Состязание актеров обернулось КВН

В последние пару лет все буквально помешались на молодежи и молодежности. Усатые мужчины в пиджаках, мундирах и рясах предлагают своим коллегам хайпануть и забаттлиться, а публичные интеллектуалы морщат лбы в попытке раскусить феномен винишек и фуджет-спиннеров. Не минула чаша сия и мир муниципальных театров, которые решили внести свой вклад в территориальный брендинг российских мегаполисов, устроив побоище в традиционном жанре «московские против питерских». С московской стороны — Театр Виктюка, Театр на Юго-Западе и Мастерская Петра Фоменко, с питерской — разнообразные театры эстрады и комедии. В жюри — Гармаш, Боярский и начальник департамента культуры Москвы, в зале — самые красивые люди обеих столиц.

Я решил, что такое событие пропускать нельзя и отправился в новое помещение «Табакерки» на Сухаревской площади. Снаружи моросил дождь, Боярский понуро курил у служебного входа, но вот внутри... Как только я перешагнул порог, роскошь буквально ослепила меня! Сверкающие поверхности, подтянутые гардеробщики в жилетах, пресс-волл, столы, ломящиеся под грузом шампанского. Я плохо знаю лица людей и поэтому могу ошибаться, но, по-моему, знаменитости валили в фойе сплошным потоком: Дана Борисова, Андрей Малахов, Виталина Цымбалюк. А это кто, Гарик Мартиросян? Да нет, конечно, это спикер московского парламента Алексей Шапошников. «А я не ошибусь, если скажу, что вы играли Пушкина в сериале «Ольга»?» — «Играли, играли». Легкие норковые шубки падали в объятия гардеробщиков, изящные голени выглядывали из разрезов красных коктейльных платьев: блестки, пайетки, небольшие сумочки-клатчи — во всем чувствовалась атмосфера настоящего веселья.

Основатель «Версуса», выступающий под идиотским прозвищем Ресторатор, любит рассказывать, как он внимательно следит за тем, чтобы все зрители «баттла» были, как он выражается, «подбуханными». Здесь за этим тоже тщательно следили. «Подходите к столику, берите шампанское! — настойчиво повторяла служительница. — Чего вы не пьете?! Пейте!» Театралы кривились, но заливали в себя сладкий газированный напиток из пластиковых бокалов. В какой-то момент к столу подошел мальчик лет 10 и попросил что-нибудь попить, но для ребенка не нашлось ни «Тархуна», ни «Пепси-колы» — только алкогольные напитки. «Жалко очень, — пожал плечами мальчик. — Пить-то очень хочется».

«Мой друг, кстати, этот театр строил! Столько денег украл! — рассказывает мужчина в бежевом пиджаке. — Но его потом, конечно, затаскали, замучили».

Здание действительно отличное. Можно себе представить, какая драка за него начнется, если Олегу Табакову так и не станет лучше.

Всем раздают бумажки, где предлагается описать ситуацию, которую придется разыгрывать баттл-артистам. Потом кидают все в шапку и перемешивают — чтобы никаких заготовок, это вам не «Прямая линия» Владимира Путина! 

Мое место самое лучшее — середина третьего ряда партера. Прямо передо мной женщина немного сдвигает к центру режиссера Снежкина, чтобы актеры не испытывали чувство боли, наблюдая со сцены «прорехи». Жюри сидит где-то в гуще зала.

«Баттл двух столиц» — это состязание по импровизации. Если вы занимались в детстве в драмкружке, то знаете, что основу обучения актерскому ремеслу составляют всевозможные этюды и упражнения. Ну еще там сценическая речь, сценическое движение, танцы и прочая акробатика. Этюды — это такие кубики, из которых состоит жизнь: ситуации, чувства, жесты, гримасы. Можно освоить эту азбуку и уже любой текст разыгрывать как по нотам — хоть в театре, хоть в жизни.

Но на самом деле это не очень нужно. Все же понимают, что есть люди по натуре артистичные, а есть — не очень. На одних приятно смотреть, а других хочется развидеть. Тех, которые не артистичные, их хоть по голове бей, ничего не получится. А если талант есть, то и учеба уже так, огранка. У всех же был такой такой одноклассник, который может и корову показать, и курицу, и как медведь белье стирает! Смотреть — одно удовольствие, переживание чуда. Круче, наверное, только спортсмены и игроки на музыкальных инструментах. 

Вот театральный баттл — это как раз такое соревнование волшебников. Профессиональные театральные актеры соревнуются, у кого лучше получится изобразить грусть, гнев, любовь, отчаяние. Плюс все надо придумывать на ходу — быстро-быстро. Скажем, дают актерам пластмассовый совок, а они устраивают все так, как будто бы это телефон, весло, скрипка, рубанок или еще какая-нибудь штука. И ты задаешь себе только один вопрос: «Как? Как у них это получается?!» Или надо начинать разыгрывать ситуацию, потом замирать, а из этой позы другие люди уже какую-то другую ситуацию разыгрывать будут. Скажем, была балерина с репетитором, а потом уже Джеки Чан с Джеттом Ли, а потом мужики с удочкой, а потом хирург с пациентом на операционном столе.

Или можно играть в обезьяну — изображать слово с помощью пантомимы. Только у обычных людей это все протекает в одну итерацию: загадали тебе какой-нибудь «неон» и прыгаешь-распинаешься полчаса, а у актеров сложнее. Там дают всего 30 секунд, и к тому же все скрещено с «испорченным телефоном». То есть ты показываешь слово одному человеку, он второму, тот — третьему и так восемь раз. В итоге светофор превращается в вымя, паспорт во взятку, теплица вообще в какой-то ад. Самое смешное, когда где-то в районе четвертого человека нить окончательно теряется, но игроки все равно продолжают исполнять коленца, даже не пытаясь закамуфлировать, что сами давно не понимают, что именно они изображают.

Эта игра — прямо философская. Сразу задаешься вопросом, а нет ли здесь метафоры языка как такового? Не встает ли здесь во весь рост проблема значения, этого «ментального образа», который мы вроде как «передаем» друг дружке с помощью знаков?

В итоге преподаватель из ГИТИСа отметил у всех эмоциональную подвижность, Кибовский всю дорогу подшучивал над питерскими за их «волю к победе», а Гармаш с Боярским заявили, что это не театр, а какой-то КВН. Обижаться баттлеры не стали, а вместо этого собрали со зрителей еще всяких-разных рандомных слов и быстренько сочинили для Боярского песню. Как-никак сегодня у него ДР!