Доклад The Enough Project: боевики в Центральноафриканской республике готовятся к боям за ресурсы

Американская НКО The Enough Project в начале ноября 2018 года представила большой доклад о ситуации в Центральноафриканской республике: действующих там вооруженных группировках, военных союзах и иностранных центрах силы, в том числе и о ЧВК из России. Daily Storm рассказывает о самых интересных фактах из доклада, а также о том, как эта информация может помочь в расследовании убийства российских журналистов в ЦАР.

The Enough Project — некоммерческая организация из Вашингтона, которая занимается исследованием конфликтов в Африке (среди задач НКО: проведение кампаний с целью разорвать связи между теми, кто разжигает военные конфликты, и теми, кто на этом зарабатывает). В фокусе внимания The Enough Project находятся страны, расположенные в центре континента: Демократическая Республика Конго, Судан и Южный Судан, Северная Уганда и Центральноафриканская республика.

Доклад Prolifération II («Разрастание»), написанный аналитиком The Enough Project Наталией Духан, — один из самых подробных материалов о ЦАР последнего времени.

Daily Storm рассказывает о наиболее важных элементах доклада, которые могут помочь разобраться с тем, что происходит в Центральноафриканской республике.

Здравствуй, оружие! (1980—2005)

Центральноафриканская республика до 80-х годов с точки зрения безопасности мало напоминала ту страну, в которой погибли трое наших журналистов. Вооруженных группировок, контролирующих шахты с полезными ископаемыми, равно как и отрядов самообороны — не существовало. Все изменилось после того, как в страну потекло оружие (сначала из Чада после случившегося там военного переворота, а затем из ДРК). Пастухи, у которых угоняли скот, сами угонщики, бандиты, участники вооруженных переворотов и удачных, и провалившихся — все они получили возможность подкреплять свои аргументы силой огнестрельного оружия.

К 2005 году, когда в ЦАР началась первая гражданская война, в стране действовало как минимум восемь самостоятельных вооруженных группировок.

Восемь плюс один (2005—2013)

В мусульманское движение «Селека», которое смогло совершить переворот в 2013 году и усадить в президентское кресло одного из своих главарей Мишеля Джотодию, вошли только четыре из них. И даже те, кто согласился на участие в альянсе, после захвата власти начали участвовать в дележе богатств страны. К ним присоединились и их временные союзники — мусульмане-наемники из Чада и Судана.

Свергнутый президент Франсуа Бозизе начал создавать и вооружать христианское ополчение «Антибалака», и тогда конфликт в стране стал приобретать религиозный характер. Но французская интервенция (операция Sangaris, начатая в конце 2013 года) все меняет: европейцы стремились ослабить все группировки — и христианские, и мусульманские.

После появления миротворцев старые альянсы рухнули и появились новые.

Союз христиан и мусульман против президента (2015 — наст. время)

Главный из них — «Найробисты» (Nairobistes) — возник в 2015 году. В него вошли христианские отряды из «Антибалаки» и бойцы из мусульманского Демократического фронта народа ЦАР (FDPC) Нуреддина Адама. Главная цель, которую они поставили перед собой, — свергнуть действующего президента республики Фостен-Арканжа Туадера (именно он пригласил россиян в ЦАР).

Все против фулани-мусульман и президента (2016—2017)

Второй большой межрелигиозный союз — Анти-UPC. Это военный альянс, сложившийся в 2016 году, против одной из самых сильных мусульманских группировок «Союз за мир в Центральной Африке» (UPC). Его возглавляет нигериец Али Дарасса — выходец из народа фулани. К нему же принадлежат и большинство бойцов UPC. Часть племен, живущих в ЦАР, считают их чужеземцами, пришедшими в страну с запада Африки. Поэтому когда боевиков UPC объявили врагами народа, под ударом оказались и вполне мирные фулани.

Противостояние с UPC началось после того, как Али Дарасса отказался вместе с другими выходцами из «Селеки» выступить против президента Туадера.

В Анти-UPC вошли «Найробисты» и две крупные мусульманские группировки — «Патриотическое объединение за обновление ЦАР» (RPRC) и «Патриотическое движение Центральной Африки» (MPC). В ходе действий против фулани участники альянса убивали сотни мирных мусульман. Причем делали это такие же мусульмане, как и они.

Действия против UPC проявили очевидную вещь: гражданская война превратилась исключительно в противостояние за контроль над местами добычи алмазов, золота, углеводородов и участками, через которые идет нелегальный перегон скота.

Еще одной причиной борьбы против группировки Али Дарасса стали подозрения в тайном союзе между правительством Туадера и UPC. По мнению участников союза, бойцы-фулани получили от президента негласный мандант на захват всей территории на востоке страны до границ с Суданом и разоружение всех арабов, гула и рунга (народы, проживающие на этих землях). За UPC, помимо фулани, сражались беглецы из Чада, пытавшиеся свергнуть правительство этой страны в 2006-2008 годах. Поэтому у Али Дарасса были враги не только внутри ЦАР, но и за пределами страны. Тем не менее UPC остается одной из самых влиятельных группировок.

