St
Аполлон Шнуров: Я, как и папа, немножко матерюсь
Сын Шнура — о своих жизненных исканиях, картинах и отношениях с отцом

Аполлон Шнуров: Я, как и папа, немножко матерюсь

Сын Шнура — о своих жизненных исканиях, картинах и отношениях с отцом

Фото из архива героя публикации
Фото из архива героя публикации

Фронтмен группы «Ленинград» Сергей Шнуров на днях испытал настоящий культурный шок. Читая новости, он узнал, что его 18-летний сын Аполлон открывает первую персональную выставку, и сразу поделился этим в Instagram. «Шторм» нашел Аполлона, чтобы разузнать подробности, а заодно выяснить, почему он решил стать художником, а не пошел по папиным стопам.


undefined
Фото из архива героя публикации

— Аполлон, до открытия Вашей дебютной выставки Untitled.jpg остаются считаные дни. Расскажите, что увидят зрители?


— Я бы не сказал, что она дебютная, потому что недавно у меня прошла фестивальная выставка в Барселоне. Но там была скорее проба пера — в таком масштабе, как сейчас, я выставляюсь впервые. Гости увидят около 20 экспрессивных полотен, каждое из которых нарисовано на планшете при помощи плагинов масляных мазков, а затем распечатано на холсте. При этом почти все холсты существуют в единственном варианте.


Создавая эти работы, я хотел показать людям, что в цифру теперь можно синтезировать абсолютно любое искусство — например, ту же живопись — и для этого необязательно брать в руки кисточку, достаточно компьютера и нескольких специальных программ.


undefined
Фото из архива героя публикации

— Ваши работы уже называют социальными и где-то даже политическими. Вас это не смущает?


— С тем, что они социальные, я согласен. Например, среди выставляемых полотен будет картина «Сук», главный смысл которой даже не в ней самой, а в украшающих ее манифестах, вместе с которыми она будет составлять триптих. Интересно, что, дополняя картину, манифесты одновременно будут ее отрицать, и это очень забавно.


А вот с политикой я как-то не очень. На мой взгляд, это нечто преходящее и временное, в чем можно легко запутаться и увязнуть, поэтому предпочитаю сильно в нее не лезть. Зачем мне это?


— Почему для своих работ Вы выбрали именно галерею «Свиное рыло», что ставит на «драматизацию идиотизма и идиотизацию драматизма»? Экспонаты там хоть и веселые, но все-таки грубоватые...


— Мне было важно, чтобы в галерее выставлялись не какие-то незнакомцы, а художники, близкие мне по духу, — вот я и подумал, что в одной компании с ними я чувствовал бы себя намного увереннее. Это и Вася Ложкин, и Николай Копейкин, и Николай Васильев... Я не знаю всех лично, но то, что они делают, намного круче, чем то, что можно увидеть во многих пафосных местах.


— Правда, что Ваш папа узнал о выставке не от Вас, а из новостей? Неужели не хотелось рассказать, поделиться?


— О том, что я создаю картины и хочу устроить выставку, папа знал давно — просто я не успел ему сообщить, что открытие пройдет уже со дня на день. Пришлось узнавать из новостей. А так — он и сам рисует, поддерживает меня в любых начинаниях и подсказывает, на какие выставки можно сходить, чтобы это было и интересно, и полезно.


— А свои картины Вы ему показывали?


— Не все, но некоторые показывал, и ему понравилось. Конечно, не было такого, чтобы папа посмотрел и сказал: «Вот это мне не очень, а это — круто» — он просто одобрительно хмыкнул.


— Я помню, он как-то пошутил, что Вы станете или артиллеристом, или революционером, как прадед...


— Это не шутка: прадед действительно был революционером. И, возможно, я им тоже стану, но пока что — только от искусства. Буду создавать экспрессивные картины через digital. Я всегда любил компьютерные технологии: сидеть часами экспериментировать — это мое. И я не видел никого, кто бы этим занимался именно так.


— А как насчет остального? Ваш отец рассказывал поклонникам, что «Аполлон еще не курит, но уже выпивает и матерится», а потому у Вас есть все шансы обойти его по части семейных традиций. Собираетесь обходить?



— И опять никаких шуток, потому что я действительно не курю и совсем немного матерюсь! А обойду или не обойду... кто же знает, как сложится моя жизнь?


— Правда, что вас назвали в честь поэта Аполлона Григорьева, и читали ли Вы его стихи?


— По крайней мере, мне говорили, что все именно так. А если про поэзию — я ей не особо увлекаюсь, мне намного ближе проза. Но Григорьева читал. Неплохой автор.


— Проза? А какая?


— Это очень сложный вопрос, не думаю, что есть прямо фавориты, уж очень много чего мне нравится. Так, навскидку, из современных русских писателей я бы отметил Виктора Пелевина, а из уже ушедших — Владимира Набокова. Очень люблю философию. В Испании, где я учусь, ей уделяется особое внимание, что помогает мне лучше понимать суть вещей, экспериментировать с идейными смыслами и развивать свое направление в искусстве.


— А в музыку не тянет? Как-никак папа — фронтмен «Ленинграда»?


— Пока я ее только слушаю. Мне очень нравятся Джек Уайт и Пост Малон. Номер один — Дэвид Боуи. Он очень классный! Из русского рока — это группа «Ноль» и Виктор Цой. Прикольные песни у «Мумий Тролля». Из современных русских — Sonic Death прикольные. Про папу уже не говорю, куда без него!



— Не могу не спросить. У такого романтичного молодого человека, который в свои 18 уже ходит в шляпе, наверняка очень много поклонниц. Ваше сердце сейчас свободно?


— К сожалению, этот вопрос я оставлю без ответа. Слишком личное. Как и отношения в семье. А шляпу или другие головные уборы я ношу чуть ли не с 11 лет, когда начал увлекаться нуарами и детективами. Приходишь домой, а они — всюду. Есть даже дореволюционная полицейская пилотка, которую я купил в русском магазине в Испании. Что-то похожее можно увидеть в парадной женской форме МВД России. Не знаю, действительно ли я напоминаю романтика, судить о себе тяжело. Ну, как и любой человек, я бываю разным.


— И Вы, конечно же, совсем не тусовщик...


— Смотря что вы имеете в виду. Если меня зовут близкие друзья, я с удовольствием выбираюсь с ними погулять, но какие-то специфические тусовки — не для меня. Мне намного ближе театры, музеи и выставки. Ну, и обязательный пункт — это концерты группы «Ленинград», если я в том же городе, что и папа.