«Протестантов пытаются загнать в определенное гетто»: кому полезен омбудсмен по правам верующих

Представитель президентского Совета по взаимодействию с религиозными объединениями, доктор юридических наук Анатолий Пчелинцев предложил создать в России институт омбудсмена по защите прав верующих. Основными задачами такого представителя он видит защиту от произвола властей последователей всех распространенных в РФ религиозных течений, а также участие в формировании политики государства по отношению к религиозным конфессиям. Daily Storm выяснил, что в Русской православной церкви и Духовном управлении мусульман инициативу восприняли с настороженностью, мнения разделились. А в Совете глав протестантских церквей России считают, что малочисленным конфессиям омбудсмен крайне необходим.

«Речь о своего рода посреднике во взаимоотношениях государства и религиозных организаций. О том, кто будет способствовать формированию политики государства по отношению к конфессиям и непосредственно участвовать в ее реализации. И, наконец, о том, кто сможет достучаться до правоохранителей. Сами верующие этого сделать не в состоянии», — пояснил Daily Storm свою идею Анатолий Пчелинцев.

Пчелинцев уже долгое время занимается вопросами законодательства в сфере религии. Тема его докторской диссертации по юриспруденции: «Свобода вероисповедания и религиозные объединения в Российской Федерации: конституционно-правовое исследование». В 90-х, после окончания юридического факультета московского Военного Краснознаменного института, он работал в военной прокуратуре, а затем занимался адвокатской деятельностью.

В России политику в отношении религиозных организаций сейчас определяют силовики, а представители конфессий, в особенности немногочисленных, не включены в обсуждение этой политики, отмечает Пчелинцев. Законодательство о свободе совести столь противоречиво и запутанно, что суды в сходных обстоятельствах нередко выносят диаметрально противоположные решения. И если к традиционным для нашей страны религиям у правоохранительных органов обычно нет вопросов, то религиозные меньшинства заявляют о давлении со стороны силовых структур.

«Нужно хотя бы возродить институт уполномоченного по защите свободы совести, — добавляет Пчелинцев. — Но эту сферу нужно деполитизировать, чтобы мы не вернулись в советское время».

Сопредседатель консультативного Совета глав протестантских церквей России, генеральный секретарь Российской ассоциации защиты религиозной свободы Олег Гончаров рассказал Daily Storm о повышенном внимании силовиков к протестантам. В нашей стране действует около пяти тысяч протестантских приходов, зарегистрированных Минюстом, а численность самих протестантов достигает как минимум нескольких сотен тысяч.

«За последние два-три года у нас было около 50 случаев преследования. Приезжают правоохранители с проверками или с обыском к нашим религиозным группам. До 2014 года такого не было... Протестантов пытаются загнать в определенное гетто», — заявляет Daily Storm Гончаров.

Давление, по его мнению, вызвано информационной кампанией против США в российских СМИ. Протестантов связывают с американскими религиозными объединениями и с событиями на Украине. Уполномоченный правозащитник, как предложил Гончаров, выступал бы посредником между властью и конфессиями и информировал бы президента о наиболее вопиющих и резонансных случаях нарушения прав верующих.

Трудно представить, что власти поддержат инициативу Анатолия Пчелинцева без консультаций с традиционными для России конфессиями. В Русской православной церкви считают, что создание нового института омбудсмена может стать шагом к установлению государственного контроля за религиозными объединениями. С подобным отношением со стороны властей Церковь сталкивалась и во времена Российской империи, и в СССР. Кроме того, если у правозащитника и его аппарата будут достаточно широкие полномочия, то под предлогом отстаивания чьих-то прав он может начать защищать верующих одной конфессии от приверженцев другой веры.

«В РПЦ вопрос создания уполномоченного по правам верующих ожидаемо воспринимается через призму работы печально известного Совета по делам религий [действовал при правительстве СССР с 1965-го по 1991 год и занимался преследованием верующих], а также обер-прокурора Синода [высший орган церковно-государственного управления Церковью, созданный Петром Первым в 1721 году и просуществовавший до 1917 года. В это время Церковь фактически подчинялась светской власти — императору России]. Оба этих института оставили далеко не самый лучший след в истории церкви», — сказал «Коммерсанту» зампредседателя Синодального отдела РПЦ по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе.

