***
Лаггедж-рум — эдакая беллменская берлога. Де-юре это камера хранения багажа, но на самом деле — твои полноправные владения. Будешь рыться в чужом чемодане — уволят с позором, но пнуть с досады — это можно. Ничего личного, guys. В лаггедж-руме можно поспать, выпить вина втихую, почитать «Закат Европы» Шпенглера. Но за пределами лаггедж-рума только и делаешь, что изобретаешь все новые способы увильнуть от работы или, что важнее, избежать унижения. Ну, например, в ответ на просьбу отнести/почистить ботинки вежливо блеешь: «Прошу прощения, но правила гостиницы запрещают нам трогать личные вещи гостей». Хотя минуты не прошло с того момента, как таскал за гостем его же пиджак. Положа руку на сердце, скажу: никогда ради бабок не действовал в ущерб своим интересам и самоуважению. Всех денег не заработаешь, а чем после смерти строить пирамиды из них до Большой Медведицы, лучше при жизни пить вино. Или допивать за кем-то.
Если багажная комната — берлога, то сама гостиница — огромная такая палата №6. Сумасшедшие, фрики да и просто дерганые — всюду. Всюду! Одному нашему служащему каждый день снится один и тот же сон: заезжает группа китайцев в 100 человек, а он один на ресепшене. В менеджерской пусто, в бэкруме — никого. И вот они начинают стекаться к бедному клерку, орать на него на своей тарабарщине, что-то настойчиво требовать. Тактика зерг-раша из «Старкрафта» — вот что это такое. Парень просыпается в холодном поту. Я склонен ему верить, ибо реплики его строго двуполярны: 1) «Я/мы такие умные здесь гнием, потому что Путин...»; 2) «Как же я ненавижу %гость_name%». Все.
Другой мой коллега регулярно по ночам смотрел порнуху с компьютера консьержа. Мы смеялись всем фронтдеском, когда с утра проглядывали историю браузера. Особенно смешно было, когда в перечень просмотренных ссылок вроде «мокрые киски что-то там», «горячие сучки облизывают кое-что» вклинился как бы невзначай запрос в Google «суицид на рабочем месте». Или не смешно?
«Кругом одни психи» — культовая миниатюра Петросяна играет здесь, в гостинице, совершенно новыми красками. С еще одним коллегой мы особенно любили порассуждать на библейскую тематику. Он на полном серьезе доказывал мне, что после Второго Пришествия нас будут перевоспитывать шершни. В течение ста лет они будут нас жалить и таким образом перевоспитывать. Аминь.
Конечно, и среди гостей попадались забавные личности. Известный телеведущий с федеральных каналов так смешно шкерился со своими любовницами, крадучись, высматривал территорию, что у меня в голове всегда непроизвольно проигрывался саундтрек из «Розовой пантеры». Один футбольный тренер регулярно бухал в нашем отеле. Когда я заметил его в ресторане с менеджером клуба-соперника, то позвонил в редакцию, кажется, еженедельника «Футбол»:
– Добрый день! Тут X сидит в ресторане с Y. Могу подслушать их разговор за две тысячи рублей.
– Спасибо, не надо. До свидания.
В тот же день на их сайте появилась статья под заголовком «X и Y провели тайные переговоры».
В гостинице всегда что-то происходит, всего не перечесть. Один китаец, например, внезапно умер. Его перетащили из ресторана в подсобку. И пока неопытный менеджер судорожно соображал, что делать, не пойми откуда взявшаяся там женщина заявила, что может воскресить китайца: достала из сумочки какую-то бутылку с водой и начала поливать мужчину. Растерянный менеджер принялся ей помогать, расстегнул на нем рубашку, приподнял китайца за плечи. Спустя пару минут рассудок все же вернулся к манагеру и он вызвал скорую. Китаец так и не воскрес.
Была женщина, беременная от Киркорова тройней. Она все время сидела в лобби-баре отеля и писала ему письма. Даже в «Пусть говорят» засветилась. Так же в лобби-баре постоянно ошивался пожилой армянин, который притворялся, что что-то в этой жизни делает. Каждый день приезжал в гостиницу, просил на ресепшене бумажку, ручку и с очень важным видом рисовал закорючки до восьми вечера.
Или вот еще. Однажды индус подловил меня и попросил помочь провести переговоры с деловым партнером из Чечни. Я просто стоял за стойкой консьержа и, как обычно, что-то читал в интернетике. Индус не говорил по-русски, а чеченец — по английски. Когда гость протянул мне телефон, сердце на секунду замерло: взглянув на экран, я увидел, что абонента на том конце провода зовут Рамзан. Пронесло: не тот.
