Дружелюбные лица с автоматами и паранджа со стразами: взгляд на Афганистан глазами русских женщин

Одни сидят в дорожных ямах с грудничками на руках, ловя пыль и солнце вместо милостыни. Другие — красят ногти, примеряют хиджабы со стразами и стараются жить так, будто вокруг не рушился мир. Афганистан — страна, где под чадрой прячут не только лицо, но и прошлое, и надежду. Женщины из России, побывавшие там, рассказывают, как между страхом и улыбкой проходит жизнь афганок — тех, кто выжил в войне и снова учится дышать в тени талибов.

«Он понял, что я женщина, и начал смотреть на грудь, потом на ноги, сказал какое-то слово, и все развернулись на меня», — русская мотоциклистка Мария чудом смогла скрыться от толпы зевак в небольшом афганском городке. Местные расступились только тогда, когда поняли, что девушка готова нажать на газ, чтобы прорвать живую преграду. В их понятии она падшая женщина, грешница, но иноземка, именно поэтому трогать ее никто не имеет права.

Афганистан… Страна, которая 20 лет выживала под ударами США и не могла полноценно развиваться, подстраиваясь под современный мир. После прихода к власти талибов все кардинально изменилось. По словам туристов, которые были там до и после, жизнь афганцев стала похожа на распускающийся после длительной засухи цветок. Здесь активно строятся современное жилье, дороги, объекты инфраструктуры, но это пока относится только к крупным городам и столице. Все, что дальше, похоже на Средневековье.

Но кроме внешних факторов преображения Афганистана в лучшую сторону, есть и обратная сторона, касающаяся положения женщин. Радикальный ислам талибов существенно урезал их права и возможности. Путешественница-байкер из ХМАО, молодая мама из Мурманска и писатель-востоковед из Ростова-на-Дону узнали, что ждет в этой стране русских туристок, и пообщались с местными женщинами.

«Он был расстроен, что я ему показала свое лицо»: рассказ уральской байкерши

Раз в год четверо друзей из городка Урая, округ ХМАО, выезжают на своих мотоциклах в путешествие на месяц-полтора. Мария говорит: «Я и сама одна не езжу, и мужа не отпускаю, чтобы не нашел себе приключений, а так он несет ответственность еще и за меня». В такую страну, как Афганистан, ехать поодиночке и вовсе нежелательно, тем более женщине. Несмотря на то что многие турфирмы уже продают туда путевки и набирают экскурсионные группы, поездка сопряжена с рядом сложностей.

«Мы заехали в Афганистан своим ходом, через Казахстан, Узбекистан и Таджикистан. Первый раз Афганистан нас заинтересовал восемь лет назад, когда мы ездили на Памир, там еще американская армия стояла в палатках. В этот раз мы даже не делали визу в Москве, оформили документы уже по прибытии. Нас повели в старенькое здание, постелили ковер, и сразу же почувствовалось особое отношение к женщинам», — рассказала девушка.

Им еще в Узбекистане посоветовали, чтобы женские документы держал при себе муж. Талибы не должны ни разговаривать с женщинами, ни смотреть на них, а те, в свою очередь, на них и вмешиваться в мужской разговор. По словам Марии, если женщина захочет заехать в Афганистан сама, она не уедет дальше пограничного поста — туристкам можно передвигаться с братом, мужем или отцом. Тогда проблем не возникнет.

После оформления документов местные предложили байкерам воды, сделав вид, что женщин, сидящих рядом, не существует: «Парни говорят: «Нет, спасибо. Он им второй раз: «Будете воды?» Они повторили: «Нет, спасибо». Он дальше стоит с этой водой, на нас не смотрит. Третий раз, когда спросил, я шепотом говорю своему мужу: «Паша, спросите у нас, будем ли мы воды». Паша поворачивается: «Девчонки, вы будете воду?» Мы покачали головой, и только тогда мужчина развернулся и ушел».

Жизнь Кабула и провинции отличается очень сильно. Именно на окраинах строже всего соблюдаются порядки и законы. Если в городах можно встретить женщин с открытыми лицами и даже на каблуках, то в деревнях и населенных пунктах поменьше так не принято.

«Через километров 60 от границы есть город Кундуз. Мы проезжали через район, где был местный рынок. Когда люди поняли, что здесь туристы, все встали как вкопанные. Я была так одета, чтобы не было видно, что я женщина, это не бросалось в глаза. И в один момент мальчишка лет семи посмотрел мне под визор и увидел очки в стразах. Он стал смотреть на грудь в защите, потом на ноги и сказал какое-то слово. Все развернулись на меня, потому что для них это вообще харам: женщине нельзя ездить на мотоцикле, на велосипеде, потому что у нее не должно быть ничего между ног», — объяснила Мария.

