Сиюминутный пиар или работа по максимуму? Как Смоленская область справляется с пандемией

На первый взгляд, ситуация с коронавирусом в Смоленской области ничем не выделяется среди иных регионов Центральной России. Там не больше больных, чем, скажем, в соседней Брянской области или в Калужской. Но есть свои нюансы. По каким-то причинам на Смоленщине произошло несколько вспышек коронавируса в домах престарелых и инвалидов, а также в психоневрологических диспансерах. Причем новые очаги появлялись уже тогда, когда должны были работать строгие карантинные меры, не допускающие проникновения инфекции в учреждения группы риска. Daily Storm пообщался с источниками, чтобы понять, почему инфекция проникла к старикам, кто в этом виноват и насколько успешно справляется с пандемией администрация губернатора Алексея Островского. 

Сначала вспышка коронавируса произошла в Вязьме, 10 апреля выяснилось, что заражен медик геронтологического центра. Весь Вяземский район закрыли на карантин. Заразились десятки постояльцев и работников, часть сотрудников интерната с положительными тестами перевели в Вяземскую центральную районную больницу. После Вязьмы выявили новый очаг — 7 мая заразился Ярцевский дом-интернат для инвалидов: сразу 120 инфицированных. Это и сотрудники, и добровольцы, помогающие сотрудникам, и сами пожилые люди.

9 мая в Смоленске от пневмонии умер ветеран Великой Отечественной Владимир Савельев. Об этом активно писали местные СМИ.

13 мая стало известно о вспышке коронавируса в крупнейшем в области геронтологическом центре «Вишенки». Руководство учреждения, как рассказали журналистам его сотрудники, скрывало масштабы заболевания, у персонала не было нормальных средств защиты, кроме марли, ограничительные меры не были приняты своевременно, тестирование на COVID-19 не проводилось: «...Проживающие стали умирать ежедневно, и скорые стали увозить на госпитализацию в день по пять-шесть проживающих — об этом на пятиминутках докладывали. Также докладывали и о температурящих проживающих, но тесты все еще никому не делали», — цитировало сотрудников интерната издание Readovka67.  

Для губернатора Алексея Островского это было «вишенкой на торте пандемии» (заголовок местных СМИ). 18 мая он уволил директора департамента по социальному развитию Татьяну Конашенкову «за ненадлежащее наблюдение за состоянием социальных учреждений и неэффективное взаимодействие с общественными организациями».     

Параллельно с этим коронавирус добрался до Голынковского дома-интерната. Сотрудница кухни заболела пневмонией и ушла домой лечиться, тесты взяли только у тех, кто с ней контактировал, но на всех не хватило, писали смоленские коллеги. Пятеро инфицированных. Журналисты сталкивались с тем, что в социальных учреждениях перестали с ними общаться. Поэтому трудно было получать достоверную информацию о том, насколько критическая ситуация (или нет) складывалась за закрытыми дверями. 

Головотяпство продолжалось, несмотря на громкие кадровые решения Островского. К 3 июня инфекцией заразились уже сотрудники Починковского психоневрологического интерната, Роспотребнадзор при этом отрицал, что в учреждении произошла вспышка.

До этого, примерно в середине мая, ковидом заболели некоторые сотрудники Никольского психоневрологического интерната, постепенно заведение превратилось в очаг, заразились все «сословия» в интернате. В результате за 254 пациентами ухаживали только девять санитарок, а из-за постоянных заражений количество персонала таяло на глазах. 

29 мая вирус поразил новый объект — психбольницу в поселке Гедеоновка. Заболели как пациенты, так и сотрудники. 

Тем не менее, смоленскому губернатору, судя по всему, нечего опасаться. 27 мая президент Владимир Путин поддержал его решение выдвигаться на новый срок и похвалил его: «В сегодняшних экстраординарных условиях, связанных с коронавирусной инфекцией, в целом вы и ваша администрация действуете достаточно эффективно», — приводит «Российская газета» цитату президента. Остается вопрос верно ли чиновники из региона информируют Москву об эпидемиологической обстановке.

В самой же Смоленской области, как и везде, есть и активные критики действий властей. «Ситуация с коронавирусом в субъекте далека от идеальной», — говорит депутат Смоленской областной Думы от КПРФ и член комитета облдумы по социальной политике Андрей Шапошников. Он утверждает, что Роспотребнадзор не публиковал данные по умершим уже несколько недель. Шапошников с видеооператором побывал в морге Клинической больницы №1.

