St
Самый молодой директор школы в России
Он попал в Книгу рекордов Гиннесса в 22 года, и его рекорд до сих пор не побит. Как живет самый молодой в России директор школы и чем планирует заниматься, если уйдет со своего поста

Самый молодой директор школы в России

Он попал в Книгу рекордов Гиннесса в 22 года, и его рекорд до сих пор не побит. Как живет самый молодой в России директор школы и чем планирует заниматься, если уйдет со своего поста

Коллаж: © Daily Storm
Коллаж: © Daily Storm

«Замечательная природа. Отличная экология. Ну, а холод... зато люди теплые».


Поселок Туманный находится в 130 километрах от Мурманска. В 1971 году тут было 2000 человек населения, жизнь кипела. Народ работал на соседней ГЭС и в военной части. Потом часть была расформирована, а ГЭС перешла на вахтовый метод работы. Теперь в Туманном едва наберется 500 жителей.


undefined

Встречают приезжих пустые окна заброшенных зданий. Единственная улица, улица Энергетиков, протянулась всего на 700 метров. Весь поселок при желании можно обойти за 10 минут. Школа, которой управляет Никита Анатольевич, находится на окраине. За ней начинается арктическая тундра. С крыльца же открывается вид на поселок и спортивную площадку, изрядно потрепанную временем.


Никита Большаков принял руководство этой школой полтора года назад, когда ему было всего 22.






Предложили — согласился


«По первости было очень странно, конечно. До сих пор немного в когнитивном диссонансе нахожусь и наблюдаю за всем этим как будто со стороны. Я же прекрасно понимаю, что опыта у меня для этой должности нет, но по крайней мере стараюсь», — рассказывает молодой директор.


Трудовой путь, как написали бы в советское время в газетах, Никита Анатольевич начал в 12 лет. Работал уборщиком на рынке в родном Никеле. Не столько ради денег, сколько ради того, чтобы почувствовать себя взрослым.


«Мне все всегда было интересно. Я всем увлекался. Я всегда занимался чем только предложат, соглашался на любую ерунду».


undefined
Фото: © Daily Storm/Фоминцев Илья

Был дворником, экскурсоводом. Все, что предлагали, — на все соглашался. Свободного времени не было уже тогда. Он мог одновременно заниматься карате, английским, бальными танцами и плаванием. Обычно любое занятие продолжалось до тех пор, пока парень чего-то не ломал или не заболевал.


Мама, бухгалтер никельского техникума, видела сына успешным юристом. Но судьба распорядилась иначе. Никита пошел в Мурманский арктический университет учиться на историка. О больших гонорарах за юридическую практику пришлось забыть.


«Не жалею ни на секунду. Очень интересно было. Очень сильные педагоги на кафедре. Фундаментальнейшие знания дают. Экзамены принимали на совесть — мой ответ занял полтора часа. Еле сдал. Требования были аховые, даже курсовая должна была быть хоть маленькой, но научной работой», — вспоминает Никита.


Во время учебы в вузе кто-то предложил молодому историку пойти на факультет менеджмента — получить дополнительную специализацию по управлению персоналом в образовании. Он и согласился. Основным мотивом было лишнее свободное время, которое тратилось впустую в общежитии.


«Некоторые курсы, честно говоря, были довольно специфические, но и полезного оттуда удалось выхватить много. Те же самые курсы по госзакупкам, которые сегодня для любого управленца обязательны. Обучение управлению персоналом, немного психологии и несколько достаточно общих вещей. По большей части все было полезно. Но местами — не очень. Было то, что я даже прогуливал», — рассказывает Никита.


