что с них возьмешь?! — продолжает режиссер. — Удивляют меня те наши артисты, которые продолжают ездить на Украину с гастролями».


Бескультурная революция

«Список лиц, которые создают угрозу национальной безопасности» начал пополняться за счет главным образом отечественных (и близких — Депардье, Сигал, Кустурица) кинематографистов и киноактеров, делавших громкие заявления по поводу новой киевской власти или Крыма. Еще до начала вооруженного конфликта на Донбассе Пограничная служба Украины начала отказывать во въезде разным группам российских граждан. Сначала заворачивали молодых мужчин призывного возраста, затем — артистов, выступавших в Крыму после марта 2014 года несмотря на категоричный запрет киевских властей.

Объясняется это либо близостью киношников к российской власти, либо полной независимостью от Украины и ее властей по сравнению с деятелями прочих искусств, но, так или иначе, прекращение культурного сотрудничества двух стран началось именно с киноиндустрии. Работники нашей фабрики грез смело шли на обострение риторики и заплатили за это потерей украинского зрителя. В 2014-м и 2015 году ежемесячно публикуются списки запрещенных на Украине российских фильмов, составленных то по тематическому родству, то по занятому режиссеру или актеру, то будто вовсе по квоте. Совместное производство телеконтента на украинских мощностях за российские деньги было свернуто. Наши менеджеры потеряли доступ к дешевой, но высококвалифицированной рабочей силе и возможность выкраивать из бюджетов гешефт в свой карман. Украинцы потеряли рабочие места — местные телекомпании столько сериалов снимать не в состоянии.

Окончательно отношения испортились, после того как был арестован и осужден Олег Сенцов.

Словом, у киношников с Украиной почти сразу все горшки оказались побиты. Кейс «золота Крыма», не решенный до сих пор, поставил крест на музейном сотрудничестве. Современное искусство — товар штучный и на любителя, в том, что касается театра, и до Крымского референдума Россия и Украина друг в друге не нуждались. Случаи взаимопроникновения были единичны. Например, в 2009 году промоутер Александр Чепарухин привез этнографическую театрально-музыкальную группу «ДахаБраха» на свой музыкальный Gogol Fest в Перми, когда там параллельно Марат Гельман в Музее современного искусства проводил мощную, украинскую же выставку. Но это все-таки не совсем театр, да и времена чиркуновского «просвещенного абсолютизма» закончились задолго до Майдана и покорения Крыма.

Уникальным торговым предложением российского культурного экспорта последние лет 150 оставалась академическая музыка, но и это на Украину не распространялось. К примеру, Большой симфонический оркестр имени Чайковского, как рассказал «Шторму» источник в коллективе, не был ни в Крыму, ни на материковой Украине не только после 2014 года, но вообще после распада СССР. Ехать в Киев постоянно гастролирующему по планете оркестру невыгодно из-за низкого спроса. К тому же выступление в Крыму было бы чревато уже международными санкциями и отменой европейских гастролей.

А вот Валерий Гергиев, напротив, оказался в черном списке Минкульта Украины как подписант декларации солидарности по Крыму, при этом международные ограничения его не затрагивают из-за юридических тонкостей и высокого (во всех смыслах) статуса. На Украину он, судя по всему, не очень-то и стремится. С Юрием Башметом нехорошо вышло, по крайней мере, на уровне слухов. Альтист, находясь на Сахалине, якобы был разбужен звонком с просьбой подписать письмо за мир на Украине. Все любят мир, сонный маэстро дал добро. Потом выяснилось, что это была все та же декларация, о чем он и знать не знал. Неизвестно, насколько этот слух соответствует истине, но из почетных профессоров Львовской национальной музыкальной академии его за эту подпись вытурили до всяких списков, через три дня после новости о петиции почти единогласным решением. Юрий Башмет вырос во Львове, там могилы его предков, но в родной город он до сих пор опасается ехать даже просто так, не говоря уже о концертах. А вот пианист Денис Мацуев петицию подписал точно сознательно, и ответственность за это его не очень беспокоит. Не пускают — и не надо.

Но список Минкульта появился не сразу. Еще до начала вооруженного конфликта в Донбассе отказывать россиянам во въезде была уполномочена Пограничная служба Украины. Одних заворачивали как потенциальных добровольцев ДНР и ЛНР, других — за посещение Крыма иным, чем требовал Киев, порядком. Тем более чревата отказом стала любая публичная активность в Крыму.