Она пыталась выехать из толпы, но ее не пропускали. Один мужчина перегородил дорогу и показывал руками, чтобы сняла шлем.

«Я просто нажала на сигнал и ревела мотиком, у меня там все датчики загорелись, все перегрелось, я им показывала, что я сейчас просто их давить начну, и они потихоньку стали расступаться». Марию спасло то, что для них грех трогать женщину, которую они считают падшей.

В кафе и магазины без мужчин — с осторожностью

В Афганистане в каждом заведении есть отдельное место, где сидят женщины. Если это касается ресторанов, то там комната не только с женщинами, а для семейных людей. Но отлучиться в туалет одной не возбраняется. А в магазинах продавцы везде мужчины, местные жительницы могут ходить туда только с закрытыми лицами и находиться в минимальном контакте с персоналом. Мария говорит, что видела пару супермаркетов самообслуживания. Одежда продается на рынках, а вот женского нижнего белья нигде наши туристы не заметили, зато мужские трусы висят везде.

Чтобы соответствовать местному колориту, Мария и компания заказали себе одежду на местном рынке города Кундузи. «Заказы там принимают мужчины, они же и снимают мерки, если у женщин — то на глазок. Там полный цех мужчин-швей, в нем большое панорамное окно на улицу. Тканей таких в России вы даже не найдете, поэтому мы ничего с собой не везли в плане одежды, а пошили на месте», — рассказала она.

Талибы — вежливые, веселые и… строгие

Мужчина, который хорошо говорил по-русски, рассказал нашим туристам, что он очень рад приходу талибов к власти, потому что они в основном афганцы. По словам Марии, они дружелюбны и рады путешественникам, особенно русским, положительно отзываются о президенте и любят поболтать. Приезжим уделяется особое внимание: гостей страны оберегают всеми возможными способами, в гостиницах стоит вооруженная охрана. Они уже понимают, что с туристами можно разговаривать, и сами по себе очень положительные люди.

Но именно талибы ведут все к тому, что женщины должны быть закрыты и не могут учиться. Они всех склоняют к радикальному исламу, запрещают женщинам выглядывать в окна и заставляют окна закрашивать, если они выходят не во двор, а на улицу. Сами талибы говорят, что делают этого для того, чтобы защитить женское население.

Жесткие ограничения касаются не всех, многое зависит от местной власти, города проживания, социального класса семьи. У кого есть интернет, те работают и учатся онлайн.

«Я разговаривала с женщиной, и она пояснила, что мужья по их вере должны защищать жен. То есть важно, как мужчина будет относиться к женщине и как он будет трактовать установленные порядки. Среди афганцев я очень много видела приятных мужчин, любящих отцов, тех, которые гуляли со своими внучками. Встречались и очень страшные, неприятные мужчины», — поделилась Мария. По ее словам, афганки считают, что они живут нормально, никто их не обделяет. Их все устраивает, потому что мужчина их кормит, содержит. 

Но те, кого по каким-то причинам не содержат мужчины, либо у кого мужчины погибли, выходят на улицу и просят подаяния, потому что по закону их никто не может к себе взять на работу. Они сидят на трассе в выбоинах на дороге в 40-градусную жару одни или даже с грудничками. Туристка рассказала, что когда дети подрастают до возраста шести-семи лет, они ходят и собирают мусор, затем фасуют, режут ножницами, моют, пакуют и сдают.

Реакция на туристок — неоднозначная

В Афганистане блокпосты стоят на расстоянии в каждые 15 километров, проверить документы у женщины — реальная проблема.

«Мужчина взял мой паспорт и в таком шоке стоит! Смотрит на мой паспорт и на меня. Я понимаю, что ему нужно идентифицировать меня, поднимаю визор и спускаю подшлемник. У него округляются глаза, потом он их закрывает и мне машет руками: закрой, закрой! Кинул этот паспорт моему мужу и показывает: езжайте отсюда. То есть он был расстроен, что я ему показала свое лицо», — объяснила Мария.

При виде интуристок местные мужчины в основной своей массе не знают, как правильно на них реагировать, возмущаются — единицы. Большая часть пытается скрыть восхищение. 

«Иностранка — это что-то среднее: не мужчина, и не женщина»

Мария Кича — российская писательница, блогер, юрист и преподаватель. Она говорит на семи языках и пишет книги про страны Ближнего Востока. Афганистан для нее — место с богатой историей и источник творческого вдохновения. Мария ездит туда совершенно одна по туристической визе. 

«Это страна, куда я приезжаю с радостью и уезжаю с радостью», — говорит востоковед. По ее словам, там всегда большую роль играет не мнение кого-то в Кабуле, а мнение тех чиновников, которые на местах, и талибы сейчас пытаются все централизовать. В Афганистане власти оберегают туристов: «Таксисты, водители автобуса, когда везут туристов, везде кричат — «фаранга, фаранга, фаранга», то есть иностранка. Так они дают знать, что везут важных гостей, которые обязательно должны добраться до пункта назначения без проблем».

