Басманный район Москвы на севере граничит с корпусами электролампового завода, на юге — с заводом «Серп и молот» и сам почти наполовину состоит из промзон. Сразу за вокзалом красуются газгольдеры завода «Арма», а между железной дорогой и Яузой стоят пивоваренный завод «Московская Бавария», «Манометр» и «Плутон». С прекращением производства в столице эти здания зажили новой жизнью. В пивзаводе открыли «Винзавод», в газгольдере — «Газгольдер» (почти), а «Манометр» с «Плутоном» превратились в центр современного дизайна Artplay.
У слова «промзона» — оттенок чего-то бесчеловечного и мрачного, как вид из окна капитана Журова в «Грузе 200». Сыромятники выглядят иначе, и жители окрестностей описанных производств были всем довольны еще при советской власти. Эдуард Лимонов в книге «В Сырах» описывал это место так: «Я переселился в лунатический, пустой квартал старых строений, где под пыльным солнцем грелись только опасные бродячие собаки и не было в ту пору людей... В будние дни шли немногочисленные фигуры через тоннель вниз к Яузе, в завод «Манометр», но общее их количество вряд ли превышало размер бригады вохровцев, охраняющих завод. А так было пусто! Жаркий ветер 50-х годов прошлого века шевелил кронами пыльных деревьев, тихо осыпалась краска и штукатурка с перегревшихся старых домов».
Лидер группы Jah Division Герберт Моралес живет в Сыромятниках всю жизнь и тоже всегда считал их очень тихим местом. Но недавно захотел съехать. Виной тому — соседство с «Артплеем»: звуки вечеринок из клубов на его территории не дают заслуженному растаману спокойно спать по ночам, как и остальным жителям его дома. Мы поговорили с Гербертом о его беде, заодно выяснив, не находит ли он забавным, что ему сейчас мешает спать музыка, если учитывать, что сам он всегда был беспокойным соседом.
