«Москва не должна становиться местом разборок различных этнических группировок»

Последние пару дней в СМИ активно обсуждается миграционный кризис на белорусско-литовской границе, который уже привел к первым жертвам. Европа создала прецедент, применив по отношению к нелегалам грубую силу без какого-либо соблюдения элементарных прав человека. Для России вопрос нелегальной миграции, казалось бы, остался далеко позади. Это тогда, в 90-е, был шквал мигрантов из Закавказья, а в 2000-е — под строительный бум из Средней Азии. Но последние массовые драки мигрантов, не оставшиеся без внимания журналистов, а также цифра от экспертов в 2,5 миллиона нелегалов заставляют задуматься: не повторит ли наша страна ошибки дружественных государств? Корреспондент Daily Storm поговорил с зампредом комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Анатолием Выборным и выяснил, почему в Москве до сих пор сохраняется проблема нелегальных ночлежек для мигрантов в жилых домах и как ее собираются решать.

— Анатолий Борисович, добрый день! Как давно Москва признала наличие проблемы с мигрантами?

— «Единая Россия» в Москве всегда держит эти вопросы на особом контроле и проводит комплексную и системную работу на этот счет, в том числе с точки зрения законодательного регулирования. Например, уголовная ответственность за организацию нелегальной миграции была введена еще в 2004 году. Необходимость обновить порядок пребывания и устройства на работу иностранных граждан стала очевидной после событий в Бирюлеве в 2013 году. Именно это стало триггерной точкой. Потребовалось ускорить разработку законопроектов, позволяющих регулировать вопросы трудовой миграции. Тогда же партия предложила целый комплекс мер по борьбе с нелегальной миграцией. Акцент был сделан на легализацию мигрантов для обеспечения трудовыми и другими правами. Ведь отсутствие медицинского и социального обеспечения — это самая благоприятная почва для совершения преступлений.

 Приняты новые законодательные меры. В частности, предусмотрена уголовная ответственность за организацию незаконного въезда, стал обязательным экзамен по русскому языку для получения разрешения на временное проживание, введена дактилоскопия, фотографирование и медосмотр для прибывших в безвизовом режиме. Правда, до сих пор еще сохраняется проблема нелегальных ночлежек для мигрантов в жилых домах.

— В чем заключается основная проблема с приезжими?

— Проблемы в основном с теми, кто игнорирует российское законодательство и отягощен преступным прошлым. Вместе с мигрантами на территорию страны стали проникать члены экстремистских и террористических организаций, за которыми, как правило, стоит международный терроризм. Преступные группировки снабжают поддельными документами и тех, кто находится в федеральном розыске за совершение тяжких и особо тяжких преступлений.

Стали внедрять биометрию — лучший способ безошибочно выявлять ранее судимых преступников или выдворенных, чтобы не дать им просочиться на нашу территорию. Вышли на международный уровень, сейчас занимаемся гармонизацией национального законодательства в рамках ОДКБ с целью не дать преступникам пересечь границу и залечь на дно в соседней стране. Их уже на паспортном контроле вычислят по отпечаткам.

 В этом году Госдума приняла поправки в закон, которые сделали обязательными дактилоскопическую регистрацию, фотографирование и медосмотр для всех иностранцев, прибывших на территорию РФ по безвизу и живущих здесь в течение длительного срока, в том числе в связи с трудовой деятельностью.

 — Что вы думаете про участившиеся массовые драки диаспор?

 — Москва не должна становиться местом разборок различных этнических группировок. Местные жители не должны опасаться за свою безопасность и здоровье из-за неконтролируемых скоплений нелегальных или легальных мигрантов. Цель — создать пространство для безопасной и спокойной жизни каждого москвича, для всех, кто прибывает в нашу столицу, кто хочет здесь жить и работать.

Не зря же Сергей Собянин неоднократно отмечал, что главная задача — сделать пребывание мигрантов в городе законным. Была проведена колоссальная работа по совершенствованию миграционной полиции и миграционных центров, которые разрушили подпольную систему посредников. Наведен порядок на рынках. Миграционные потоки в целом отрегулированы. За счет этого в Москве удалось на треть снизить преступность среди мигрантов. Кроме того, участники массовых драк задерживаются на 15 суток и подвергаются административному выдворению. Все высланные мигранты не могут вернуться в Россию в течение пяти лет, а въехать по поддельным документам не получится из-за введенной дактилоскопической регистрации.

— Когда же Москва перестанет быть полем битвы между диаспорами?