В российской культуре очень скоро сократилось число тех, кто имел бы и желание, и возможность попасть на Украину. Единственной отраслью, где вопрос гастролей не решился сам собой из-за взаимной вражды, оставалась популярная музыка, да отчасти и эстрада. По сути, новые правовые нормы регулируют именно этот единственный оставшийся канал культурного обмена между странами.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press/Anton Belitsky

Музыка нас связала

Поп-музыка и концертный бизнес в России и Украине были и частично остаются переплетены так прочно, что отделить вклад одной стороны от заслуги другой так же трудно, как раковые метастазы от здоровой плоти.

Украина всегда была для музыкальной России донором новой крови и новых идей. Не связанная российской клановостью и шкурничеством, она регулярно засылала северному соседу великолепных артистов высочайшего класса. Даже если не считать Донбасс и его уроженца «черносписочника» Иосифа Кобзона (к вопросу о клановости), Украина — это Клавдия Шульженко и Леонид Утесов... Ладно, если не от Адама, то это «Скрябин» и «Плач Еремии», 5’nizza и «Бумбокс», Иван Дорн и Джамала, «Вопли Видоплясова» и «Океан Эльзы»; два последних коллектива поют по-украински не всегда доступные пониманию песни, но даже это не было помехой всенародной любви, особенно среди слушателей консервативнейшего «Нашего радио». А влияние Константина Меладзе на российскую попсу, оказанное, так сказать, непосредственно на месте, просто огромно.

В то же время для украинских музыкантов Россия — огромный рынок, совершенно несопоставимый с их собственной страной. Это связано и с доходом на душу населения, и объемом этого населения, и инфраструктурой. Россия. Это Эльдорадо чеса, Клондайк, огромное золотоносное угодье, поверх которого стоит гигантский алмазный монолит корпоративных концертов. Звезды Ани Лорак, Таисия Повалий, группы «ВИА Гра», дуэт «Настя и Потап» недаром воспринимаются как русские светила: взошед на западе, засияли они именно на востоке.

До 2014 года налицо была довольно странная ситуация: украинский талант не считался на родине таковым, пока не получал признания в Московии. Концертный бизнес Незалежной при этом на 60% был заполнен российскими артистами: это была стандартная гастрольная вотчина московитов, обрабатываемая в рабочем режиме, а звездные украинцы в это время занимались покорением российских площадок. Местные же группы, которые никуда не ехали, таким регулярным спросом у соотечественников не пользовались. Собственно, украинским музыкантам дома иной раз приходилось пробиваться в эфиры с большим усилием, чем в Москве: украинские программные директора при прочих равных предпочитали проверенную временем российскую поп-классику 90-х самому яркому новаторству.

Симбиоз и взаимозависимость музыки Украины и России были так сильны, что разрыв 2014 года, к тому же совпавший с падением экономики в обеих странах, не мог не породить волн цунами и землетрясений.

Размежевание наметилось почти сразу: на Майдане перед революционной толпой играли украинские артисты — Руслана, «Океан Эльзы». Многие российские музыканты активно поддержали присоединение Крыма и «Русскую весну», еще часть выступила резко против. Олег Скрипка и Александр Ф. Скляр позволяли себе эмоционально выражаться на публике, даже излишне эмоционально. По обе стороны возникали партии голубей и ястребов, но и голуби бились с голубями. Как делать дела в этой обстановке, было решительно непонятно. Никто их и не делал: российских музыкантов на Украину приезжало все меньше, подчиняясь внешним обстоятельствам или руководствуясь принципами.

В 2014-м и 2015 году концертный рынок в обеих странах здорово притух. В России это было вызвано международной критикой политики Путина и резко просевшей платежеспособностью населения. Украина почувствовала дефицит предложения. Местные артисты стали практически товаром Гиффена: спрос на них повысился из-за относительной недоступности альтернатив. До Майдана никто и подумать не мог, что «Океан Эльзы» на Украине соберет за серию концертов столько, сколько Григорий Лепс за схожую серию в России.

