Тюрьма делает ставки

Никулинский районный суд Москвы в ближайшие дни поставит точку в деле, напрямую связанном с арестом высокопоставленных сотрудников Следственного комитета. Его ключевой фигурант — Захария Калашов, известный в криминальном мире как Шакро Молодой, вскоре может отправиться в колонию на 10 лет.

Задержанию Калашова и предъявлению ему обвинения по ч. 3 ст. 163 Уголовного кодекса (вымогательство с применением насилия) предшествовал инцидент у ресторана Elements на Рочдельской улице: его приближенные и охрана в конце 2015-го стали участниками перестрелки с бывшим кагэбэшником, адвокатом Эдуардом Буданцевым.

Перестрелка произошла после того, как к адвокату Буданцеву обратилась владелица Elements Жанна Ким: она утверждала, что люди Калашова вымогали у нее восемь миллионов рублей. У тех на этот счет имелась другая версия: Ким якобы задолжала сумму дизайнеру Фатиме Мисиковой, занимавшейся оформлением заведения. Она была знакомой Шакро Молодого.

Не обошлось без жертв: погибли несколько человек из команды Калашова. Кому-то удалось скрыться с места происшествия, другим повезло меньше: в числе задержанных оказались правая рука криминального авторитета Андрей Кочуйков (Итальянец) и Эдуард Буданцев.

Против Кочуйкова возбудили два дела. Тут-то и возникли фигуры из СКР — экс-глава управления собственной безопасности ведомства Михаил Максименко и замруководителя столичного главка СКР Денис Никандров: в ФСБ уверены, что они за деньги готовы были прекратить уголовное преследование Итальянца.

В дальнейшем Шакро Молодому и его предполагаемым сообщникам добавили еще один эпизод, связанный с выбиванием 10-миллионного долга у бизнесмена Льва Гарамова. Тот, впрочем, сам оказался не без греха: в отношении него возбуждено дело о незаконной банковской деятельности.

Процесс, стартовавший осенью, сопровождался как смешными, так и грустными моментами: адвокаты остроумно шутили, подсудимые — произносили интересные речи, ярко выступали свидетели (чего стоит одно только воспоминание Буданцева о том, как он услышал возле ресторана: «Грузите лысого в багажник!»). Родственники обвиняемых не пропускали ни одного заседания — скамьи всегда были заняты.

Что уж говорить о сегодняшнем дне: третий этаж, где по обычаю проходили слушания, оказался забит журналистами. Всех разогнали по разным сторонам, шикнули — молчать! Воцарившуюся тишину единственный раз прорвала клубная музыка — раздался звонок на телефоне пристава, имевшего самое серьезное выражение лица. А следом появились те, кого всех ждали: впереди шел Кочуйков, неподалеку от него — Калашов, в неизменно темной толстовке с натянутым на голову капюшоном. 

Мимо клеток туда-сюда сновали фотографы. «Ну че, удачно, да?» — огрызнулся один из подсудимых. Влетел в зал адвокат Гари Мирзоян: на бегу бросил, что надеется на оправдательный приговор.

Ко второй и ближайшей со стороны журналистов клетке примкнул Батыр Бекмурадов (Бек), вице-президент «Союза десантников России». Прощался с родными, хотя каким будет приговор — обвинительным или оправдательным — известно еще не было. Сказал знакомому из зала, что на него «вся тюрьма поставила», просил не подвести и идти напролом: «В Лефортово заезжайте, поднатаскаем!»

Обратился и к сыну Роману: «Надейся только на себя и за меня отомсти, — оказалось, шутит. — Нет, просто дождись».

Спустя 20 минут защита зашумела — в СМИ появилась информация об обвинительном приговоре (кажется, почти все прослушали, поскольку судья говорил невнятно и тихо).

Тем временем судья Дубков повторился: как и раньше, называл Калашова «хранителем общака», которым он распоряжался в своих интересах. В функции криминального авторитета входило распределение ролей и контроль над организованными группами, которые занимались противоправной деятельностью. Такую иерархию, как и авторитет Шакро Молодого, признавал близкий к нему Кочуйков.

Для возврата долгов — или, если быть точнее, вымогательства, — Кочуйков привлек Бекмурадова, чтобы тот создал частные охранные предприятия и нашел людей, которые могли бы обеспечивать безопасность Калашова. В обязанности Бекмурадова входила кадровая политика, обеспечение оружием и обмундированием сотрудников ЧОПов.

Допрошенные свидетели рассказывали, что связанные с Шакро Молодым вопросы решались по защищенному каналу связи «Виктория». Калашова называли позывным «объект ноль один», поэтому некоторые сотрудники ЧОПов даже не догадывались, кто за ними стоял. Передвигался Шакро на нескольких автомобилях: один из них специально перекрасили в желтый цвет — под такси, чтобы не привлекал внимание.

Завершил заседание Дубков напоминанием о том, что Бекмурадов позиционировал себя как приближенный Калашова. Следующее состоится в четверг, 29 марта.