St
Султан или пропал: судьба Эрдогана зависит от самых необычных выборов в Турции
Ближневосточная страна 24 июня досрочно проголосует и за президента, и за парламентские партии

Султан или пропал: судьба Эрдогана зависит от самых необычных выборов в Турции

Ближневосточная страна 24 июня досрочно проголосует и за президента, и за парламентские партии

Коллаж: © Daily Storm
Коллаж: © Daily Storm

Турция готовится к необычным выборам: в один день, 24 июня, население будет и избирать президента, и голосовать за различные партии в парламент. Оба мероприятия изначально планировались на ноябрь 2019 года, но были перенесены по воле действующего главы страны — Реджепа Тайипа Эрдогана. Чем закончатся выборы — неизвестно: поддержка нынешнего лидера колеблется в районе 49-51%, из-за чего возможен второй тур голосования. Правящая Партия справедливости и развития (Adalet ve Kalkınma Partisi AKP) также стала сдавать позиции и может потерять большинство в парламенте. От того, смогут ли Эрдоган и его политические сторонники сохранить власть, зависят и дальнейшие взаимоотношения Турции с Россией.


undefined
Фото: © kremlin.ru

Зачем Турции вообще досрочные выборы?


Изначально оба голосования должны были пройти в 2019 году, когда истекали сроки полномочий и президента, и парламента. После этого Турция должна была стать «суперпрезидентской республикой», то есть страной, в которой глава государства имеет расширенные полномочия. Однако указом Эрдогана и те и те выборы решено было провести на полтора года раньше.


Сразу после того, как власти Турции объявили об изменении даты проведения голосований, среди экспертов появились две теории. Одни считали, что Эрдоган хочет, чтобы следующий президентский срок закончился в 2023 году, когда вся страна будет праздновать столетие государства. На этой волне глава государства сможет переизбраться еще раз, отмечали они. Согласно другой теории, Эрдоган перенес выборы, рассчитывая на маленькую победоносную войну в Африне, которая добавит ему политических очков и также обеспечит сохранение должности еще на пять лет.


Настоящая причина того, что турки будут голосовать в это воскресенье, а не в ноябре 2019 года, кроется в экономической и политической ситуации в стране, считает директор Центра изучения современной Турции Амур Гаджиев. Со следующего президентского срока государство начнет работать по новым правилам: глава государства получит расширенные полномочия, а премьер-министр станет менее значимой фигурой. Эти изменения произойдут из-за поправок в Конституцию, принятых на общенародном референдуме в апреле 2017 года. 


После этого голосования Турции необходимо было еще два с половиной года «жить по-старому», к чему многие оказались не готовы. «Все находилось в замороженном состоянии, все ждали выборов и их результатов. И во внешней политике шаги стали осторожными, с другой стороны — внутри резкие телодвижения делать опасались. Такое состояние долго продолжаться не могло, нужно было срочное решение. Турция в целом пребывала в режиме ожидания, и нужно было выйти из этого положения», — отметил Гаджиев.


Если Эрдоган и его партия одержат победу на предстоящих выборах, они получат практически безграничную власть. Главе государства будет проще управлять страной и пытаться вывести ее из экономического кризиса, но авторитаризм власти продолжит укрепляться, может увеличиться количество арестов и репрессий. При любых других результатах выборов страну ждут болезненные перемены.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press/Depo Photos

Второй тур и проблемы в парламенте


В бюллетенях президентских выборов 24 июня будут шесть фамилий. Среди них выделяют троих фаворитов: Эрдогана, кандидата от созданной еще Ататюрком Республиканской народной партии (Cumhuriyet Halk Partisi CHP) Мухаррема Индже и национал-консерватора Мерал Акшенер. Есть еще сопредседатель Демократической партии народов Селахаттин Демирташ, но все опросы прогнозируют, что он получит не более 10%: турецкому населению он не нравится за близость к курдам.


Эрдоган, судя по результатам всех последних выборов и референдумов, едва набирает необходимую поддержку населения. В 2014 году он получил 51,79% голосов. На парламентских выборах в турецкий меджлис в июне 2015 года его партия смогла получить лишь 40,87% поддержки населения — а когда в стране не удалось сформировать правящую коалицию, было объявлено новое голосование. На нем AKР, конечно, вернула контроль над парламентом, но с тех пор ее популярность стала падать. Наконец, референдум по изменению Конституции 2017 года также состоялся со скрипом: за инициативу расширить полномочия президента проголосовали 51,41% населения.


«Скорее всего, Эрдоган выиграет», — считает Гаджиев. Он отметил, что президент уже пообещал туркам значительные перемены. Во-первых, Эрдоган планирует в случае победы уже в июле 2018 года отменить режим чрезвычайного положения, который действует еще со времен попытки госпереворота в Турции в 2016 году. Во-вторых, глава государства решил наконец-то заняться курдским вопросом.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press/Depo Photos

Однако даже некоторые проправительственные издания в Турции публикуют результаты опросов, согласно которым Эрдоган в первом туре выборов победить не сможет. Президенту не помогло ничего: ни обещания, ни ставка на успех военных действий в Африне. «Когда операция «Оливковая ветвь» начиналась, Эрдоган полетел же туда, в близлежащие турецкие провинции, предстал в образе Верховного главнокомандующего в форме, давал какие-то поручения, приказы, такая вот картинка была», — рассказал Гаджиев. Тем не менее Африн на рейтинг Эрдогана практически не повлиял, добавил он.


