Здравствуйте, я следователь по истории

Глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин сообщил о создании отдела по расследованию преступлений времен Великой Отечественной войны, а также о трактовке событий тех лет. Ветераны спецслужб считают, что данная работа подходит больше всего именно комитету, эксперты говорят об активизации ведомства, «следующего в фарватере модного тренда», историки и оппозиционеры боятся нового витка доносов и претворения в жизнь романа Джорджа Оруэлла «1984».

Следственный комитет России создает отдел, который займется расследованием преступлений о фальсификации истории. Сообщение об этом появилось на сайте организации в четверг, 10 сентября. В нем уточняется, что сотрудники СКР займутся выявлением виновных в преступлениях в годы Великой Отечественной войны и предотвращением искажений исторических фактов. Подразделение будет входить в Главное следственное управление СК.

Глава Следственного комитета, выступая на церемонии в честь Дня памяти жертв фашизма в Музее Победы на Поклонной горе, напомнил об участии комитета в поисковом проекте «Без срока давности»: он направлен на сохранение исторической памяти о трагедии мирного населения СССР.

Ранее в интервью «Российской газете» Александр Бастрыкин рассказывал о расследовании Следственным комитетом нескольких дел о геноциде в период Великой Отечественной войны. Одно из них основано на рассекреченных ФСБ архивных материалах об убийстве воспитанников Ейского детского дома. В 1942 году после освобождения Краснодарского края там были обнаружены тела 214 убитых детей. Глава Следкома напомнил, что часть виновных были осуждены, но не все понесли наказание за свои злодеяния. По уставу Международного военного трибунала в Нюрнберге подобные преступления не имеют срока давности, поэтому в соответствии с нормами международного и национального права Следственный комитет имеет основания для расследования подобных случаев, заключил Бастрыкин.

Подполковник ФСБ в отставке Алексей Филатов считает, что именно Следственный комитет должен заниматься делами о Великой Отечественной войне, — организация создана в том числе для таких случаев. «Они обладают самыми большими возможностями по расследованию и выявлению причин [преступлений]. Как правило, именно им дают наиболее сложные и серьезные статьи, что есть и сейчас, кроме того, это необычное направление следственной деятельности. Кому, кроме них, выполнять эту задачу?» — сказал он Daily Storm.

Помимо этого, он подчеркнул значимость темы Великой Отечественной войны и обсуждения ее трактовок. По словам Филатова, тема обсуждается уже много лет, о ней говорят в том числе и школьники на прямой линии с президентом страны.

Обсуждение проблемы искажений и фальсификаций событий 1939-1945 годов стало еще более актуальным в год празднования 75-летия Победы. В эту тему неоднократно включался и сам президент России, что можно считать особенно важным для понимания инициативы главы СКР. Вероятно, включением подобных вопросов в свои компетенции Бастрыкин сделает встречи с главой государства более частыми и усилит влияние ведомства.

На сайте СКР сообщается, что решение о создании отдела принял лично его председатель, но может ли сам Следственный комитет, по сути, давать себе такие возможности. Об этом рассуждает Никита Петров, специалист по истории служб безопасности, имеющий PhD по истории.

«Следственный комитет, создавая этот отдел, следует в фарватере модного тренда. Раньше в советское время, для того чтобы открыть новое структурное подразделение, требовалось согласие ЦК КПСС, а в каких-то случаях и политбюро ЦК. Не знаю, насколько Бастрыкин автономен в том, чтобы это делать. Создание пятого управления КГБ требовало решения политбюро и инициативной записки Андропова», — рассказывает он. 

Ветеран ФСБ Алексей Филатов полагает, что решение было принято на высшем уровне: «Вряд ли это инициатива самого СК». 

Полковник ФСБ в отставке и оппозиционный политик Геннадий Гудков не считает вопрос о конкуренции силовых ведомств в современной России актуальным. «Этим всем будет руководить ФСБ, — уверен он. — Все силовые службы им подчиняются, кроме, возможно, ФСО и Нацгвардии».

«Споры о науке лучше оставить историкам»

Историк Никита Петров обращает внимание на вероятные негативные последствия этой инициативы. Очевидно, что в Следственном комитете не все следователи — историки, поэтому, по его словам, лучше не заниматься администрированием науки, а оставить ее ученым.

«Наказание нацистских преступников, поиски их и тех, кто сотрудничал с гитлеровскими захватчиками, — все это делалось много лет после окончания Второй мировой войны. Но по возрасту таких людей практически не осталось», — также указывает Петров.

В некоторых странах установлением конкретных фактов на определенных исторических этапах занимаются так называемые институты национальной памяти. Они существуют в Польше и Украине и часто провоцируют неоднозначно оцениваемые в обществе идеологические кампании. Например, «декоммунизацию», в ходе которой на Украине снесли очень много архитектурных сооружений коммунистического периода.

Никита Петров говорит, что эти организации все же используют ученых при работе над определенными историческими периодами. 

«В Польше, правда, у них есть некоторые расследовательские функции: ищут деятелей времен коммунизма. Но такие учреждения являются научными все равно», — добавляет он.

При этом, отмечает историк, проводить здесь аналогии с новым отделом СКР не стоит. «Если бы у нас подтянули в один институт документы и спецслужб, и партийного аппарата — это могло бы быть аналогией», — поясняет собеседник.

Главная проблема, по словам Петрова, — то, что ученые в первую очередь начнут ощущать пристальное внимание к своей работе. По его мнению, вполне вероятно, что инициатива Следственного комитета найдет среди сотрудников ведомства «верных исполнителей, которые будут на этом строить свою карьеру».

Слова историка заставляют задуматься о событиях 30-х годов прошлого века, когда один человек, движимый не самыми этически правильными побуждениями, изучал работу другого и отправлял письмо с оценками ее в правоохранительные органы. 

Геннадий Гудков говорит проще: «Это реализация романа Оруэлла «1984» о тоталитарном обществе. [Чтобы рассказать правду], власти могли бы открыть архивы. Но они закрыты». 

***

На данный момент в России реабилитация нацизма подпадает под статью 354.1 Уголовного кодекса. По части первой этой статьи можно получить до трех лет лишения свободы за одобрение преступлений нацистов и отрицание фактов этих преступлений, установленных Международным военным трибуналом в Нюрнберге, а также за «распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны». По второй части до пяти лет можно получить за то же преступление, совершенное с использованием служебного положения или СМИ. По третьей части — до года исправительных работ за «осквернение символов воинской славы» и распространение «выражающих явное неуважение к обществу сведений» о днях воинской славы.

*** 

На запрос Daily Storm — рассказать более подробно о работе нового подразделения — Следственный комитет к моменту выхода этого материала пока не ответил.