Развод обернулся для инвалида-колясочника СИЗО

Вторую неделю на сайте Change.org люди активно оставляют подписи в защиту инвалида-колясочника Дмитрия Матвеева, по решению суда отправленного в СИЗО. 48-летнего мужчину, который 15 лет не может передвигаться самостоятельно, обвиняют в тяжких преступлениях. «Шторм» рассказывает, что предшествовало возбуждению дела и при чем здесь бывший мэр Листвянки Татьяна Казакова, за которую вступались правозащитники.

Имя Дмитрия Матвеева в Иркутске знает почти каждый: он — крупный бизнесмен, меценат, президент ассоциации «Байкальская виза», работающей в сфере туризма и гостинично-ресторанной отрасли. 3 июня 2018 года местные СМИ сообщили, что в доме, где живет предприниматель, прошли обыски, а его самого задержали. На следующий день суд отправил мужчину до 1 августа в СИЗО, сославшись на то, что тот, дескать, опасен для общества. Это решение сегодня подтвердила и вышестоящая инстанция.

Следствие считает, что Матвеев похитил человека и вымогал у того деньги, применив насилие: дома у бизнесмена нашли одежду потерпевшего и коробку от электрошокера. Отрабатываются несколько версий произошедшего, говорит адвокат Роман Кравцов: в частности — что похищенного привезли в дом другие люди.

«Еще удивительный момент: на утро (после похищения. — Примеч. ред.) потерпевший сел в машину с водителем Матвеева, и при нем были 10 000 долларов — это уже установлено, — делится защитник. — Вымогали и деньги дали, что ли? Много здесь несостыковок».

Интересно и то, что после нападения пострадавшего не помещали в больницу. Когда арестовывали Матвеева, он был в суде. «У него царапина на щеке, как будто ногтями провели, три равные полосочки, — говорит Роман Кравцов. — Но чтобы его избивали кулаками по лицу — нет, не видно, и освидетельствования не было».

Непрестижный поступок

Похищенным Матвеевым мужчиной является Руслан Дукин, подчиненный Татьяны Казаковой, экс-супруги Дмитрия Матвеева. Против него расследовалось дело о мошенничестве, связанном с продажей доли в ООО «Престиж». Это дело правоохранительные органы «не доводят до ума», заметил Кравцов.

В 2015 году, будучи единственным владельцем компании, которая изначально принадлежала Матвееву и Казаковой, он продал долю в ее уставном капитале сразу двум людям: дочери Казаковой Ольге и Александру Исайченко. Из-за того, что сделка с Ольгой была заверена раньше, Исайченко ничего не получил. Он до сих пор безуспешно ее оспаривает.

Зубатка из Листвянки

Портрет 54-летней Татьяны Казаковой складывается крайне неоднозначный. С уверенностью лишь можно говорить, что стала она известна ближе к 2010-му, когда ее, главу Листвянского муниципального образования (городское поселение на берегу Байкала), обвинили сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса: следователи, в частности, утверждали, что она платила за голоса в ее пользу.

Вся общественность, включая правозащитников и журналистов, встала на защиту Казаковой. Как рассказывали местные, с приходом Казаковой Листвянка преобразилась будто только благодаря ей: бизнесвумен инвестировала в поселок большие средства и организовывала рабочие места. Проблемы же у Зубатки (такое прозвище Казаковой дали еще в начале ее карьеры) начались из-за того, что она перешла дорогу ФСБ: у нее был конфликт с администрацией санатория, подведомственного спецслужбе.

Казакову арестовали в 2008 году, в СИЗО она провела больше двух лет — ей даже не разрешали видеться с семьей. Когда вышла, получив условный срок, вновь занялась бизнесом. И вышла замуж за Дмитрия Матвеева, уже прикованного к креслу. Вместе они занимались бизнесом еще с начала нулевых.

Версаль в Иркутске

Одним из задуманных Казаковой проектов стал торговый центр «Версаль». Строился он на участке, который принадлежал ей и Матвееву. Для реализации проекта привлекались деньги Сбербанка — он выдал кредит более миллиарда рублей под залог имущества, что стало отправной точкой в войне между супругами.

Здание построили, ввели в эксплуатацию и стали запускать в него арендаторов. Этой весной Казакова начала требовать с них деньги, которые ей якобы задолжали. Она со своей охраной перестала впускать в помещения посетителей. На одной из видеозаписей, размещенных в интернете, видно, что кто-то специально поджигает в «Версале» средь бела дня дымовую шашку.

При всем при этом кредит, взятый у Сбербанка, никто погашать не стал. Казакова попыталась переложить часть обязательств на Матвеева. Вдобавок бизнесвумен пыталась взыскать 288 миллионов рублей с сына бывшего супруга — якобы такую сумму он брал у нее под расписку. Она просила арестовать принадлежащие ему квартиры, земельные участки и машины. В суде однако доказали, что подпись в предоставленном документе попросту подделана.

Иван Матвеев добивался возбуждения уголовного дела в отношении Казаковой, но Следственный комитет девять раз его отменял. Хотя прокуратура была за.

Дальние отголоски

Роман Кравцов напрямую не связывает войну между супругами с арестом Матвеева — разве что это «могут быть самые дальние отголоски». Перед защитой стоит задача — добиться освобождения инвалида из СИЗО: врачи подтвердили, что у мужчины серьезные проблемы со здоровьем, не позволяющие находиться под стражей.

Европейский суд по правам человека принял жалобу адвокатов на арест Матвеева и рассматривает ее в ускоренном порядке. Озаботился проблемой и уполномоченный по правам человека в Иркутской области Виктор Игнатенко, попросив прокуратуру дать правовую оценку решению суда. В надзорном органе «Шторму» сообщили, что ответ будет дан в установленный законом срок — в течение 30 дней. В областном правительстве об аресте знают, но говорят, что вмешиваться в следствие не могут.

Связаться с самой Татьяной Казаковой и потерпевшим Русланом Дукиным «Шторму» не удалось. Однако сын Дмитрия Матвеева Иван рассказал, что сейчас со стороны бизнесвумен поступают угрозы: она предупреждает, что его отец «не выйдет живым из СИЗО» и «она все для этого сделает».

Сомневаться в том, что такое имело место быть, почти не приходится: на одной из видеозаписей, которые появились в Сети еще задолго до ареста Матвеева, Казакова упоминает в разговоре своего экс-супруга, после чего добавляет: «Мало ему осталось страдать, потом будет страдать в других местах».