«Военные песни отца очень соответствуют нашему настоящему»: Никита Высоцкий готовится представить новый совместный проект с Александром Домогаровым

Никита Высоцкий рассказал о музыкальном спектакле «Сыновья уходят в бой», который он представит совместно с народным артистом России Александром Домогаровым. Программа будет посвящена 80-летию Великой Победы и построена на стихах и песнях Владимира Высоцкого. Как она появилась и нет ли в этом переклички с сегодняшним днем?

— Никита Владимирович, добрый день! Расскажите, пожалуйста, что это за концерт и чья это идея?

— Это была Сашина идея. Мы когда-то делали с ним такой проект — «Дороги Высоцкого» — с оркестром, со стихами, с песнями, с видео... И даже играли его в Кремле! А сейчас он захотел сделать нечто подобное, но посвященное именно Победе, — военные песни и военные стихи Высоцкого — и снова позвал меня. То есть мы продолжаем эту тему, только уже более конкретно.

Мы выступим два раза. Это будет 21 июня, накануне Дня памяти и скорби. А оба спектакля пройдут в Театре Российской армии — театр поддержал Сашино предложение, и поэтому мы будем там все вместе.

К сожалению, мы еще не знаем, как это откликнется в сердцах людей, но очень надеемся, что это будет востребовано и нужно!

— Репетиции уже идут?

— Конечно! Потому что нужно делать аранжировки, нужно сливаться... Впитывать все это. Саша человек опытный, но все равно переживает и отдает всего себя. Уже есть и некоторые пробы, и записи с репетиций. В общем, это будет большая серьезная работа.

Будет симфонический оркестр, а с ним еще и группа. Не скажу, что «рок», но да! Такая более тяжелая и современная музыка.   

Мне кажется, что думам Высоцкого, его темам, это не помешает. Наоборот, мы хотим, чтобы это только добавило красок и произвело впечатление!

— Все песни и стихи Владимира Семеновича?

— За редким исключением! Скажем так... за очень редким. Практически все его. Но мы думаем вставить один-два номера из тех, что им самим не исполнялись, но были для него очень важны. Произведения, которые его не просто цепляли, а производили на него огромное впечатление. И авторы этих произведений, и сами произведения!

А в начале июня мы начнем встречаться уже в общем составе. Не по отдельности, с группой и оркестром отдельно Никита и отдельно Саша. А уже вместе! Смотреть, как это будет выглядеть и выстраивать так, чтобы это было единым целым, наподобие спектакля.

Как я понимаю, Театр Российской армии хочет, чтобы это вошло в их репертуар. И что он нас поддерживает — за это ему огромное спасибо!

— Ваш отец не воевал, он тогда был ребенком. А что он рассказывал о том времени?

— В том-то и дело, что он не рассказывал. Потому что люди, которые пережили ту войну, — как во взрослом возрасте, так и в детском — не любили о ней говорить. Это были очень тяжелые воспоминания. И несмотря на то что он был ребенком, — связанные и с потерями, и со страхом потерь, и с неопределенностью. Поэтому то, что он мог рассказать, это были лишь крупицы...

Я разговаривал об этом с мамой. Как и папа, она была в эвакуации. Оба — детьми. И вроде бы у них было что обсудить, но они не обсуждали.

То есть это были какие-то очень сильные детские впечатления, которые отец никогда не забывал и которые накладывали отпечаток на то, что он писал и чего не видел. Но он видел этих людей! Он из военной семьи, и как я уже сказал, в ней есть и погибшие, и раненые, и покалеченные, и пропавшие без вести. Как у всех.

И его война — это не одна фантазия, как многие считают. Нет! Он многое знал, многое видел и писал военные песни для фильмов. Например, для картины Виктора Турова «Я родом из детства».

Все мы родом из детства! У Турова совершенно удивительная жизнь — партизанил еще ребенком, был угнан и через всю Европу практически пешком возвращался домой в Белоруссию.

Они с папой очень дружили, и я считаю, что это очень правильное название, которое во многом относится и к моему отцу, и к его военным песням.

 — А нет ли в этом переклички с сегодняшним временем?

— Вы знаете, если такие вещи происходят, то они происходят сами собой. Мы живем в сегодняшнем времени! Наш зритель — в сегодняшнем времени! И вот сейчас Высоцкий в сегодняшнем времени, это Высоцкий о войне. Потому это не является специально сделанным, мы это видим. Мы видим, что многие его вещи, многие его слова — очень искренние, очень эмоциональные, очень трагичные и очень точные, мудрые слова — они вполне соответствуют и нашему с вами настоящему.

И это не мы заметили! Посмотрите, сколько роликов делается на его песни. Когда композиция военная, а изображение — из сегодняшнего дня. Военная хроника и так далее. Это есть, и отмахиваться и делать вид, что этого нет, мы не будем. Но и специальной педали тоже не будет.

Это будет работа для современного зрителя...

Конечно, это и дань памяти, но это происходит в настоящем. И многие люди, которые будут в зале, — или прошли СВО, или у них там сейчас близкие. Все это накладывает такой очень важный отпечаток на все, что говорится о войне, и в том числе на все, что мы будем делать.

— Наблюдали ли вы за переговорами в Турции и как бы вы их оценили?

— Ну конечно, наблюдал. Я хочу, чтобы война закончилась! Я хочу, чтобы перестали стрелять! Я хочу, чтобы был мир, но когда такое количество взаимопротиворечивой и взаимоисключающей информации...

Я думаю, поживем — увидим! Как болельщик на футболе. Который каждую секунду ждет, что произойдет.

Увидим, когда произойдет! Кому-то может быть обидно, что все решается без нашего участия, но наше участие в том, что мы со своей страной. Что мы хорошо делаем свое дело. Что мы множим добрые дела. А то, что эти переговоры происходят за закрытыми дверями и с огромным количеством [пока недоступной для нас] информации, — может ли это иметь значение?

Я жду. Я надеюсь! Я знаю, что переговоры проходят, и уверен, что рано или поздно наступит мир!