«Основная проблема в нашем обществе — недоступный секс для мужчин»

Инцелы (от англ. involuntary celibates) — парни, вынужденно воздерживающиеся от секса. Виноват в целибате поневоле кто угодно, только не они сами: общественный строй, альфа-самцы с волевыми подбородками, феминистки. Их главное требование — доступ к сексу с женщинами. Единого мнения, как его достичь, нет. Кто-то предлагает государству субсидировать проституцию, кто-то — выдавать юных девочек замуж по средневековой модели. Daily Storm пообщался с представителем движения и выяснил, кто такие и чего добиваются российские инцелы. 

***

Меня зовут Алексей Поднебесный. Мне 42 года. Сейчас я временно безработный. У меня юридическое образование. Последние годы я работал офис-менеджером. Вообще я больше относился к инцелам, когда был молодым человеком. У меня был первый неудачный опыт общения с девушкой в 17 лет. Она меня отвергла. С этого момента я в принципе и отсчитывал свой инцельский стаж. В течение 12 лет я не мог знакомиться и искать других девушек. У меня не было никаких отношений и секса.

В 30 лет я познакомился с другой девушкой. В 32 года я женился. В браке я провел шесть лет, после чего мы по инициативе жены развелись, и она повторно вышла замуж. Я какое-то время был в одиночестве. Спустя год или два после развода я начал заниматься этой темой. Сначала я заинтересовался «Мужским движением» (группа «ВКонтакте» против дискриминации мужчин. — Примеч. Daily Storm). В этом движении я увидел ограниченный подход к проблемам, с которыми сталкиваются мужчины. 

Алименты, борьба за детей… Меня все это не интересовало. Я большую часть своей жизни прожил в одиночестве: без женщин и без секса. Это было главной проблемой. Я начал разрабатывать эту тему, потому что никто в «Мужском движении» ее не хочет замечать. Они считают: «Мы все такие альфа-самцы, за нами женщины бегают, а мы отказываемся». Меня все это возмущало, потому что это лицемерие. Никогда я такого не видел, чтобы женщины массово бегали за мужчинами. Я всегда видел, что все происходит наоборот.

Я начал разбирать проблему антифеминизма. Подошел к антифеминизму с левой точки зрения, поскольку я человек левых взглядов. Начал вскрывать антифеминистские мифы, а потом мне сказали: «То, что ты пишешь — это все называется «инцелы». Это все давно открыли». Я подумал, что, действительно, не надо изобретать велосипед, и начал в рамках этой концепции говорить об этой проблеме.

Я считаю, что инцелы — не субкультура, а социальная проблема. В этом особенность моего подхода. Инцел — это человек, у которого вынужденно нет секса. Вынужденно воздерживающийся человек. Сюда я отношу людей, которые сидят в тюрьме или служат в армии. У таких людей могут быть сложности в общении, психологические проблемы. Или они материально не обеспечены и не могут себе позволить ходить на свидания. Когда нужно, скажем, купить билеты в кино, но они не могут этого сделать, потому что у них есть экономические проблемы.

«Мне нравится концепция, в которой всех девочек будут выдавать замуж после полового созревания, как это было в Средние века»

Основная проблема в нашем обществе — недоступный секс для мужчин. Причем я имею в виду не только 40-летних, а прямо с начала созревания, так как у парней потребность в сексе возникает в школьные годы. Никто эту проблему решать не хочет и замечать никто не хочет. Когда совершают убийства, расстрелы в школе, все говорят: «Виноваты компьютерные игры! Давайте охранников больше поставим на входе!» А виноват недоступный секс. Вот она — проблема, которую нужно решать, а никто не хочет ее замечать.

Решить ее может следующее поколение людей, потому что сделать это в рамках нашего общества невозможно. Нужно заниматься воспитанием, сексуальным просвещением. Нужно признать, что секс — это потребность. Сейчас женщины не признают, что секс — это потребность мужчин. Они считают, что секс — это некая награда, что это некая роскошь, что без секса не умирают. Эту точку зрения нужно отвергнуть. Она не соответствует действительности. Это лицемерие. Без секса невозможно гармоничное психическое и физическое развитие мужчины.