Если же второму туру быть, с кем действующий президент может в нем столкнуться? Пока что на втором месте идет Мухаррем Индже, который баллотируется от старейшей в стране партии. «На политическую авансцену он выступил сравнительно недавно. Он еще не смог себя нигде проявить. Он пользуется поддержкой не из-за своих заслуг, а просто электорат CHP, и то не весь, будет голосовать за него», — отметил Гаджиев. Тем не менее рейтинг Индже постепенно растет: согласно майским опросам, за него готовы проголосовать 26,8% избирателей.


Еще один возможный соперник Эрдогана — бывшая заместитель председателя турецкого парламента, лидер образованной только в 2017 году «Хорошей партии» Мерал Акшенер. «[У нее] позиции несильные, хотя начинала она неплохо. На первых ее митингах собиралось достаточно большое для начинающей партии количество людей. В то же время ее популярность снижается на фоне роста рейтинга Индже», — отметил Гаджиев. Акшенер больше известна населению не четкой предвыборной программой, а критикой Эрдогана.


Если во второй тур выйдет Индже, ему будет проще победить, пишет эксперт Российского совета по международным делам (РСМД) в области международных и турецко-российских отношений Керим Хас. С высокой долей вероятности можно говорить, что за него будут не только сторонники Акшенер, но и курды, потому что Индже голосовал против собственной партии, когда в парламенте решался вопрос снятия неприкосновенности с депутатов. Благодаря этим поправкам власти сумели посадить в тюрьму на пять месяцев одного из лидеров курдской оппозиции — Селахаттина Демирташа, который также является кандидатом в президенты. Акшенер же будет сложнее заручиться поддержкой курдов из-за ее националистического прошлого, отмечает Хас.


В итоге, из-за высокой вероятности второго тура, сложно предсказать результаты выборов. Однако позиция Эрдогана уже кажется не такой прочной, как во время попытки госпереворота в 2016 году, когда население вышло на улицы защищать своего президента от военных. Впрочем, всегда может произойти ситуация, аналогичная сложившейся в 2015 году, во время парламентских выборов. Когда партия Эрдогана не получила большинство, голосование перенесли на ноябрь, а в стране началась волна терактов и арестов. В итоге население решило голосовать за AKP, обещавшую восстановление стабильности.


Партия Эрдогана теряет позиции. Так что ситуация 2015 года может повториться и в случае грядущих парламентских выборов. «Здесь интрига заключается в следующем: в случае, если «прокурдская» партия сможет набрать необходимые голоса (пройти 10%-ный барьер), то она получит от 70 до 80 кресел в парламенте. Если это сделать не удастся, то эти места автоматически перейдут на сторону Партии справедливости и развития, — отмечает Хас. Без этих 70-80 кресел AKP не получит большинства в парламенте, как и было в июне 2015 года.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press/Oliver Weiken

Чем все закончится для России?


Официальная Анкара за три года после инцидента со сбитым российским самолетом наладила очень прочные связи с Москвой. РФ строит атомную электростанцию «Аккую», которая должна решить энергетические проблемы страны. Совместно с Москвой и Тегераном Анкара взяла на себя ответственность за послевоенное урегулирования в Сирии. Турция конфликтует с США и НАТО, несмотря на то что состоит в этом альянсе. «Если выиграет Эрдоган, тренд (сближения. — Примеч. «Шторма») в российско-турецких отношениях будет продолжен», — уверен Гаджиев.


Хуже для РФ будет при победе Индже, считает эксперт. Он уверен, что Анкара в этом случае будет дважды думать, перед тем как продолжить дальнейшее сближение с Москвой. «Возможны корректировки в отношении евразийского вектора турецкой внешней политики», — добавил Гаджиев. Примерно то же самое произойдет в случае триумфа Мерал Акшенер: многие вопросы будут пересматриваться, но ключевые стратегические направления и двусторонние договоры изменяться будут минимально. В обоих случаях Турция может отказаться от закупки российских С-400, что приведет и к потеплению отношений между Анкарой и Вашингтоном.


«Если вдруг произойдет чудо и выиграет Демирташ, то курды традиционно считаются даже не партнерами, а друзьями России. Ну, за исключением того эпизода с YPG. (Сирийские курды обвинили РФ в предательстве после вывода российских войск из Африна, когда там началась турецкая военная операция. — Примеч. «Шторма»). Курды, в принципе, к РФ относятся с симпатией, но победу в предстоящих выборах вряд ли одержат», — уверен Гаджиев.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press/

Турция находится на пороге и политического, и экономического кризиса. В этой ситуации Россия уже оценивает возможные риски, уверен эксперт РСМД Керим Хас. С этим он связывает продажу Denizbank, который раньше принадлежал Сбербанку. РФ с Турцией связывает множество экономических и геополитических интересов, и Кремлю крайне необходима стабильность в ближневосточной стране. «Именно поэтому для России чрезвычайно важно, чтобы Турция не вошла во внутренний хаос, — пишет Хас. — Москва, в определенной степени предоставляя Анкаре карт-бланш на действия в Сирии, рискует быть втянутой и во внутренние дела Турции, а также стать заложником политических амбиций турецкого руководства, что может в дальнейшем создать дополнительные трудности. Очевидно, что с каждым днем зависимость Москвы (желает она того или нет) от Анкары возрастает».


Многие граждане Турции уже проголосовали на президентских и парламентских выборах: диппредставительства страны за рубежом провели их 17 июня. Согласно немецким СМИ, крупная диаспора ближневосточной страны в Германии голосовала в основном за Эрдогана.