Еще к русской речи было привыкать немного трудно. Русский язык — наша традиция, мы дома всегда на русском разговариваем. Но наш русский старый был. Мы говорим «тятя», а тут уже «папа». Подучаемся помаленьку русскому.
И когда ехал из Бразилии, голова, так скажу, более-менее готова была для этого. Приехал суды, а оказалось не так холодно. Мы тогда выходили на улицу работать, припасались для посева, потому что только приехали. Не было другого варианта.
— Что говорили о России в Бразилии?
— Самое что интересное, то, че нам показывали в Бразилии про Россию, че рассказывали, то, как живут люди. Нам говорили, что все плохо, но пока что та правда не подтвердилась.
Первое, что говорят: вы едете туды, а там только коммунисты, города стоят, мафия, людей убивают, картошки нет, мяса не едят. Страшно даже думать про это. А когда приедешь сюды — этого нет. 20-30 лет назад, может, было, а сегодня совсем другая Россия. Мне очень глянется тут, не планируем пока возвращаться.
— Удивляются ли вам местные жители?
— Правду сказать, люди боятся. Почему — не знаю. Боятся подходить к нам, разговаривать с нами. Я не выдумываю. Но есть люди, которые нормально относятся.
У нас соседы есть — мы живем в Пограничном районе, село Жариково, — хорошо с ними общаемся. А вообще общаться с русскими — самое удивительное. Мы не русские [по рождению], но староверы. Кровь-то русская.
У нас в Пограничном районе встречаются китайцы. Мы с ними не разговариваем, больше с русскими общаемся. Но мы к ним нормально относимся, никаких проблем нет. В Бразилии люди со всего мира, у нас со всеми отношения нормальные.
С властями у нас хорошие отношения, они нам помогают. Мы приехали из другой страны, ничего не знаем, а они показывают нам, скажем так, дорогу. Рассказали, как делается документация. Через 15 дней как раз русский паспорт возьму. Бывает, обозначают время, договариваемся с губернатором или министром, поговариваем.
Быт и планы на будущее
— Я переехал в свой дом летом, у меня еще нету котла в избе. У отца жил зимой, там плита стоит, дровами топились. А ночью, когда мы все уходили спать, тогда электричество включали, с электричеством и дровами жили. В свой дом еще ничего не поставил, только конвекторы. К следующей зиме буду ставить котел, чтоб обогревать дом.
Машину себе старенькую купил, «короллу», за 115 рублей. Потому что только приехали, много чего для дома купить нужно, ремонт сделать. Тем более у меня ребенок есть. Пока на дешевенькой буду ездить, потом, после урожая в будущем, может, получше куплю. Посмотрим, как пойдут дела.
Насчет того, где легче вести хозяйство, по-разному получается. В России только один сезон урожая в год. Тут каждый год припасают землю для посева: плугами пахают, культиватором проходют. Вот самая большая разница.
В Бразилии урожай выжнешь и сразу же, не припасая землю, уже другой посев делаешь. Тут тоже будем стараться так делать. В этом году посеяли сою и выжнем ее потом. На следующий год только опрыскивать будем, чтобы трава не взошла, и опять сеять сверху. В большинстве своем будем сеять сою, кукурузу. Мы маленько уже посеяли ячмень, пшеницу, даже фасоль для себя и для животных.
В будущем планируем деревню состроить. Только надо, чтобы больше людей было. Сейчас с губернатором ведем поговор насчет этого. Чтобы людей побольше было, чтобы проект деревни сделали, дороги построили, электричество провели, воду. Тогда начнем свою церкву строить, уже выбрали для нее место. Помаленьку все получится. Думаю, за два-три года сумеем свою деревню состроить.
Религия
— Мы староверы, у нас своя церква есть. Есть местная, куда вся семья ходит молиться. Бывает маленько порозней получается. Не любая церква нам подходит, но с православными священниками у нас недопонимания нет.
Есть в соседнем районе церква для староверов, мы к ним ходим молимся. У родственников там молебна есть. В Жариково, куда приехали я, отец и друг, дома молимся покамись и службу проводим, так как церквы еще своей нету, не построили.
Собираемся каждый вечер в субботу и утром в воскресенье, и по праздникам. По вечерам в субботу службы проводим, утром в воскресенье то же самое. В России в воскресенье работают люди, а мы нет. Никакую работу не делаем, дома сидим, куда-то съездим шашлыки пожарить.
У нас есть иконы, но я насчет них не шибко много понимаю. Больше, так скажем, постарше люди разбираются. Есть иконы, которые мы покупаем в Москве. Но большинство не подходят, они разные, для разных церквей. В Бразилии есть люди, которые сами делают, — тогда мы у них покупаем. Большинство сами староверы делают, покупаем и у этих людей.