Так как Мария ездит в Афганистан, чтобы изучить культуру, местные обычаи, ценности, историю, она часто контактирует с местными чиновниками, и везде ей рады. 

«Мы надеемся, вам все понравится. Вот вам наши визитки, телефончики, если что-то случится — обязательно обращайтесь. Мы так рады, что к нам начали ездить туристы! Стараемся сделать все, чтобы с вами ничего плохого не случилось». Они это говорят совершенно открыто. Вообще в условиях Афганистана туризм — это самое простое. И даже особую инфраструктуру строить, создавать для туристов не нужно, потому что это аутентичность, — рассказала писательница. — В Афганистан едут фоткаться с талибами, с автоматами, там есть много заведений интересных, которые создавали еще американцы». В стране считают, что у иностранца должно быть все легально, потому что это его безопасность, в которой он должен быть заинтересован в первую очередь. 

Кстати, у Марии не возникло проблем при взаимодействии с талибами без мужского посредника: «Дело в том, что они все не воспринимают иностранок так же, как своих женщин. С тобой обращаются и общаются по-другому».

Местные женщины обожают туристок — подходят, чтобы поболтать

Афганкам не запрещено общаться с другими женщинами. Особенно они любят приезжих из России.

«Я ехала автобусом из Герата в Кабул. Там были женщины со своими мужьями. Они ко мне проявляли большой интерес, постоянно подходили на остановках, спрашивали, что, как, чего, куда. Им интересно было пообщаться с иностранкой, еще и с туристкой. В Герате ко мне подходило огромное количество женщин старшего поколения. Многие говорили, что я вообще единственная иностранная туристка в Герате. Ну, по крайней мере, первая, которую они видели за много-много лет. И для них это тоже был своеобразный сигнал, что жизнь нормализовывается потихоньку», — объяснила Мария.

По телевизору показывают Коран и котиков

Условия в гостиницах — разные. В Кабуле чаще всего останавливаются иностранцы, там все на современном уровне. Если говорить о каких-нибудь городах типа Газни, там условия достаточно спартанские: на полу есть матрас — скажите спасибо. 

Как таковых развлечений нет, только экскурсии. По телевизору, со слов Марии, смотреть особо нечего. Есть канал, на котором показывали Коран, просто переворачивали страницы в прямом эфире. 

«Вторым был канал, где 24/7 нон-стоп показывали видео со смешными котиками. И есть большая такая медиасеть, они там и фильмы всякие крутят, и новости, но это на местных языках», — заметила писательница.

В плане безопасности город городу рознь. Если по Мазари-Шарифу можно спокойно гулять, то где-нибудь в Хандагаре, цитадели Талибана, надо быть осторожнее, там гораздо более консервативные люди.

«Вообще, желательно, конечно, без сопровождения никуда не выходить, но, например, выходила я из гостиницы в Газни, и мне говорят: «Мэм, вам нельзя на улицу, там талибы». Я говорю: «Да у вас везде талибы. Я учила язык и понимаю, как себя вести». Да, было такое, что мимо едут талибы, останавливаются, сдают назад, спрашивают, все ли хорошо. Я улыбаюсь, говорю, что прекрасная страна, все замечательно» , — отметила путешественница.

Есть районы, по которым кататься и путешествовать не очень безопасно, надо брать местных с собой. И эти местные должны быть прямо из этого района, у которых есть какие-то повязки. Тогда туриста здесь не тронут.

Голубые бурки — не лучший вариант для одежды туристок

Смешно и нелепо смотрятся русские путешественники, которые пытаются косить под местных.

«Здесь надо тоже тонкий баланс соблюдать. Если приедет наша туристическая группа, где девочки радостно напялят на себя голубые бурки, а мальчики вырядятся как настоящие пуштуны, по ним все равно будет видно, что они не афганцы. Что будет видеть местный? Толпа каких-то чуваков, переодетых в афганцев, уводит куда-то стайку афганских женщин», — отметила Мария. Она рекомендует не демонстрировать такой косплей, а лучше повязать платок.

Информация про Афганистан в СМИ может быть неправдой

К Афганистану отношение такое, что они там все дикие, грязные, террористы бегают и женщин своих мордуют. В какой-то степени это правда, но ситуация немного иная, пояснила Мария Кича. Она напоминает, что в Афганистане на протяжении 50 лет была война, и никто не объяснял людям, каким может быть мир, кроме того, каким они привыкли его видеть. 