— На мой взгляд, первое — нужно усилить работу правоохранителей, второе — развивать взаимодействие между представителями диаспор, и консолидирующей стороной здесь как раз может выступать Москва. Все-таки лидеры национальных диаспор имеют огромное влияние на своих земляков, любые конфликты могут решаться за столом переговоров, как это происходит в цивилизованном обществе. А тех, кто не адаптировался и продолжает жить по своим понятиям в нашей стране, игнорируя общепринятые нормы и правила, ждет депортация. Как, например, 100 человек, участвовавших недавно в драке у метро «Кузьминки». Они будут выдворены, заплатят штрафы и получат запрет на въезд в Россию.

— Поступали ли вам (партии) запросы от москвичей по этой проблематике?

— По статистике, жалобы москвичей на нелегальные хостелы — а эта проблема всегда коррелируется с проблемой мигрантов — занимают второе место после обращений о противоправных действиях в отношении личности. Ситуация с мигрантами, по сравнению с прошлым десятилетием, сейчас стабилизировалась. Тем не менее она не выходит из поля зрения властей и законодателей. Сами жители сигнализируют, если возникают проблемные очаги. Так, мы долго боролись с нелегальными ночлежками, которые создавали небезопасные ситуации для жителей, например, в Чертаново. В итоге права москвичей были восстановлены, нелегальный хостел закрыт.

 — На ваш взгляд, есть ли разница между нелегальными мигрантами и легальными гастарбайтерами?

— Конечно. И она колоссальная. Во-первых, нелегал не имеет никаких прав, он абсолютно вне закона. И поэтому, когда его, например, обижают (не важно, кто, тот же работодатель, который кинул с зарплатой, например), он вымещает свой гнев на ком угодно — за помощью к правоохранителям он боится обращаться. Во-вторых, легальные трудовые мигранты, уплачивая за патенты определенную цену, становятся в справедливое положение по отношению к россиянам, которые работают в Москве и платят налоги. Сейчас гастарбайтеры существенно пополняют бюджет Москвы, ежегодно это порядка 17 миллиардов рублей. А всего по всей России доход от продажи патентов составляет в среднем около 50 миллиардов рублей в год. В 2018 году — 57 миллиардов, в 2020-м — 44 миллиарда.

— А отличается ли Москва от других регионов в этом вопросе?

— Москва — лидер по привлечению мигрантов в экономику, у нас сконцентрировано примерно 30% от общей численности иностранных граждан в стране. Это накладывает определенные обязательства. Например, на правоохранителей, которые значительно усиливают контроль за соблюдением работодателями законодательства при работе с мигрантами.

Еще несколько лет назад, по мнению некоторых экспертов, Россия сильно отставала по уровню информационных систем учета мигрантов. По некоторым подсчетам, это позволяло оставаться в тени более 60% приехавших в РФ на работу. Сейчас в Москве сформирована современная цифровая экосистема, которая позволяет расследовать более 70% правонарушений. И, как показывает статистика, мигрантами совершается примерно 20% от общего количества преступлений в столице.

— В некоторых западных странах по отношению к приезжим практикуется профилактическая мера по выдворению из страны за определенные нарушения. Она очень напоминает советскую систему профилактики нарушений среди водителей (три раза нарушил одно и то же правило — лишили прав). Готова ли Москва на такие шаги?

— Частично такой механизм уже работает. Основные причины для выдворения: нарушение режима госграницы, правил миграционного учета, работа без разрешительных документов и патента. Кстати, в связи с пандемией некоторые правила были «заморожены». Застрявшим из-за коронавируса мигрантам автоматически продлили период временного проживания до 30 сентября 2021 года. У них еще есть время, чтобы легализоваться в России или выехать на родину. После этого срока можно будет принудительно депортировать застрявших нелегалов, тех, кто не покинул страну добровольно. Это также подразумевает запрет на въезд в Россию до 10 лет. Чтобы оценить масштабы — речь идет почти о 330 тысячах узбеков, 250 тысячах таджиков, 150 тысячах украинцев, 120 тысячах азербайджанцев. И в Москве — большинство из них.

— Как вы оцениваете рост националистических настроений в Москве?

— Сейчас этих проявлений значительно меньше, чем в начале 90-х и 2000-х годов. Вспомните, тогда было много уголовных дел о расправах неонацистов над мигрантами, на улицах орудовали скинхеды, устраивались облавы на рынках. Сегодня недовольство нелегальной миграцией, как правило, не выливается в преступления со стороны местных жителей. Напротив, чаще всего именно москвичи страдают от правонарушений, совершаемых мигрантами, поэтому их требования навести порядок можно считать справедливыми. Но я против националистических настроений и уверен, что нужно последовательно продолжать бороться с проблемами незаконной миграции, но делать это цивилизованно и по закону.