После университета — два диплома: историк и историк-педагог. Проблем с трудоустройством не возникло. Никите предложили попробовать себя в роли экскурсовода в Лиинахамари. В этом поселке во время Великой Отечественной войны была организована крупная десантная операция, и осталось очень много немецких укреплений. Молодой специалист жил на корабле и работал за еду. Не в переносном смысле. В прямом. Вместо зарплаты — бесплатная кровать и камбуз.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press

«Мне было любопытно попробовать, ну и... предложили — не отказываться же. Народ интересный приезжал. В 2013 году, например, была экскурсия. Ноябрь месяц, снег уже выпал, холодно. И тут одна девушка услышала детские голоса в поселке и спрашивает: «А у вас что, здесь детям жить можно?!» У местных челюсти поотваливались. Да, конечно можно, говорят. Хотя потом были идеи — нужно было ответить, что детей привозят в качестве наказания. И только самых непослушных», — со смехом рассказывает Никита.


Спустя полгода еда на камбузе окончательно приелась, и Никита начал искать работу учителя истории. Правда, решил он это делать в ноябре, когда все школы Мурманской области уже были укомплектованы педсоставом. Все, кроме одной.






Арктический «Нестор Петрович»


Есть такой четырехсерийный советский фильм «Большая перемена». Это история про молодого, талантливого, но самовлюбленного историка, который волею судеб обрекает себя на место учителя истории в вечерней школе. Нестор Петрович, герой картины, считает, что не достоин звания историка и потому должен раствориться в системе образования, посыпая голову пеплом.


Наш герой, Никита Анатольевич, на Нестора похож разве что исходными данными. Молодой, талантливый. Но в Кольскую вечернюю школу поехал не как в ссылку, а за опытом.


Сейчас, в отличие от советского времени, в «вечерках» учатся не только взрослые. В них отдают и так называемых трудных подростков. Это дети, с которыми преподаватели не смогли справиться по тем или иным причинам. Было много ребят из коррекционных классов.


«Первый день был тяжелый. Они меня на прочность испытывали. Шумели, баловались, кричали. Но я справился. Поговорил с ними. Выяснил, что они знают, что умеют. Провел вводные уроки, а не по плану. Первое время ответы процентов на 30 состояли из мата. Он сам у них вырывался, непроизвольно, в виде междометий. «Ну вот там Иван Грозный, он, б***... Ой, простите, Никита Анатольевич», — рассказывает Никита.


Свой возраст 21-летнему педагогу от учеников пришлось тщательно скрывать. Чтобы не подорвать доверие. Раскрыл секрет только перед самым уходом. Дети, по его словам, от шока три дня на уроках сидели с открытыми ртами. Но учебе это не помешало.


Общение на равных и искренний интерес к судьбе учеников сделали свое дело. На уроках истории ребята увлеченно слушали преподавателя. Иногда, конечно, шумели, но в рамках приличий. Из уважения к учителю перестали материться. «Нестор Петрович» завоевал их сердца.


«Первое время было стремно, потом как-то привык. Им реально нужно было просто внимание. Забота. Не фальшивая, а искренняя. Их оттуда выпнули, тут не стали слушать, там забыли. Никто ими не занимался», — говорит Никита.


undefined
Фото: © Daily Storm/Фоминцев Илья

Учеников в Кольскую вечерку отправляют со всей области. Их достаточно много — около 200 человек. Учились в две смены. Те, кто помладше, — с утра. Взрослые — вечером.


Те самые взрослые, которые своему учителю годились в отцы или деды. Правда, работать с ними оказалось значительно проще, чем с детьми. У них была мотивация, чтобы учиться хорошо. По российскому законодательству в некоторых случаях человеку без образования не могут предложить руководящую должность. Чтобы получить достойную работу, пришлось сесть за школьную парту.


«Единственный раз был небольшой инцидент с ними. Меня к директору вызвали, я вернулся, а они балуются. Бумажками кидаются, за косички девчонок дергают. Я аж опешил. Говорю: «Ну что мне с вами делать? Родителей в школу вызвать? Дневники собрать?» Посмеялись вместе», — вспоминает Никита.





Директор без опыта


Предложение сменить род деятельности пришло неожиданно. И поначалу казалось чем-то нереальным.