«Мы увидели огромное количество тел, поговорили с санитаркой, которая работает в морге, она на камеру сказала, что никогда ничего подобного она не видела. Тем более в летнее время. Трупы некуда класть, мест в холодильниках нет. На кадрах хорошо видно, что они складируются на пол», — рассказывает депутат.  

«Я хочу сказать, что умерших довольно много, просто даже среди моих знакомых. Мы посылали запрос от фракции на имя губернатора Смоленской области, просили по цифрам предоставить информацию о том, сколько человек умерло из постояльцев геронтологического центра «Вишенки». Сколько их умерло в апреле, сколько их умерло в мае, сколько имело температуру. И аналогичные цифры по прошлому году. Губернатор предоставил ответ, в котором не было, по сути дела, ни одной цифры», — делится собеседник.

В день, когда Шапошников ездил в морг, считалось, что в регионе умерло только 42 коронавирусных пациентов. «Увиденное дало мне основание считать, что эта цифра, мягко говоря, заниженная... Напишут в свидетельстве о смерти, что умер, там, от двустороннего воспаления легких», — предполагает член комитета облдумы по социальной политике. 

Другим взглядом на ситуацию смотрит сенатор от Смоленской области Сергей Леонов (ЛДПР), кандидат медицинских наук. Он рассказал Daily Storm, что прошел путь от санитара до врача в начале нулевых и знает, что такое работа в морге. По его мнению, представитель КПРФ просто пиарится: «Тела в морге лежат всегда. И то, что Шапошников там наснимал, ну, это говорит только о невысоком его уме. Совершенно человек не профессионал. Причем там был постановочный совершенно заход в этот морг. Люди, которые его туда пустили, работали в выходной день, когда не было врачей. Понятно, что за выходные дни определенное количество тел покойных увеличивается, потому что не происходит вскрытие. Есть определенные, в том числе, и рекомендации Роспотребнадзора по этому поводу, которые врачи вынуждены соблюдать. Это, знаете, страшилка для людей, которые ни разу не прикасались к медицине». 

Вспышки в социальных учреждениях депутат Андрей Шапошников считает «разгильдяйством, неспособностью организовать работу». Зная, что там располагаются самые незащищенные группы населения, власти не смогли на должном уровне установить строгие карантинные меры, считает народный избранник. Даже когда часть постояльцев и персонала уже были заражены, один дед, например, бегал через дыру в заборе к магазину «Магнит» и просил прохожих купить ему водку. Огромный периметр «Вишенок», по словам депутата, почти никем не охранялся, поэтому улизнуть с территории коронавирусного очага было несложно для бабушек или дедушек. Отдельные сотрудники, рассказывает Андрей Шапошников, после работы садились в маршрутку и ехали так домой, хотя должны были оставаться на карантине.

В «Вишенках», по словам депутата, персонал был недоволен работой волонтеров, которых привлекали на помощь сотрудникам. Дело в том, что неопытным и зачастую неумелым добровольцам платили больше, чем медсестрам и санитаркам.  

С коммунистом и здесь не согласен однопартиец губернатора Алексея Островского, сенатор Сергей Леонов. На вопрос Daily Storm, кто виноват в распространении COVID-19 в социальных учреждениях, он ответил: «В этом виноват коронавирус. Эти вспышки не только в Смоленской области были, эти вспышки по всей стране. Такая вспышка была в Мурманской области, такая вспышка была в Амурской области. Причем они даже рядом не стояли с теми вспышками, которые происходили в социальных учреждениях Смоленской области. В Смоленской области заразившихся было от 50 до 70 человек. А на крупных предприятиях в других регионах тысячи человек. И кто там виноват?»

Леонов не согласен в оценках количества заразившихся даже с подчиненными губернатора Островского. В Ярцевском доме-интернате заразились не менее 120 человек, сообщается на сайте областной администрации. Шапошников оценивает работу областной власти в борьбе с коронавирусом неудовлетворительно. Он считает, что ограничительные меры в Смоленской области вводились и снимались непоследовательно. Губернатор Островский в разгар пандемии разрешил работать торговым центрам, а на следующий день Роспотребнадзор забил тревогу, и работу ТЦ снова прекратили. Сенатор Леонов не видит здесь ничего особенного, по его мнению, у области был интерес запустить малый бизнес в работу, а Роспотребнадзору важно было, чтобы меньше людей заболело. Договоренность между властями и федеральной службой была, но заболеваемость в те дни выросла, поэтому ТЦ пришлось снова закрывать. Леонов полагает, что это излишняя мера, он сомневается, что всплеск коронавируса произошел из-за открытия магазинов.