«Всегда надо делать поправку на то, что это чужая страна, где вследствие трудных условий сформировалось целое поколение, общение с которым может несколько отличаться от общения с теми людьми, к которым вы привыкли. Там действительно совершенно другой уровень жизни, крайне низкая грамотность. Около каждой крупной мечети, мэрии сидят вакили, это писцы. Люди приходят туда, чтобы вакиль написал им за денежку письмо родственникам либо какое-нибудь прошение в государственные или муниципальные органы», — рассказала Мария, отметив, что если бы у людей была возможность полноценно учиться, все было бы иначе.

Не продают презервативы и могут предложить просроченные таблетки

Что касается еды, то на рынках можно найти все необходимое, даже консервы из американских пайков. А вот со средствами гигиены и контрацепции — проблема. Так как везде торговцы — мужчины, они даже могут не разбираться, что нужно женщине, а объяснить словами она не имеет права.

«В плане лекарств тоже везите все с собой. В Афганистане есть аптеки, которые продают просроченные медикаменты. Если кто-то купил там пачку анальгина, съел две таблетки и подумал, зачем она ему нужна, он может сдать ее обратно в аптеку», — говорит Мария. Также она рекомендует тщательно мыть руки и пить только бутилированную воду.

В транспорте спереди сидят мужчины, сзади — женщины и рогатый скот: рассказ Надежды из Мурманска

Надя и Паша — семейная пара, они путешествовали по странам Ближнего Востока в августе 2025 года и привезли оттуда не только массу впечатлений, но и нового члена семьи под сердцем у Надежды.

«Афганиан и рус дуст»

Иностранкам можно посещать те места, куда местным женщинам нельзя. Например, мечеть. Но с небольшими ограничениями.

«Пока муж пошел смотреть на мечеть, я решила поснимать вокруг. Это не понравилось одному из студентов, что проверял на входе мужчин. Он мне сигналами показал подойти и показать телефон. Я делаю вид, что ничего не понимаю. Тогда он останавливает целую группу и спрашивает: «Кто по-английски говорит?» Находится один нагловатый пацанчик, который удалил потом мои фото и видео. Оказалось, нельзя было, чтобы в кадр попала охрана», — рассказала Надежда. По ее словам, один из студентов сказал «Афганиан и рус дуст», что значит «Афганистан и Россия — друзья». Было очень странно и необычно видеть дружелюбных людей с автоматами. 

В Герате туристы жили у девушки Парисы. Она работает гидом и отлично говорит на английском, имеет право сопровождать одиноких девушек-туристок и консультировать их по некоторым вопросам. Ее мама занимается бизнесом — возит товары из Ирана и продает в Афганистане. Герат — достаточно свободный в плане ограничений для женщин город. Достаточно накинуть платок — как туристкам, так и местным жительницам.

В Кабуле еще более свободные нравы, а вот в Кундузе и Мазари-Шарифе — более укутанные девушки. Хотя говорят, что там они даже работают, например, в офисе с SIM-картами.

«Талибы со мной предпочитали не общаться. Было забавно наблюдать, когда они подходили с моей стороны, ведь у нас праворульная машина, удивлялись, если я открывала окошко, и молча удалялись к мужу. Хотя попадались весельчаки, которым, казалось, все равно. Когда мы находились в доме у кого-нибудь в гостях, меня сажали ближе к женщинам, а Пашу — к мужчинам», — рассказала Надя.

В Афганистане бросается в глаза классовая разница, говорит туристка. Женщины, что живут в деревнях, постоянно на хозяйстве, им не до развлечений. А кто побогаче — ездят друг к другу в гости, делают маникюр и макияж, занимаются внешностью и нарядами: хиджабы можно выбрать даже со стразами.

Еще один интересный факт: в общественном такси, похожем на маршрутку, сначала едут мужчины спереди, а сзади — женщины, дети и рогатый скот, заметила Надежда.

Афганистан — как собирательный мужской образ, он у каждого свой

Я решила спросить у своих собеседниц, какое мужское лицо, образ или фигура для них — символ сегодняшнего Афганистана. Для Марии-байкера это молодой и невысокий талиб с темными волосами крупной волной и накрашенными глазами (они специальным углем их красят, чтобы не было инфекции в глазах). Он длинноногий и поджарый в представлении Марии.

Для писательницы и востоковеда Афганистан — как старик, который помнит несколько периодов развития и пытается жить в настоящем. 

В понимании Надежды страна ассоциируется с пожилым мужчиной с небольшой проседью. С консервативными взглядами, многое повидавшим и натерпевшимся, привыкшим жить в разных жизненных ситуациях.

Таким образом, Афганистан остается страной контрастов. Для одних его женщин — это распускающийся после засухи цветок, обретающий стабильность под защитой традиций. Для других — жизнь в рамках, которые власть называет заботой. Русские туристки, побывавшие по ту сторону чадры, увидели обе эти реальности. Их опыт доказывает: эта страна для каждого своя — суровая, непредсказуемая, но уже не желающая оставаться в изоляции.