«Мне директриса из вечерней школы позвонила и сказала: «Никита, а не хочешь директором поработать?» Я тогда немного приболел, была температура, я слабо соображал и подумал, что это вообще галлюцинация, потому попросил немного времени подумать, и сказал, что завтра ей перезвоню», — рассказывает Никита.


Оказалось, все серьезно. Место директора Туманненской школы пустовало. Предшественница отправилась на повышение в Мурманск, и управлять учебным заведением было некому. Все преподаватели успели примерить на себя обязанности управленца, но никто не соглашался руководить школой на постоянной основе.


Выбирали из нескольких кандидатов, но кого-то не одобрила комиссия, кто-то сам не захотел ехать в оторванный от цивилизации поселок. Учебный год между тем уже начался, и назначать директора пришлось бы в любом случае. Никите дали пару дней на раздумье, которые он потратил на поездку в Туманный.


undefined
Фото: © Daily Storm/Фоминцев Илья

«Это было в ноябре 2016 года. Снег уже выпал. Сюда я добирался на «буханке» скорой помощи, автобуса в тот день не было. Приехал. Пообщался с персоналом, меня очень радушно приняли. Так, что я в душе уже сразу согласился тут работать. Правда, всех предупредил, что опыта у меня мало и нужна будет помощь. Обещали подсказывать», — говорит Никита.


Переезд из Колы прошел легко. Молодому специалисту выделили огромную трехкомнатную квартиру — живите на здоровье. Только вот вещей туда за полтора года Никита Анатольевич так особо и не завез. Все его имущество помещается в самой маленькой комнате. Рядом с обычной односпальной кушеткой из местной больницы, которую ему выдали еще в ноябре 2016 года.


Зарплаты с северными надбавками хватает на все. Только тратить не на что, да и негде. Так что даже холодильника в квартире нет. Все, что купил на ужин, — сразу съел, ничего не остается про запас.


По собственному признанию, в каком-то особом комфорте он не нуждается. Ведь большую часть дня все равно проводит на работе. Если свободное время и появляется, тратит его на чтение книг и прогулки на лыжах, благо снег как выпадает в конце октября, так и не тает до июня.


undefined
Фото: © GLOBAL LOOK press/Roman Denisov

«В прошлом году до 8 июня снег лежал. Комиссия к нам на экзамен ехала — не смогли пробиться. Поехали в Териберку, а мы вынуждены были без них экзамен проводить. По всей Мурманской области это норма. На сопках в теньке вообще может снег все лето лежать. Привыкаешь к этому. Главное — красиво тут», — рассказывает Никита.


  • 12 человек в подчинении.
  • 8 педагогов и 4 воспитателя детского сада.
  • Средний возраст учителя — 45 лет.
  • 27 школьников.
  • 14 воспитанников детского сада.
  • 14 миллионов рублей в год на все нужды.

Хозяйство Никиты Анатольевича — типовая советская школа. Рассчитана на 500 учеников. Два этажа, столовая, спортзал и коридоры с уютными классами. Обеспечение учебными пособиями, реагентами для опытов и наглядными материалами — на 100%. Не в каждой московской школе есть такая коллекция экспонатов для изучения. В основном это заслуга преподавательского состава, сохранили со времен СССР.


В кабинете биологии так вообще настоящая выставка. Частично ее привезла с собой новая учительница биологии и химии, которую директор переманил из Санкт-Петербурга. Педагогу понравилась природа Кольского полуострова и не перегруженные классы. А зарплата, учитывая северные надбавки, у нее осталась такая же, как была в культурной столице России.


«С учителями в общем проблем нет. Только вот по биологии с химией долго искал. А так люди здесь работать хотят. За последнюю неделю два резюме прислали. А почему нет?! Малокомплектная школа. Работать спокойно. Природа опять же», — делится Никита.


