Недавно завершился фестиваль молодой драматургии «Любимовка» в Театре.doc, где было прочитано 36 пьес, отобранных из 500, а также прошли мастер-классы Михаила Угарова, Людмилы Петрушевской и Клима. Основа команды фестиваля 2017 года — Михаил Дурненков, Евгений Казачков, Анна Банасюкевич и Ольга Андреева, плюс две сотни ридеров (отборщиков пьес. — Примеч. «Шторма»), режиссеров, драматургов, актеров и волонтеров.
Драматургическое шоу включает обсуждение каждой пьесы, поэтому интерес к фестивалю такой, что зрители могли бы заполнить «Олимпийский». Михаил Угаров, худрук Театра.doc и главный идеолог новой драмы, уже 22 года является одним из кураторов фестиваля, а недавно поставил спектакль «Человек из Подольска» по пьесе Дмитрия Данилова, ставший хитом «театра, где не играют». Мы поговорили с Михаилом Угаровым о Данилове, одиночестве, феминизме, тюремной системе, остановке времени и плохо сделанном мире.
— С гигантским интересом публики прошел сентябрьский фестиваль «Любимовка». Каждый день подвал битком, люди сидели друг на друге и лежали под ногами чтецов. Давайте вспомним первый день, когда вы участвовали в читке пьесы Данилова «Сережа очень тупой».
— У него вещи другого совсем типа, а при этом — то, что нам близко. Как бы история повседневности, но не совсем. У Андрея Родионова, преподавателя нашей «Антишколы», будет предмет — поэзия повседневности. Это горизонтальный взгляд на простые вещи, в отличие от взгляда вертикального, свысока. Драматургия Данилова не похожа ни на что другое, привычное. А мне это странно, я же много с прозаиками пытался работать. И прозаики очень туго к драматургии относятся, просто ее не понимают. А прозаик Данилов изначально, от корня чувствует законы драматургии. Не думаю, что он изучал диалог, построение действия, структуру события, единство места и действия. В общем, это большая редкость. Так как две пьесы похожи по схеме, я его попросил будущую пьесу написать непохожей на «Сережу» и «Подольск».
— А в чем идентичность схем двух пьес?
— Формально вот что происходит – в жизнь героя без его ведома внедряются люди. И как бы герой не был настроен на неприятие, вторжение его меняет. Я ради эксперимента вручил «Сережу» Мите Волкострелову, потому что если ставить, то совершенно иначе, чем я. У него свой юмор, танец и праздник, у Волкострелова, и это интересно было бы посмотреть. Потому что мы чем-то похожи с Даниловым по типу восприятия. А Волкострелов похож и не похож. Вот Данилов в Facebook любит публиковать фотографии каких-то жутких улиц задрипанных городов, и при этом пишет – как красиво. Причем я считаю это иронией, а вот он серьезен.
— Интересно. Наверное, пьеса Дмитрия Данилова «Человек из Подольска» углубила и взломала тему насилия государства над человеком. Стандартная ситуация, человек попал в полицейский участок. Но вдруг его принуждают к добру не побоями и лживым уголовным делом, а утонченным насилием учителей над учеником. Превращение участка в кабинет ангельских психологов и антропологов. Это пришлось по вкусу всем – и либерально, и запретительно настроенные зрители веселятся. А ведь там показано чрезвычайно утонченное насилие, впору бы ужаснуться. А в пьесе «Сережа очень тупой» приходят хармсовские вестники из нездешней, загробной почтовой службы и принуждают к утерянной способности общаться с незнакомыми служебными людьми. Тонко внушают, что человек на службе тоже человек.
— Есть такое, да. Мне нравится иррациональность этих пьес, особенно «Сережи». Непонятно, почему жена сразу понимает, кто пришел и что делать. Мы искали на репетиции ответ, не нашли, договорились делать вид, что знаем и не скажем. Много странных вещей, и какая мощная песня Дениса Третьякова «Затупился нож мой» в тексте, причем Дима прислал фонограмму, связался с автором и запросил права.
