И никого не стало: Минобороны отчиталось об уничтожении ИГ в Сирии

Сирийская Арабская Республика полностью освобождена от боевиков «Исламского государства» (запрещено на территории РФ), сообщил в среду, 6 декабря, первый замминистра обороны России Валерий Герасимов. «Все бандформирования ИГ на территории Сирии уничтожены, а сама территория освобождена», — отчитался начальник Генштаба на ежегодном военном брифинге для иностранных атташе.

За последние двое суток сирийские военные при поддержке российской стратегической авиации освободили населенные пункты на юго-востоке страны, в провинции Дейр-эз-Зор. В ходе наступления правительственная армия перекрыла сообщение двух анклавов ИГ, расположенных в Сирии и Ираке.

Ранее представитель российской группировки войск в Сирии генерал-майор Евгений Поплавский обещал освободить все территории восточнее Евфрата от террористов «в ближайшие дни». В ответ на это сообщение Минобороны США раскритиковало российских военных, уточнив, что разгром ИГ в Сирии – заслуга коалиционной авиации. Москва «не продемонстрировала серьезного подхода» при разгроме ИГ, сетовал представитель Пентагона Эрик Пэхон. Российские военные в свою очередь отметили, что группа ВКС России за сутки совершает больше ударов, чем коалиционная группировка за месяц.

Территория халифата

О скорой победе над ИГ Москва сообщила осенью. В конце октября президент Владимир Путин рассказал на церемонии представления офицеров, назначенных на высшие командные должности, о том, что 90% территории Сирии очищены от боевиков. До этого данные главнокомандующего подтвердил министр обороны Сергей Шойгу.

Большая часть «Исламского государства» сейчас – это Сирийская пустыня и пустынные регионы между Тигром и Евфратом. Группировка сосредоточилась в двух анклавах. Меньший находится на юго-востоке Сирии, больший – у западной границы Ирака. Сейчас халифат контролирует около 30 тысячи квадратных километров территории, что чуть меньше Бельгии, но больше Израиля или Армении. В октябре корреспондент New York Times Рухими Калимачи, ссылаясь на источник в Минобороны США, называла другую цифру – 10,2 тысячи квадратных километров. Это в два раза меньше, чем Республика Крым, например.

Сократившиеся в несколько раз провинции халифата до 6 декабря соединялись переходом в районе города Абу-Кемаль. В ноябре он несколько раз переходил из рук в руки. В результате затяжных боев город захватили элитные части сирийской армии «Сила Тигра».

Под контролем террористов в 2014 году находились 100 тысячи квадратных километров в Сирии, Ираке, Ливии, Нигерии. В журнале «Дабик» сторонники халифата указывают, что за время существования группировки боевики захватили 282,5 тысячи квадратных километров.

В 2015 году было отвоевано 14% контролируемой террористами земель. Террористы потеряли контроль над Ливией, практически оставили Афганистан и Пакистан. Годом позже халифат потерял еще 23% удерживаемых территорий. Боевики уступили ключевые населенные пункты. За последний год были захвачены столица халифата Ракка и крупнейший город под контролем ИГ в Ираке, Мосул.

Оружие джихада

Вместе с территориями подданные халифата потеряли и значительную часть вооружений. В октябре ТАСС сообщал о захвате одного из крупнейших арсеналов боевиков на территории страны. Сирийские военные обнаружили в городе Меядин сотни единиц стрелкового и минометного оружия, танки и бронетранспортеры, артиллерийские снаряды и орудия. Часть вооружений была произведена в США, Бельгии и Великобритании.

Чаще всего боевики применяют стрелковое и минометное вооружение, изготовленное в Китае, странах бывшего СССР и Восточной Европы, отмечают специалисты британской исследовательской группы Conflict Armament Research (CAR). Исследователи изучили боеприпасы, собранные иракской армией в ходе боев с отрядами ИГ. 

«Собранные припасы произведены в 21 стране в течение 70 лет (с 1945-го по 2014 год)», — резюмируют авторы исследования.

Большую часть амуниции боевики закупили на внутреннем рынке Турции.

Боевики успешно освоили производство оружия на контролируемых территориях. Исследователям группы CAR удалось попасть на захваченные иракскими войсками заводы в Мосуле. Там террористы производили минометные стволы и корпусы для мин. На складе завода находились пять тысяч единиц готового к употреблению оружия. Как отмечают авторы доклада, минометы собственного изготовления регулярно использовалось боевиками, в том числе и при защите Мосула. Большая часть компонентов для производства оружия боевики также получали на внутреннем черном рынке в Турции. Аналитики отмечают высокий уровень организации производства: эта система отображает структуру Вооруженных сил, зависит от других системных элементов и имеет обязательные для всех инструкции и стандарты.