Украинские промоутеры изо всех сил пытались справиться с ситуацией, и местная музыка по числу посетителей концертов вошла в фазу условного бума... если бумом также считать, к примеру, широкое представительство морской капусты на полках перестроечных универмагов.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press/Anatoly Lomohov

Просто очень плохо без тебя

Украинский телеведущий и сценарист Петр Мага, обладатель довольно специфического взгляда на украинскую музыку и бизнес-процессы, в недавнем интервью выразил мнение, что своей возросшей популярностью дома украинская музыка обязана ослабевшей конкуренцией со стороны российских артистов, а не возросшим абсолютным качеством. «Я рад, что пустующая [в отсутствие гастролей Стаса Михайлова] ниша занята нашим артистом Олегом Винником. Но приехал бы сейчас этот «Стасопреображенский монастырь», Стас «Храни вас Господь!» Михайлов, дворец «Украина» был бы забит. Думаю, что российские певцы должны были исчезнуть с наших площадок вследствие голосования ногами (то есть после осознанного альтернативного выбора из нескольких равнодоступных опций)».

Стас Михайлов во всей этой украинской истории действительно смотрится молодцом. В 2014 году этот популярнейший у немолодых дам певец заявил без лишних подробностей, что выступать в Незалежной больше не намерен, так как сложившаяся ситуация к этому не располагает. Его позиция за три года не поменялась и в итоге она оказалась мудрее, чем у многих других артистов, скорых на выбор стороны и резкие суждения в адрес оппонентов.

Менеджмент Стаса Михайлова подтвердил «Шторму», что украинские гастроли в ближайших планах артиста по-прежнему не значатся (Олег Винник может выдыхать), так как любое действие в этом направлении будет политическим вопросом. Пока концерт в Киеве не станет проблемой исключительно маркетинга, логистики и прочих нормальных бизнес-дисциплин, позиция певца не изменится.

Тем более что вежливый отказ Михайлова от киевских концертов, по словам дирекции артиста, не сильно ударил по его кошельку. Российские исполнители условного высшего дивизиона («Олимпийский» — норма жизни) вообще в материальном плане не зависят от украинского рынка и легко обходятся без него за счет и домашних концертов, и гастролей по дальнему зарубежью. Вот подтверждение: собеседник «Шторма» в Вене на запрос московской редакции о российских артистах, посетивших австрийскую столицу в этом году, с ходу вспомнила «Ленинград», Григория Лепса, Евгения Гришковца, ДДТ, Александра Розенбаума и «Зверей». За исключением последних (Роман Билык принципиально не ездит в Крым ради возможности иногда сыграть в своем любимом Киеве), все эти российские граждане либо в черном списке Минкульта, либо кандидаты на попадание в него от сайта «Миротворец». Пражский корреспондент привел примерно такой же список, только за пару лет и чуть короче.

К 2016-му и 2017 году украинский концертный рынок был защищен двумя нерыночными факторами. Украинские пограничники все охотнее стали ставить российским гастролерам отметку «Відмовлено у в’їзді в Україну», часто невзирая на лица; порой игнорируя протесты третьих сторон, как например, в случае с недопуском в Киев Юлии Самойловой, участницы «Евровидения-2017» от РФ.

В июле 2017-го произошли еще более скверные истории. Из-за Крыма на украинскую землю в день концерта не пустили Дельфина. Киевские поклонники мрачного рэпера совершили настоящий меломанский подвиг: они пришли на выступление группы, игравшей без Дельфина-вокалиста. На экранах за сценой транслировались слова песен, и публика спела все номера самостоятельно. Почти в тот же день по той же причине на свой концерт в Одессе не попала певица Бьянка. Гражданку Белоруссии, прожившую шесть лет в Киеве, завернули на границе, концерт был сорван, слушатели разочарованы, а промоутеры остались в убытке.


undefined
Фото: © instagram.com/biankarnb

Другим фактором борьбы с российским вмешательством стала активность гражданского общества. В России с украинством и его агентами по факту если и боролись, то исподволь, без запретов и кампаний — разве что нацболы раз потравили слушателей Андрея Макаревича из перцового баллончика, а потом пытались у него ордена отобрать. Зато вовсю шла борьба с происками Большого Запада: «Сорок сороков» и «Божья воля» срывали концерты Мэрилина Мэнсона и группы Belphegor как сатанистские, а «Офицеры России» поливали своими биоматериалами фотографии Джока Стерджеса. Украинские правые активисты почин поддержали по-своему: они, продолжая бороться с эмиссарами российской культуры, принялись обличать «штрейкбрехеров и коллаборантов» из числа сограждан. Активисты, разозленные тем, что в России украинцев так и не забанили, стали подгаживать своим «беспринципным» музыкантам, продающим первородство за рублевый гонорар.