После этого нужно начать воспитывать девочек так, что секс, который они дают, — это не товар, за который они получают деньги, это не их средство продвижения в карьере, а это их общественный долг. Вот так нужно воспитывать новое поколение. Если мы так их воспитаем и они не будут требовать за доступ к своей вагине материальных благ и других привилегий, эта проблема будет решена. После этого будет честный обмен. Секс в обмен на секс. Как это будет организовано, пока сложно говорить. 

Кто-то предлагает проституцию, например, которую оплачивает государство. Но я не сторонник проституции. Мужчины не выбирают потребность в сексе.

Она дана нам природой. А женщине дана вагина, для удовлетворения этой потребности. Почему мы должны за это платить? Женщина не вложила денег в свою вагину, чтобы ее создать. Если мы платим за секс, то этим мы спонсируем вагинокапитализм. Я это название придумал для этой системы. 

Мне больше нравится концепция, в которой всех девочек будут выдавать замуж после полового созревания, как это было в Средние века. Вот говорят: «Поднебесный хочет с 12 лет всех женить». На самом деле я хочу с момента полового созревания это делать, когда девочка уже созрела сексуально, когда парень созрел. Можно, например, сделать психологическую службу для проверки. Находим пары, их женим, и все… Ячейка общества создана и проблема решена! Но, честно, это невозможно в существующей политической системе.

«Нет никаких оснований, почему женщина не должна давать секс»

Я не считаю принуждение девушек юного возраста к сексу эксплуатацией и угнетением, так как принуждение в данном случае является общественно полезным. Когда люди такую точку зрения озвучивают, они исходят из индивидуалистических соображений, что каждый сам за себя. Это капиталистическая концепция, в которой человек человеку волк. Я исхожу из общественных нужд, когда человек человеку друг, когда все всем должны, когда все должны быть счастливы, а не только женщины. 

Когда женщина дает секс, она от этого никаких мук не испытывает. Все только в ее голове. Ей внушили, что секс — это плохо, это унижение, это патриархат ее угнетает. На самом деле ничего этого нет. Если она будет к сексу относиться, как к удовольствию, она его будет испытывать, потому что вагина создана для члена. Так задумано природой. Нет никаких оснований, почему женщина не должна давать секс, кроме социальных настроек, которые придумало общество, чтобы угнетать мужчин. Если поменять эту социальную настройку, то все будут счастливы, кругом будет всеобщий секс.

Я был первым, кто в России создал антифеминистский левый фронт. Я считаю, что феминизм — это правое движение. Его последователи выступают не за равенство прав, а за привилегии для женщин, так как они только их права защищают. Инцелы в большинстве своем правые. Это связано с тем, что все это движение зародилось в Америке и Канаде. Левое движение там, конечно, есть, но большинство там придерживается правых взглядов, поэтому и правая пропаганда там более успешной бывает.

Большинство инцелов там праваки, с чем я, конечно, не согласен. Я вообще не понимаю, как можно быть правым и быть инцелом. Правые верят в концепцию социал-дарвинизма, успешности, в то, что мужчина должен быть таким самцом, мачо, сильным. Инцелы, скажем так, не соответствуют мачистскому представлению. Это, как правило, ботаны и очкарики, которые книжки читают. Эта мачистская правацкая тусовка — она их просто не уважает и считает их задротами. А инцелы почему-то тяготеют к этой тусовке. 

Для меня это совершенно непонятно. Я считаю, что инцел, как угнетенная, как лишенная секса и внимания женщин социальная категория должна тяготеть к левакам, которые как раз за угнетенных. Есть другая проблема. Леваки сейчас в основном придерживаются феминистских взглядов, а феминистки выступают в основном против инцелов. В феминизме это вообще ключевое, что секс — это угнетение, и все женщины должны быть лесбиянками, а мужчины геями. Поэтому инцелов не берут в леваки.

