Сердце бьется в пустой голове

Законопроект с поправками в статью о трансплантации органов был внесен на рассмотрение сенатором Антоном Беляковым 30 октября.

В вопросе посмертного донорства в России действует презумпция согласия, которая позволяет медикам изымать органы скончавшихся пациентов без дополнительного согласия со стороны родственников погибшего. В связи с этим близкие часто подают в суд и пытаются оспорить действия медиков, признать законы РФ неконституционными. По словам главного трансплантолога России Сергея Готье, законопроект вряд ли будет одобрен.

«Он пытается дублировать американскую систему, где проставляется отметка в правах, но у нас этот механизм не работает: в России далеко не все получают права в 16 лет. Да и в паспорт никто не будет ставить отметку», — рассказал «Коммерсанту» Готье.

Мы решили разобраться, как в России работает механизм донорства органов.

Технические детали

«Шторм» поговорил с практикующим хирургом и узнал, как устроена процедура пересадки органов — от появления донора до проведения трансплантации.

Потенциальными донорами являются пациенты, поступившие в больницы с тяжелыми черепно-мозговыми травмами и инсультами, поражающими ствол головного мозга. При поступлении больного доктор ставит диагноз, определяет тяжесть повреждений головного мозга. Если состояние пациента критическое и восстановить деятельность мозга уже нельзя, его органы могут подойти для трансплантации.

На первом этапе экспертизы проводится компьютерная томография, которая позволяет понять, где расположен очаг повреждений, насколько они серьезны и есть ли возможность вернуть пострадавшего к прежнему состоянию. Когда есть хоть малейшая возможность того, что человек поправится, вопрос о трансплантации не рассматривается в принципе.  Если анализы показывают неутешительные результаты и пациент подходит под определенные критерии, то больной переходит на «следующий уровень», приближаясь к тому, чтобы стать донором. 

«Приезжает бригада трансплантологов, которые изучают историю болезни, проверяют совместимость тканей донора и реципиента, что занимает не менее суток. Все это время бригада должна искусственным путем поддерживать жизнь пациента, поэтому в число трансплантологов входят самые опытные медики», — рассказывает собеседник «Шторма». 

После сделанных тестов в базе реципиентов находят подходящего кандидата, которому можно пересадить органы. Затем нейрофизиолог фиксирует биоэлектрическую активность. Если никакой активности, кроме как в сердце, нет, то, как говорят в медицинских кругах, «сердце бьется в пустой голове». В таком случае можно утверждать о смерти мозга, то есть личность человека уже не вернуть.

На последнем этапе, перед самой операцией, собирают команду врачей, состоящую из судебно-медицинского эксперта, реаниматолога бригады трансплантологов, нейрофизиолога, медсестры, и проводится так называемый разобщающий тест: берутся анализы на газы крови при искусственном поддержании жизни, затем больного отключают от аппаратов на несколько минут, подключают обратно и делают повторные замеры. Разница показателей не должна превышать определенных значений, в таком случае человек готов к забору органов. За процедурами наблюдает команда врачей: при малейшей физической активности пациента тест признается несостоятельным и от донорства отказываются.

«Не стоит думать, что врачи при поступлении человека, подходящего под критерии донора, сразу начинают «точить ножи и вилки». Приоритетом всегда является человеческая жизнь, — продолжает собеседник издания. — Однако, когда становится понятно, что пациент безнадежен, принимается решение о трансплантации. Опять-таки, для спасения людей, которым еще можно помочь. Говорить о том, что подходящего пациента могут «разобрать» для кого-то, просто глупо. Существует многоступенчатая система принятия решения о заборе органов. Благодаря этому исключается возможность даже попытки лишить органов больного, имеющего хоть малейший шанс на выживание». 

Однако, если никакой активности не обнаружено, судмедэксперт составляет акт о смерти головного мозга, больного перемещают в операционную и изымают органы. Как правило, это сердце, печень, легкие, почки. После изъятые органы помещают в холодильные камеры и везут в другие больницы, где происходит пересадка реципиенту. 

Доноров в России гораздо меньше, чем реципиентов, которым требуется пересадка, поэтому людям приходится годами стоять в очереди на операцию по пересадке печени, почек и так далее. По словам автора нового законопроекта, в России проводится лишь 30% операций от числа необходимых, остальные пациенты либо не доживают до пересадки, либо стоят в очереди по несколько лет.

Более того, получить одобрение на получение органов могут далеко не все. Решение консилиума, например, зависит от того, по какой причине больному требуется пересадка органов. Если алкоголик «пропил» печень и теперь ему требуется пересадка, он может так же «пропить» и новую, поэтому в трансплантации может быть отказано.

Куда продавать почку?

Из-за сильного недостатка доноров на рынке органов многие люди проводят операции за границей, поскольку, например, в США культура донорства и в целом гуманизма в обществе более развита и получить там необходимую часть тела гораздо проще, хотя и дороже. С этим также связана другая, достаточно щепетильная проблема, а именно черный рынок органов.

В России отсутствует такое понятие, как коммерческое донорство, а значит продать почку, чтобы закрыть долги или купить айфон, законным путем не получится. Однако это не убавляет количества объявлений в социальных сетях и на тематических форумах, где люди предлагают отдать часть своего тела не из гуманистических целей, а за огромные деньги. Законным путем такое провернуть не получится, а клиники, согласившиеся на такие операции, будут оштрафованы на довольно большие суммы. 

Обычно граждане, желающие расстаться с частичкой себя, уезжают в другие страны, где продажа собственных органов легализована, например в Индию или Китай, однако о качестве медицинского обслуживания в этих странах остается только гадать.

Несмотря на незаконность работы с чужими человеческими органами, преступления в этой сфере все-таки существуют, а за «оборотом органов» тщательно следят ФСБ и прокуратура. Так, например, в 2003 году в Москве были задержаны работники Московского координационного центра, которые пытались изъять орган для трансплантации «важному» реципиенту. Сотрудники скорой помощи подобрали на улице мужчину, который жаловался на плохое самочувствие, отвезли в больницу и после нескольких тестов (о предназначении которых его не информировали) признали его годным для удаления органа. Преступление удалось предотвратить благодаря сотрудникам милиции, успевшим прервать подготовку к операции.

Напрашивается вывод: у россиян есть всего два способа не умереть в очереди за необходимым органом — либо ехать за границу на дорогую операцию, либо рисковать, соглашаясь на не менее дорогие нелегальные операции в России. 

Согласно данным ООН, ежегодно в мире проводится несколько тысяч нелегальных операций по пересадке органов. Особо развит рынок незаконной торговли ими в Средней Азии. Большую часть спроса на человеческий «материал» формируют страны Европы.