В этом году был один-единственный выпускник. Ради него в поселок приехала экзаменационная комиссия, около 10 преподавателей. Сдал парень все на хорошо и отлично. Эффективность выше благодаря практически индивидуальному обучению.


Да и после основных уроков дети остаются в школе на кружки и углубленные занятия. Их отсюда не выгнать. Да и куда? Кроме школы в Туманном есть только клуб, больница, почта и два магазина. Вот и отдают ребята все свое свободное время учебе. Тут у них второй дом. И в условиях жизни арктического поселка это не взятое с потолка выражение.


undefined
Фото: © Daily Storm/Фоминцев Илья

Забота о «втором доме» — главная задача директора. Он за все в ответе, в том числе и за хозяйственные вопросы.


«Однажды я даже спутниковую антенну на крыше чинил. Ответственного сотрудника на месте не было, и пришлось мне лезть. Попросил пожарную машину подогнать к школе и полез. На директоре вся ответственность — за все», — рассказывает Никита Анатольевич.


В первый же год директорства пришлось столкнуться с проверками. Приехал Роспотребнадзор. Проверку прошли, но штраф все-таки получили. В холодильнике оказалась температура на градус выше положенной. Как выяснилось позже — термометр просто не там, где надо, лежал.


«Директорство — это для меня вызов прежде всего. Смогу — не смогу. Может быть, еще пойму, что это мое, и останусь тут насовсем. Пока это ощущение не появилось. Бумажной работы очень много. Она угнетает. Очень я этого не люблю», — говорит Никита, проводя для нас экскурсию по школе.


Бумаг действительно много. Директор любой российской школы обязан постоянно отчитываться. Обо всем. Годовые планы, поурочное планирование, данные в Росстат о количестве парт, их размерах, госзакупки и прочее, прочее... Сложности в заполнении нет, просто этих отчетов много. А за несвоевременные отчеты — взыскания.


«У меня есть одно дисциплинарное взыскание в личном деле. За то, что я не успел вовремя документы заполнить на сайт bus.gov.ru. Это сайт, где нужно обновлять регулярно документы по школе. План закупок, планы финансовой деятельности. Я отправил данные чуть позже, и меня наказали», — рассказывает директор.






Будущий политик


В 2016-м о Никите Большакове узнала вся Россия. Он попал в Книгу рекордов Гиннесса РФ как самый молодой директор школы. Благодарить за это нужно маму Никиты. Женщине было так приятно, что ее сын в таком возрасте стал директором, что она не удержалась и сама написала в комитет по рекордам. И понеслось.


«Сидел тут тихонечко, а потом начали приезжать все подряд. Ну молодой, ну директор. Какой тут рекорд?!» — удивляется Никита.


undefined
Фото: © Daily Storm/Фоминцев Илья

Первые месяцы после объявления рекорда внимание СМИ было постоянным. Это начало раздражать. Журналисты приезжали вереницей, удивлялись, фотографировали и отвлекали от работы. В отличие от нас — мы приехали в выходной и до начала учебного года.


Сейчас Никите уже 24, он полтора года отлично справляется со своими обязанностями. Разруливает как бумажные дела, так и воспитательные. Самое страшное наказание для любого ученика — вызов к директору на ковер.


«Делаю суровое лицо. Они меня не боятся, но слушаются. Понимают, что если я уж сделал такое лицо, то не просто так. Проблемы дисциплины нет, все решаем очень быстро», — рассказывает директор.


Возможно, из-за умения находить общий язык с детьми и взрослыми, или потому что за полтора года работы на ответственном посту не допустил серьезных ошибок, но Никита Большаков решил попробовать стать депутатом.


Пока это всего лишь поселковый орган самоуправления, но рука судьбы, кажется, опять подхватывает молодого человека и куда-то несет.


«Вы будете смеяться, но мне опять предложили, и я согласился. Политика, конечно, грязное дело, но мне хочется попробовать. Выяснить, смогу ли я что-то сделать для Туманного и для Мурманской области. Хочу попробовать. Посмотреть, как это все работает изнутри», — делится мыслями Никита.