— Проводит ли «Единая Россия» какую-то работу над Big Data по этой проблеме?

— Цифровая трансформация является одним из приоритетов в России. На уровне профильных ведомств сейчас идет работа над созданием единой базы данных иностранных граждан. Чиновники смогут обмениваться данными, а мигранты через приложение получать госуслуги в электронном виде. Законопослушным иностранцам станет гораздо удобнее без лишних бюрократических барьеров оформить свой легальный статус. Москва как мировой лидер по уровню цифровизации госуслуг и в этом вопросе уже стала стартовой площадкой по совершенствованию этого механизма.

На самом деле планов работы с Big Data много. Например, МВД предлагает создать реестр недобросовестных приглашающих лиц, куда включат граждан России, которых привлекали к уголовной ответственности за незаконный учет иностранцев или к административной, за невыполнение обязанностей приглашающей стороны. Это значит, что в обозримом будущем отсекать нарушителей станет проще.

 — Стоит ли решать вопросы нелегальной миграции в России в стиле Дональда Трампа? Имею в виду практику нулевой терпимости, когда, например, родителей нелегалов выдворяют из страны, а детей отдают в органы опеки?

— Семья — это святое, это саморегулируемый организм. В любом случае я против изъятия детей из семей без крайней необходимости. А вот формировать в обществе «принцип нулевой терпимости» по отношению к коррупционерам — мы уже взяли на вооружение.

— Привлекает ли партия муниципальных депутатов к сбору информации о точках напряженности (в местах проживания мигрантов)?

— В общественные приемные «Единой России» (в Москве их 33), где регулярно общаются с жителями страны парламентарии всех уровней — от муниципальных депутатов до депутатов Госдумы, — поступают обращения, в том числе связанные со сложностями взаимодействия москвичей с мигрантами. Например, жители снова подняли проблему «резиновых квартир». Люди обеспокоены большим количеством граждан из стран СНГ, которые фактически проживают в однокомнатных квартирах. Граждане подозревают, что проживание таких мигрантов явно нелегальное.

— Планирует ли партия привлекать муниципалов к решению этой проблемы?

— Эта работа ведется. У нас есть успешный опыт такого взаимодействия с муниципалами. Например, в моем избирательном округе удалось добиться закрытия нелегального общежития в Чертаново, в отдельно стоящем здании. А в Ясенево — в жилом многоквартирном доме, на первом этаже. В первом случае люди уже по вечерам боялись ходить мимо этого здания, небезопасно стало во всем микрорайоне. Во втором — не выдерживали коммуникации, залило подвал, засорились трубы, антисанитария. Сейчас добиваемся закрытия еще одного хостела в Чертаново. Проверяем, насколько законно все, что там происходит.

— Где заканчивается борьба с нелегальной миграцией и начинается ксенофобия?

— Именно там, где начинается нарушение закона.

— Нет ли связи в позиции Министерства строительства и обострении проблемы нелегальной миграции?

— Из страны во время пандемии уехало почти два миллиона мигрантов-строителей. Дефицит рабочих рук привел к некоторым трудностям. Мы знаем, что было поручение Владимира Путина правительству упростить привлечение трудовых мигрантов на стройки. В режиме ручного управления Минстрою пришлось налаживать механизм выдачи разрешений на ввоз мигрантов из Таджикистана, Узбекистана, Казахстана для работы на стройплощадках. Но все это в рамках закона. Москва тоже стремится как можно скорее возобновить отложенные из-за пандемии работы по благоустройству и строительству нужных городу соцобъектов.

— А можно ли москвичей научить жить в мире с легальными мигрантами?

— На мой взгляд, если это удалось сделать во времена СССР, то почему бы не возобновить эту традицию? В 90-е и 2000-е Россия и Москва стали магнитом для постсоветских республик, так как многие соседи выучили русский язык еще в школах во времена Совесткого Союза и интегрироваться у нас было гораздо легче, чем в странах, где требовался, например, китайский, английский или арабский. Но сейчас ситуация меняется, приток мигрантов за время пандемии стал ощутимо меньше. Как мы видим, строительная отрасль, например, первой почувствовала дефицит рабочей силы.

Я думаю, решение здесь лежит в плоскости контроля за миграционными потоками и установки четких правил игры для бизнеса, который должен соблюдать баланс между приезжими и местными при трудоустройстве, чтобы не создавалось впечатление, что гастарбайтеры вытесняют с рынка труда наших граждан.