«В обществе негативное отношение к инцелам, так как многие не хотят идентифицировать себя таким образом»

В России это движение не выходит дальше интернета и «ВКонтакте». Это выражается, я бы сказал, в слабой сетевой активности. Парни просто пишут комментарии, жалуются на жизнь и дальше этого не заходит. «ВКонтакте» в моей группе это человек 200-300, остальные — это тролли, феминистки и так далее. Есть, например, Twitch, где на инцельские темы пишут анонимы. Думаю, там сидят несколько тысяч человек. Если брать инцел-блогеров на YouTube, там тоже нет большого количества подписчиков. Тысяча-две-три…

В обществе негативное отношение к этой проблеме, и многие себя не хотят идентифицировать таким образом. Но это не показатель того, что проблема мала. Она велика, но скрыта. Если брать тему терроризма, которую не хотят замечать, как проблему инцелизма… Вот, например, Виноградов, помните такой был стрелок? Он был влюблен в коллегу по работе, которая в итоге его отвергла. Он слетел с катушек, пришел в этот офис и расстрелял всех, кроме нее. Я здесь вижу, что это чисто из-за недоступности секса. 

Скорее всего, он никогда не осознавал себя инцелом. У нас такое понятие появилось, как инцел-отрицание. Когда парни, у которых эта проблема есть, не хотят ее признавать. Они говорят: «А нам и не надо ничего». Или они смеются над другими, у которых есть такая проблема. В России народ, который не понимает этой проблемы. Причем среди инцелов нет понимания того, кто такие инцелы. Кто-то приравнивает инцелов к девственникам. Меня они не считают, например, инцелом. С тех пор, как у меня появилась девушка, я для них выписан из инцелов.

На самом деле девственники и инцелы — пересекающиеся категории, но не совпадающие. Например, девственник может быть добровольным девственником. В монахи, например, ушел молодой человек искренне верующий. Он не хочет заниматься сексом. Он от женщин наоборот дистанцировался. Это не инцел. Потому что инцел — вынужденно воздерживающийся, а если человек добровольно это делает, его нельзя причислить к этой категории. Такое редко, но случается.

С другой стороны, если человек — не девственник, он тоже может страдать. Я считаю, что большинство инцелов — это те, у кого когда-либо был секс или отношения. Но до или после у него начались проблемы и он не может или не мог найти девушку. Или это принудительная ситуация. Он сидит в тюрьме или служит в армии. Это тоже инцелы. Обращаться к этой проблеме считается чем-то позорным: «Ты не настоящий мужик, иди занимайся собой...» Проблему эту решать никто не хочет, и такое общественное отношение не дает эффективно ее решать.

«В России движение инцелов будет расти»

У меня был очень длительный период в жизни, когда я настрадался от проблемы инцелизма. Я испытал это на себе и я развиваю эту проблему теоретически. С другой стороны, я не застрахован от того, что я снова окажусь один. Отношение к инцелизму, как к общественной проблеме, позволяет ее изучать. Ученым, например, необязательно быть муравьями, чтобы изучать муравьев. Они занимаются этим, исходя из научного интереса. Точно так же и здесь. Я знаю эту тему изнутри, я от нее пострадал и отношусь к ней, как к общественной проблеме.  

Мы хотим иметь отношения с девушками, но не можем этого сделать по тем или иным причинам: субъективным или объективным. У меня это, скорее, случайность. Это моя подписчица, которая увидела меня на YouTube и решила со мной познакомиться. Не каждому инцелу это доступно. Я свой опыт пытаюсь преподнести, как пример. Я против концепции, в которой говорят, что инцелы генетически детерминированы, что все дело в генах. Женщины — якобы генетический фильтр, они тебя чувствуют издалека и они тебе никогда не дадут. 

В инцелизме это называется «черная таблетка». Я считаю, что это антинаучная концепция, и против нее везде выступаю. Плюс есть концепция о волевых подбородках у «чедов» (сленговое обозначение успешных молодых мужчин. — Примеч. Daily Storm). Я много раз приводил примеры, что мужчины с разными подбородками могут найти женщин. Я как раз и хочу, чтобы мы нашли девушек. Не все течения инцелов это поддерживают. Я считаю, что это неправильно.

В России со временем, конечно, движение инцелов будет расти. Но, я думаю, не стоит ожидать каких-то активных выступлений по аналогии с феминистами. Это, видимо, связано с психологическим типом инцела. Это скромный и застенчивый парень. Он боится публичных выступлений, боится доносить свою правду. Движение инцелов будет расти в Сети, но я не думаю, что они себя осознают, как класс, как это делали феминистки в США и в Европе в свои годы.