За любовь к московским и питерским площадкам и телешоу поплатились, к примеру, Светлана Лобода и Иван Дорн. А последним по времени в этой череде был скандал с концертом Сергея Бабкина во Львове 7 октября. Половина русскоязычного харьковского дуэта 5’nizza — Бабкин — частый гость в РФ, поет по-русски в традиции, восходящей в том числе и к Вертинскому (на минуточку, киевскому уроженцу, певшему по-русски и в Москве). Бабкин считает себя патриотом Украины и заработанное в России тратит частично на благотворительность и в фонд АТО, но это ему не помогло...

Фактически свежая правовая норма по «защите национального информационно-культурного пространства» фиксирует эти два фактора на другом уровне госадминистрирования. Что это — антироссийский шаг или попытка под видом такового навести порядок в нестабильной концертной отрасли?


Another brick in the wall

Промоутер, генеральный продюсер фестиваля «Дикая мята» Андрей Клюкин считает, что это «еще один кирпич в стене» между двумя странами. «Практически я понимаю, что наши артисты не обеднеют даже с полной потерей украинского рынка, но эмоционально мне довольно неприятно, — делится он своим мнением. — Я полагаю, украинские политики пошли на избыточную принципиальность, из-за чего пострадают зрители, если все новые артисты будут лишаться возможности к ним приезжать».

Главная проблема, полагает Клюкин, в том, что критерии, по которым СБУ будет определять благонадежность артиста, не определены. Есть шанс, что посещением Крыма их список не ограничится, в итоге мы получим тайную политическую цензуру, никому не нужную: «Мне вспоминается похожее чувство, которое я испытывал, когда Боно из U2 отказывался приезжать в Россию из-за политической позиции. Ельцину было все равно, споет у нас ирландец или нет, а крайним в этой истории выходил я, слушатель».

Независимый музыкант Михаил Лузин живет на несколько городов, редко в каком задерживаясь дольше недели: родной Екатеринбург он меняет на Москву, потом отправляется в Санкт-Петербург, за ним — Казань, Рига, Таллин, Тбилиси. Киев и Одесса — обязательные остановки, иногда к ним добавляются Ужгород или Львов. В 2016 году он принимал участие в телевизионном шоу «Голос країни 6», где его наставником был лидер группы «Океан Эльзы» Святослав Вакарчук. По мнению Лузина, новая норма усложнит жизнь не столько российским музыкантам, сколько украинским промоутерам: «Понятно, что закон этот по духу в первую очередь касается крупных стадионных артистов «из телевизора», но, насколько я понимаю, даже арт-директора клубов на 50 человек будут обязаны делать запросы в СБУ. Им не позавидуешь. Хуже, чем промоутерам, наверное, станет только сотрудникам спецслужбы, которые будут эти запросы обрабатывать».

Музыкант вспоминает, что, когда на Украине были запрещены российские интернет-ресурсы, в том числе популярнейшие Mail.ru и «ВКонтакте», местные пользователи с ходу нашли, как обходить блокировки, — так же, как до того россияне овладели анонимайзерами и VPN для посещения «Рутрекера» и «Луркмора». «Лазейки найдутся, в крайнем случае вместо клубных концертов будут (полу-)подпольные квартирники — Советский Союз всегда возвращается неожиданно, — размышляет артист. — А больших звездных музыкантов с репутацией это, скорее всего, не коснется: в Киеве афиши «Аквариума» и «Машины времени» как висели, так и висят. Тех, кто выступал в Крыму, власти и так не пускают, а активисты и сейчас могут сорвать концерт кого вздумается».

Такого же мнения придерживается пресс-атташе групп «Машина времени», «Браво» и «Воскресение» Антон Чернин. «Обычно сами артисты прекрасно знают, провинились они чем-то перед Украиной или нет, и разрешение/запрет СБУ предсказуемы процентов на 120. Так что, по сути, ничего не произошло и ничего не изменилось: кто не нарушал украинских законов — будет ездить, как и ездил».

А если это так, то в подписанном Порошенко законе для российских артистов есть парадоксальный плюс. Раннее согласование с СБУ, даже если с отрицательным результатом, поможет как минимум избежать ситуации с Дельфином и Бьянкой, отправленным восвояси на КПП в день концерта. Хотя, может быть, все получится как всегда. В продолжение разговора о блокировке VK.com можно вспомнить историю украинской группы Hardkiss, которая, как и многие другие музыканты, свою фан-базу поддерживала в этой соцсети из-за удобного музыкального плеера и еще некоторых отличных фич. Из-за блокировки группа лишилась страницы с 400 000 подписчиками и теперь пытается освоиться на Facebook, штуке для этих целей совершенно не предназначенной и неудобной.