Кустарной модернизации подвергается и автомобильная техника. Самый известный пример такого производства – пикапы с установленными на кузове советскими зенитными установками ЗУ-23. Также боевики обшивают свои автомобили листами стали, чтобы увеличить вероятность рикошета. Подобные решения более мобильны, чем БТР или БМП, их легко собрать и не жалко потерять в бою или бросить при отступлении.

Тяжелая техника у террористов тоже есть. В основном это захваченные ранее у иракских и сирийских военных танки Т-62 и Т-55, БМП-1, автомобили серии HMMWV. Современная бронетехника – редкий экземпляр. Так, в октябре боевики захватили танк Т-90А, который ранее сирийские военные получили из России. Есть данные о захваченных танках серии M1 Abrams и Leopard 2.  

Личный состав

Гражданское население Исламского государства с 2014 года сократилось с восьми миллионов до трех миллионов человек. Примерно столько же людей живет в Новосибирске и Екатеринбурге. При этом численность армии ИГ никогда не превышала отметки в 100 тысяч боевиков. В 2015 году российские военные насчитали в составе группировки 70 тысяч человек.

За два года террористы потеряли убитыми более 60 тысяч бойцов. В результате контрнаступления всех участников конфликта на двух направлениях численность группировки сократилась до 12-15 тысяч. К концу текущего года, по подсчетам американских военных, в Сирии и Ираке останется 6,5 тысячи бойцов. Столько же составляет контингент российских и американских военных в обеих странах.

Часть потерь армии ИГ приходится на «возвращенцев». По данным американского исследовательского центра Суфан, минимум 5,6 тысячи человек из 33 стран участвовали в боях на стороне ИГ и вернулись домой. Больше всего бойцов прибыло в «Исламское государство» из России (3,4 тысячи), Саудовской Аравии (3,2 тысячи) и Иордании (3 тысячи). Из них, по данным исследователей, вернулись домой 400 россиян, 760 жителей СА и 250 иорданцев.

Золотой динар

«Исламское государство» – самая богатая в мире террористическая группировка. Согласно данным американского стратегического исследовательского центра RAND, террористы заработали около 875 миллионов долларов, до того как захватили Мосул в 2014 году. Взяв город, боевики разграбили местные банки и смогли собрать еще 1,2 миллиарда. Годовой доход в самом успешном для террористов году мог составить до 1,9 миллиарда долларов.

Годом позже ИГ «задекларировало» более скромный доход – около 81 миллиона долларов в месяц, посчитали аналитики британской мониторинговой компании IHS Markit. Половину доходов террористов составили налоги, еще 43% принесли продажи нефти.

Неизвестно, какую долю в годовом бюджете ИГ занимали похищения людей, грабежи и продажа антиквариата.

Сокращение территории, в том числе потеря нефтяных полей, критически важных для экономики халифата, уменьшение налогооблагаемой базы (освобождение населения), снизило доходы халифата к 2017 году практически в два раза. Так, согласно докладу Международного центра изучения политического насилия и радикальных течений, общий доход ИГ в 2015 году составил от 1 до 1,9 миллиарда долларов, в 2016-м – от 1 до 1,7 миллиарда, в 2017-м – от 500 до 870 миллионов долларов. В два раза сократились доходы от продажи нефти, упало производство. На пике, в 2014 году, ИГ поставляло 56 тысяч баррелей нефти в день. Столько же поставляют Боливия, Узбекистан или Куба. В 2016 году уровень добычи упал до 16 тысяч баррелей – как у Франции или Австрии.

Что дальше?

По мнению президента Международного центра геополитического анализа Леонида Ивашова, говорить об окончательной победе над «Исламским государством» пока рано. «ИГ разгромили как организованную вооруженную силу, но не как группировку», — считает военный эксперт. ИГ перестроилось и перешло на сетевую форму борьбы, что в будущем увеличит количество террористических атак, прогнозирует Ивашов.

Изменение формата группировки – сильный идеологический удар, добавляет востоковед Григорий Меламедов. 

«ИГ позиционировало себя не как террористическую сеть, а как государство, основанное на принципах джихадистского ислама», — объясняет эксперт.

Потеряв свою территорию, халифат потерял и право называться халифатом.

Поражение ИГ в Сирии – хороший повод для окончания кампании, особенно в свете президентской гонки в РФ.

«Россия хочет выйти из войны, но выйти на своих условиях, оставив за собой роль медиатора между президентом Сирии Башаром Асадом и оппозицией, между разными странами — участниками конфликта», -- продолжает Меламедов.

В текущей ситуации востоковед видит два выхода: Россия может уйти без условий или остаться опять, как это было в 2016 году, когда президент объявил о выводе войск, но операция продолжилась.