Будущий депутат Большаков, если за него проголосуют 9 сентября, не будет получать зарплату. На местном уровне эти должности считаются общественными. И школу Никита не бросит.


undefined
Фото: © Daily Storm/Фоминцев Илья

Предпосылки для того, чтобы быть избранным, есть. Во-первых, все, что Никита делает, в таком маленьком поселке на виду. А это не только работа в школе, но и организация культурных мероприятий в клубе. Никита не раз привозил из Мурманска и театральные труппы, и реконструкторов, которые организовали в поселке настоящую историческую битву. Во-вторых, родители учеников периодически заходят к молодому директору с житейскими вопросами. Значит, доверие уже есть. Осталось его официально закрепить.






Туманный «Левиафан»


В часе езды от Туманного находится знаменитый поселок Териберка. Тут режиссер Звягинцев снимал своего «Левиафана». Кино о российской безысходности, разрухе и коррупции.


Въезжая в сам Туманный и видя заброшенные дома и выбитые стекла, легко поверить в то, что кино абсолютно правдиво. Низко летящие свинцовые облака, пронзительный ветер, который заставляет надевать в августе не только ветровку, но и теплую кофту под нее. Люди, сурово оглядывающие незнакомую машину на своей улице.


«Левиафан» не смотрел. Не интересно, но про что кино — я знаю. В Териберке был не раз и с директором их школы общаюсь достаточно плотно. Таких проблем, как в кино показал Звягинцев, там нет. Наврал режиссер, — уверенно заявляет Никита. — Тот разброд коррупции, который, как мне говорили, показали в картине, там отсутствует полностью. Это, простите, чушь собачья. Нет такого в Мурманской области. Я много где работал и много с кем общался — в таких объемах, как показано в фильме, такого ну нету! Тем более — в Териберке».


И в Териберке, и в Туманном, безусловно, есть много проблем. Но даже зияющие пустотой окна заброшенных домов не должны говорить, по мнению директора, о том, что поселок умирает. Дома просто нецелесообразно сносить или реконструировать.


«Все на них смотрят и думают, что Туманный умирает. Это не так. Они же пустые — чего на них смотреть-то? Денег нужно, чтобы их устранить. А их нет. Количество населения, конечно, снижается, но об умирании речи не идет. Даже периодически люди приезжают», — рассказывает Никита Большаков.


Деньги, которые выделяются из бюджета, лучше потратить не на внешний лоск, а на нужды реально живущих жителей. Например, в прошлом году тут благоустроили придомовые территории. Поставили лавочки у каждого подъезда. В клуб приезжают артисты из Мурманска. Интернет работает. Зимой жители не мерзнут, потому что котельная хоть и старая, но следят за ее состоянием постоянно. 


Туманный погружен в спокойную размеренную жизнь. Тут живут пенсионеры, некоторые вахтовики с гидроэлектростанции. Есть почта, банкомат и нет преступности. А звенящая тишина и отсутствие суеты привлекает любителей покоя.


Длинная полярная ночь сменяется таким же длинным полярным днем. Все сбалансированно. И даже в самую темную ночь на Кольском полуострове трудно остаться в одиночестве. Ведь главный ресурс Мурманской области — это не рыба и не крабы, это люди.


«Все друг друга любят. Не верите? Поживите тут! Убедитесь сами. Я вас жильем обеспечу. Всем предлагаю — никто не соглашается. Все говорят «не верю, но проверять не буду», — сетует Никита Большаков.


Мы спорим с ним, но как-то вяло и точно не готовы остаться в Туманном и проверять правоту его слов. Ведь если он прав, то мы в Москве, возможно, как-то не так живем. Но признаться себе в этом откровенно — страшновато. Даже страшнее, чем оказаться на полгода во тьме.