St
«Я на «Триумфе», чтоб не быть на «Харлее»: мотоциклы в жизни Сергея Доренко
На чем ездил известный журналист, на каких скоростях и что ценил в байках Фото: © Агентство Москва

«Я на «Триумфе», чтоб не быть на «Харлее»: мотоциклы в жизни Сергея Доренко

На чем ездил известный журналист, на каких скоростях и что ценил в байках

Фото: © Агентство Москва

Вечером 9 мая не стало Сергея Доренко журналиста, главного редактора радиостанции «Говорит Москва». Доренко потерял сознание на дороге в центре Москвы, когда он управлял мотоциклом Triumph Bonneville. Daily Storm рассказывает о роли байков в жизни одного из самых ярких журналистов современной России.


О мотоцикле Сергей Доренко задумывался уже в детстве. В интервью изданию Omoimot журналист признался, что водить не разрешал отец, военный летчик: «Сережа, мотоцикл и вертолет не наш транспорт». Мы, говорил отец, самолеты и машины.


Поэтому свой первый байк Доренко приобрел только в 38 лет. Им стал Yamaha TTR 600R, мотоцикл категории эндуро. Тяжелый, спортивный, 600-кубовый  смелая заявка для начала.


Вскоре Доренко пересел на Honda XR650R, более покладистый и спокойный байк: «Honda божественна абсолютно, она заводится с кик-стартера, мороз не мороз, плевать! Вокруг моей Yamaha приходилось полчаса потеть, а Honda изумительна!»


Увы, Honda радовала Доренко недолго. В 2001 году журналист стал участником скандального ДТП. Телеведущий наехал (и причем умышленно) на капитана 1 ранга военно-морского флота России Валерия Никитина. Тот получил множество травм и был госпитализирован. В итоге судебное разбирательство, четыре года лишения свободы условно, выплата компенсации и конфискация мотоцикла — как орудия преступления.


С тех пор ни в какие дорожные конфликты Доренко больше не попадал. За долгие годы вождения журналиста останавливали лишь раз. И это настоящее везение, учитывая, что целых 17 лет Доренко ездил без прав.


Кроме того, Доренко рассказывал, что нередко превышал скорость. На шоссе разрешенная 110 км/ч. А спидометр порой показывал 140, 180 и даже 190 км/ч. Причем, как пояснял ведущий, скорость попросту можно было и не почувствовать.


Несмотря на спокойное отношение к быстрому вождению, ездил Доренко всё же осторожно. Избегать неприятных ситуаций помогало знание повадок автомобилистов. Бывало даже, проводил с ними разъяснительные беседы:

«Мотоциклисты от себя не гибнут. Мотоциклисты гибнут оттого, что кретины на машинах поворачивают влево главным образом… Я догнал одну сучку, в смысле, одну водительницу здесь недавно догнал. Догнал, заставил ее опустить стекло и сказал ей: «Здравствуйте. Вы меня убьете, и я буду сниться вам всю оставшуюся жизнь. Вам эта нравится перспектива?»


В понимании Доренко, была у мотоцикла и своя философия — кредо индивидуализма.


«Я мотоциклист-одиночка. Мотоцикл дает чувство индивидуализма, ты наедине не с мотоциклом, ты наедине с фурами, с очередями, которые объезжаешь слева на МКАД. И нет в этом коллективизма, коллективчик стоит, а ты едешь!.. Если мы будем как галки или как вороны парить толпой, это будет не прикольно для меня. Я хочу парить один», рассуждал журналист.


Доренко явно сторонился своих «коллег» байкеров, в частности клуба «Ночные волки». Главным их недостатком считал излишнюю политизированность. О своей неприязни просто говорил: «Я увижу там этих дивных людей и блевану, а если я блевану, то зачем мне туда ехать?»


Групповые заезды раздражали и за мэйнстрим. В то время как все разъезжали на Harley-Davidson, «играя в детство», Доренко предпочитал британский Triumph. В гараже у журналиста стояло несколько мотоциклов от производителя: Thruxton 1200R, Scrambler 1200XE, Bonneville Bobber. До этого Доренко часто гонял на итальянском Ducati, которого мило называл  «безумный козлик».


О своих байках Сергей Доренко любил поговорить и в эфире на «Говорит Москва». Почти за месяц до гибели журналист поделился со слушателями: 


«У меня сейчас новый мотоцикл, вот этот Scrambler от Triumph, каждый раз, когда я включая третью… Именно почему-то третью, на второй я берегусь, на первой он трогается нормально, как трактор. На второй я берегусь, а на третьей я забываю беречься, и он все время мне поднимает переднее колесо… Я валюсь всем своим жирным корпусом вперед и гашу ручкой, потому что он поднимает переднее колесо... Я должен как-то привыкнуть к этому».


Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...