Конец этнического конфликта, начало религиозного (2017 — наст. время)

В октябре 2017 года раскол внутри лагеря выходцев из «Селеки» прекратился. Лидеры враждовавших с UPC мусульманских группировок FDPC, RPRC и MPC подписали мирный договор с Али Дарасса. После этого этнические чистки фулани прекратились, а вооруженные столкновения приняли ту же форму, что и в 2014 году: «христиане против мусульман» (хотя договор «Найробистов» по-прежнему в силе).

Появление России (2017 — наст. время)

Приход России в ЦАР в декабре 2017 года добавил еще больше неопределенности в расклады между вооруженными группировками. Москва, наравне с Китаем и Соединенными Штатами, поставляет в ЦАР нелетальное оружие. Однако ООН зафиксировала, что не подконтрольные правительству группировки в 2018 году начали активно наращивать свои арсеналы. На видео попали караваны, которые предназначались Али Дарасса (UPC) и Абдуллаю Хиссен (FDPC).

После этого просматриваются две тенденции: все группировки стали активно «окапываться» вокруг своих территорий, приносящих доход (шахты, пути перегона скота), а FDCP начала размежевание страны — группа продолжила активно развивать параллельную администрацию на севере ЦАР.

Россияне под руководством Валерия Захарова, помимо того что занимаются охраной президента и подготовкой вооруженных сил ЦАР, пытаются завоевать доверие местных жителей, используя опробованную боевиками тактику.

Так, например, Али Дарасса в 2015 году открыл в городе Бриа Общинную школу мира, также известную как «школа Али Дарасса». Боевики обеспечили ее мебелью и договорились с западными НКО и ООН об обеспечении школы учебниками. Через образование UPC добивались лояльности горожан.

Россияне отправляли вглубь страны большегрузы, снаряженные продовольственными пайками, и мобильные госпитали. Пока врачи осматривали деревенских жителей, старост деревень собирали за круглыми столами, организованными Валерием Захаровым. Лидеров национальных общин убеждали, что нужно быть верными действующему президенту страны.

Благодарность за поддержку не заставила себя ждать: летом право на работу в стране получили охранная компании Sewa Security Services и горнодобывающая Lobaye Invest, которые связывают с Евгением Пригожиным.

Работой исключительно с правительственными силами россияне не ограничились. 28 августа Валерий Захаров провел в столице Судана Хартуме встречу с Нуреддином Адамом и Абудаллаем Хиссенем (FPRC), Максимом Моком («Антибалака»),  Махаматом аль-Хатимом (MPC) и Али Дарасса (UPC).

Но Россия не стала единственным полюсом влияния извне. Лидеры вооруженных группировок не скрывают, что общаются с представителями Франции и даже получают от них инструкции по дальнейшим действиям. Из африканских стран наибольшее влияние в стране — у Чада и ЮАР. Есть свои интересы и у Китая.

Путь российских журналистов

Помимо описания сил, действующих в ЦАР, The Enough Project представили три карты, на которых изображены территории, контролируемые группировками, вышедшими из «Селеки», «Антибалаки», и иностранными боевиками.

Если наложить эти карты на путь погибших в ЦАР российских журналистов и их точки интереса в стране, то можно проследить, с какими группировками они должны были контактировать.

Первый и второй день после прибытия в ЦАР группа Орхана Джемаля провела в зоне, которая относится к территориям контроля «Антибалаки» (столица страны Банги и дворец Бокассы), однако непосредственных контактов с боевиками у них не должно было быть.

В день гибели журналисты также не выезжали за пределы зон влияния «Антибалаки». Сначала они приехали в Сибю (Subut), откуда должны были отправиться в Бамбари (Bambari). Но маршрут изменился — новая точка была в Декоа (Dekoa), где находится база ООН.

Декоа (и территория между ним и Сибю) — все еще территория «Антибалаки», однако город очень близок к землям двух группировок: MPC, в которой воюют мусульмане — выходцы из Чад, и FDPC, которая является центральной в связке всех наследников «Селеки».

Гораздо интереснее в этом смысле Бамбари, на который все это время были «завязаны» Орхан Джемаль и его коллеги: в этом городе, якобы находился Мартин, а в его окрестностях расположен рудник Ндассима, который хотели посетить россияне.

Территории вокруг Бамбари находятся под контролем UPC Али Дарасса — группировки, у которой должны были остаться связи с правительством. Организовать безопасный визит в город человек, представлявшийся Мартином, мог только находясь в контакте с UPC.

Рудник Ндассима в зоне влияния UPC и FDPC, договорившихся в 2017 году о мире. Однако велись ли реальные переговоры о его посещении — неизвестно.

Еще одна точка, которая могла быть связана с расследованием, которое вели Орхан Джемаль с коллегами, — город Бриа (шахта Ндассима расположена между ним и Бамбари). Здесь, по сообщениям газет ЦАР, встречали россиян-наемников. Весь этот район чрезвычайно богат природными ископаемыми, а контроль над ним оспаривают сразу несколько группировок: UPC и FDPC, обновленная «Селека»; претензии также высказывают отряды «Антибалаки» и угандийская Армия возрождения Господня (LRA).