St
Древарх Просветленный: Я не виню полицейских — мой косяк, что не успел телепортироваться
Лидер движения «Посади свое дерево» эмигрировал, чтобы его самого не посадили Коллаж: © Daily Storm

Древарх Просветленный: Я не виню полицейских — мой косяк, что не успел телепортироваться

Лидер движения «Посади свое дерево» эмигрировал, чтобы его самого не посадили

Коллаж: © Daily Storm

Андрей Христофоров, также известный как Древарх Просветленный, покинул Россию из-за возбужденного против него уголовного дела. В конце августа ему предъявили обвинение в нападении на полицейского во время поездки на полигон в Шиесе. Туда он отправился, чтобы поддержать активистов, выступающих против его строительства. Сейчас «человек с крыльями» где-то на Украине и говорит, что ни на кого не в обиде — он сам принес себя в жертву и стал мучеником. А то, что он вдали от дома, так это не беда. Для них, ангелов, любой уголок Земли — дом, лишь бы можно было сажать деревья и увеличивать свою популяцию! 



— Андрей, говорят, что вы эмигрировали на Украину. Что вы там делаете?


— То же, что и всегда: сажаю деревья. Только раньше я это делал на сложных мусорных точках в Подмосковье и на полигоне в Шиесе, а сейчас немного расширил свою географию, за что, кстати, очень благодарен своим украинским друзьям и российским правоохранителям. Человек — существо ленивое, а я, который на 50 процентов человек и на 50 — дерево, тем более! Самому мне было бы сложно на такое решиться.


— То есть ваш отъезд напрямую связан с заведенным делом?


— Я думаю, сколько людей, столько и мнений. Скажем так: выбирая одно из двух — перебороть страх перед неизведанным и уехать куда-нибудь далеко-далеко, хоть в Арктику, где белые медведи будут посылать тебе свои флюиды и заставлять созидать, или продолжать бодаться с органами, я выбрал первое. Потому что правоохранительная система категорически не приемлет взглядов, которыми я руководствуюсь.


— Какие именно обвинения подтолкнули вас уехать?


— Да я не то чтобы уехал... Я никогда никуда не уезжаю, меня носит ветер! Но накопать можно много. Например, некоторым людям очень не понравилось, что я обстрелял их мочой... Ой, нет! Замочил их из детского водяного пистолета! Это было в Шиесе. Или когда на митинге в Соломбале (район Архангельска. — Примеч. Daily Storm) со стражей порядка, как осенние листья, вдруг полетели погоны. Якобы это я их оторвал.



А в другой раз они захотели увезти меня к себе из-за 100 рублей штрафа, который полагался за сорванный в поезде стоп-кран. Но понятно, что я не мог никуда ехать — были задеты мои честь и достоинство. Поэтому они стали меня дергать и тянуть, после чего на меня завели дело за нападение на полицейского.


Не знаю, чего они там придумали, но факт в том, что я был один, а один в поле не воин. К тому же я вообще не собирался ни с кем воевать: моя миссия заключается в том, чтобы нейтрализовывать негатив и выводить на положительные энергии. Только здесь почему-то не получалось. Я не говорю, что это правоохранительная система такая плохая. Это свидетельствует о том, что я еще слабый! Мой косяк, что я не сумел телепортироваться!




— Кстати, вы так и не сказали, куда именно вы уехали...


— Ну это не тайна: я сейчас в Черниговском Посаде (так он называет Черниговскую область. — Примеч. Daily Storm). Так что меня уже можно называть Древархом Черниговским.


— Посад в посаде? Помнится, вы какое-то время называли себя Посадом Вселенновичем...


— Скорее так: в засаде (смеется)


— А не думаете, что своим отъездом только усугубите ситуацию, ведь, скорее всего, у вас была подписка о невыезде?


— Была, да. Да они мне вообще много чего наговорили, и в том числе про эту подписку. Говорили даже, что вменяемые мне статьи подразумевают лишение свободы. Но это все не ко мне. То, что мне инкриминируют, вторично, ведь, как говорят, был бы человек, а статья найдется. И вообще, почему я Древарх Неуловимый? Да потому, что меня просто не ловят! Если б я действительно был нужен системе, меня бы давно нашли через Интерпол. А им надо лишь одно: с глаз долой — из сердца вон, чтобы я больше не светился в Шиесе, взывая к людям и заставляя их искать себя.



— Но как же вы теперь в чужом городе? Вас хоть кто-нибудь поддерживает?


— Есть люди, которым небезразлично. Больше того, я уже успел стать местной знаменитостью. Украинцы смеются, что никогда еще не видели такого чуда, как я. Конечно, есть и те, кто не доверяет. Мол, что тут делает русский в то время, когда идет война? Говорят: «Ты, наверное, чей-то засланец!» А я отвечаю: «Может, я ваше спасение». Я-то это знаю, а они еще нет!


— А жена? А дети? Они скучают?


— Ну мы же созваниваемся! Я им каждый раз говорю: чтобы не скучать, сажайте деревья. Потому что я тоже дерево. Жена, конечно, расстраивается. Говорит мне: «Какое же ты дерево? Все люди-деревья сидят в сумасшедших домах, а ты разгуливаешь на свободе». Приходится отшучиваться, что я с лопатой, потому и не берут. Но вообще, знаешь, я ни о чем не жалею. Я принес себя в жертву и стал мучеником! И пускай я не первый, для обычного человека это было бы непосильно.


— Ну тогда мне остается только одно: пожелать, чтобы все поскорее разрешилось и вы вернулись к родным!


— Так у меня семья и дети — они везде! Для меня нет понятия «куда вернуться», если мой дом — это вся планета Земля, и я вполне отдаю себе отчет, что никуда не девался. Я был, есть и буду. Но за пожелание — спасибо!


Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...