Ведущий аналитик православного центра святого Василия Великого Максим Козлов-Шульженко тоже со скепсисом отнесся к предложению. «Я за то, чтобы четко прописывать все полномочия на этой должности. Ведь все может закончиться тем, что священников будут защищать от прихожан или наоборот — прихожан от священников. Все могут оскорбиться на всех и погрузить межконфессиональную ситуацию в хаос. Лучше все-таки, чтобы Церковь была отделена от государства, потому что вмешательство власти в межконфессиональные вопросы может только ухудшить ситуацию».

Козлов-Шульженко также отмечает, что внутри самих конфессий существуют противоречия и чтобы их разрешать, нужно досконально разбираться в особенностях каждого вероучения. Если же в России появится омбудсмен с низкой профессиональной компетенцией, то вряд ли в жизни верующих что-то изменится, и тогда в создании такого института нет смысла. Вдобавок сама инициатива вызвала у эксперта подозрения: «Если это идет снизу, то, скорее всего, люди, занимавшиеся в советское время подобной же деятельностью, пытаются реализовать свои амбиции. Если же инициатива идет сверху, то мы видим изменение в отношениях между Церковью и государством. В таком случае вопросы, в том числе конфликтные, будут решаться через некую прокладку».

Анатолий Пчелинцев на вопрос об авторстве предложения ответил: «Это наша собственная инициатива, и речь идет не о создании некоего государственного органа. Речь идет именно об омбудсмене, правозащитнике верующих».

Однако идея все же находит поддержку и в православной среде. «Я отношусь к такой инициативе положительно, — сказал православный публицист Сергей Худиев. — Мне не нравятся «Свидетели Иеговы*» как еретическая секта, но я считаю, что неправильно преследовать людей за их религию. Я считаю, это неправильно, когда людей сажают исключительно за религиозную деятельность. Даже Владимир Путин неодобрительно отзывался об этом, но преследования продолжаются. В отношении протестантов также есть определенное давление, и я считаю это бессмысленным и разрушительным, все-таки наша Конституция гарантирует свободу вероисповедания».

Худиев считает, что омбудсмен сможет в далекой перспективе защищать и православных, если в России вдруг поменяется отношение власти к религии. «Проблема в том, что сейчас государство наезжает с разной степенью суровости на религиозные меньшинства. И для Православной церкви наилучшая ситуация, когда власть уважает права Церкви. Это гарантия того, что на нас не наедут, когда политическая конъюнктура сменится, — размышляет он. — Я смотрю с большой тревогой на преследования сектантов, потому что если политика в стране изменится, могут прийти за нами, православными. Поэтому очень важно, чтобы существовали правовые механизмы, которые защищают сектантов и которые в случае необходимости смогут защитить и нас».

Лидеры российских мусульман тоже разошлись в оценках идеи Анатолия Пчелинцева. Заместитель муфтия Духовного управления мусульман России Равиль Хаджи Сейфетдинов заявил, что в России необходим «некий государственный орган, например министерство по делам религий», но один омбудсмен не сможет защищать права всех верующих. «В нашем многонациональном обществе этим должен заниматься не один человек. Данное направление должно возглавляться компетентными людьми, которые имеют практику межконфессионального диалога. В данном ведомстве должны быть представители основных религий, что создаст баланс», — уверен он.

«Мы сейчас видим, что некоторые федеральные агентства наделяются подобными полномочиями, но эти функции постоянно кочуют от одного к другому ведомству», — обращает внимание заместитель муфтия. По поводу возможного давления на неугодные конфессии со стороны государства, Сейфетдинов считает, что власть всегда сможет оказать давление с помощью силовых структур, что, по сути, и происходит в некоторых регионах.

Член президиума Совета муфтиев России Нафигулла Аширов абсолютно не поддержал идею. «Это абсурд. Кого-то просто нужно трудоустроить, и ищут — куда. Очень много должностей можно выдумать, например, омбудсмен по защите прав животных. Взаимоотношения верующих и атеистов регулируются государственными законами. Должны защищаться общие права человека, а особые права верующих людей — мне трудно представить такое», — заявил он радио «Говорит Москва».

Пресс-секретарь главного раввина России Гершон Коган был осторожен в своей оценке: «Да, нарушения прав верующих у нас иногда случаются. С традиционными конфессиями проблем меньше, потому что о нас многие знают, у нас выстроены отношения с властными структурами, но все равно иногда возникают сложности. Нужно ли создавать институт омбудсмена — это во многом зависит от деталей. Какие у него будут полномочия, чем он будет заниматься. Поможет ли в этом институт омбудсмена — пока сказать сложно».

* «Свидетели Иеговы» — организация запрещена на территории РФ.