«Вот сейчас открыли торговые центры недели две назад, количество заболевших не увеличивается», — замечает член Совета Федерации.  

Пока все было закрыто, люди ездили в трамваях битком, «как сардины», рассказывает Андрей Шапошников. В то время как больница Красного Креста и КБ №1 якобы были заполнены, модульный госпиталь, который построили военные, так и не стали использовать.    

Были и проблемы с президентскими выплатами медикам. Группа санитарок из КБ №1 обратилась к Шапошникову, потому что выплаты они получили, но собственные оклады им урезали.  

Губернатор либерал-демократ Алексей Островский в кризисных ситуациях принимал радикальные кадровые решения. Когда «заболела» Вязьма, Островский отправил в отставку главврача местной ЦРБ «за низкую эффективность при исполнении должностных обязанностей», назначив его ответственным за вспышку. Вслед за главврачом потеряла должность замдиректора облздрава Кристина Рябкова. Она провинилась тем, что в разгар пандемии выложила фото с отдыха в Египте. Однако, уже через две недели после увольнения врач уехала работать в Новую Москву. Критикуя губернатора, коммунист Шапошников отметил, что Рябкова — профессиональный инфекционист и увольнение было явным перебором «ради сиюминутного пиара, для того чтобы потом написали все СМИ».

Также своей должности лишился директор смоленского Роспотребнадзора Сергей Рагутский, когда ситуация с COVID-19 в субъекте была удручающей. А его бывший заместитель стала фигурантом уголовного дела — по версии следствия, она за мзду собиралась покрывать работу одного из магазинов во время пандемии, сообщает агентство «О чем говорит Смоленск». 

Местный общественник Дмитрий Магеря в беседе с Daily Storm отметил и то, что самоизоляция в Смоленской области соблюдалась только первые две недели, «сколько бы губернатор указов ни издавал»: «Все носило абсолютно номинальный характер. Салоны работали втихаря, люди ходили на субботники, причем это показывали по центральным каналам, как «активисты у нас объединяются». Это еще и культивировалось», — утверждает активист. Например, утром 9 мая по Смоленску проехали машины, предупреждающие о важности самоизоляции, а днем «начался шабаш»: выпускались курсанты военной академии, обнимались, гуляли и радовались. 

Что касается социальных учреждений, Магеря считает, что вспышки там произошли из-за несвоевременного принятия мер. «Они (дом престарелых «Вишенки». — Примеч. Daily Storm) закрылись на карантин 16 мая, причем, со слов работников, распоряжение закрываться у них было физически с конца марта», — рассказывает активист. Сначала геронтологический центр не закрылся, потому что руководство им не объяснило, как будет организовано питание и каким образом будут осуществляться выплаты, потом по каким-то другим причинам. К середине мая, когда они все-таки решились закрыться, оказалось, что часть сотрудников уже заражена. 

Общественник не стесняется в оценках действующего губернатора Алексея Островского: «Я могу точно сказать, что основная манера управления нашего губернатора — это заискивание с центром. Несмотря на то что он губернатор от ЛДПР, каждое его выступление сопровождается фразой «Я подчиненный Владимира Владимировича».

Впрочем, сенатор от ЛДПР Сергей Леонов положительно оценивает работу администрации Смоленской области: «Исходя из тех ресурсов, которые есть в Смоленской области, материальных и кадровых, безусловно, вся работа была сделана по максимуму. И ничего другого, иного, я думаю, что никто бы сделать не смог. Есть ресурсы и люди. Новых людей не появится. Прекрасно понимаете, что Москва на себя высасывала медицинские кадры, помимо еще и денег, которых в Москве достаточно. Немногие из Смоленской области уехали, но многим предлагалось. Кстати, президентские надбавки сыграли успокаивающую роль в этом плане».   

К 13 июля в Смоленской области было зарегистрировано 5108 случаев заболевания COVID-19 (прирост за сутки — 39 случаев). Летальных исходов за все время — 78, выздоровело — 2998, сообщает портал «Стопкоронавирус.рф».