Сначала бьют, потом проверяют. Как российские школы реагируют на буллинг — и почему всегда с опозданием

В конце 2025 года красноярский Минобр начал проверку школы, где педагоги месяцами игнорировали травлю ученика начальных классов. И пока чиновники занимались надзором, ситуация вышла из-под контроля. Через месяц после начала проверки одна из старшеклассниц пришла на занятия с молотком и горючей смесью, и напала на сверстников. Трое оказались в больнице с тяжелыми ожогами.

Красноярский случай показывает, как система реагирует на буллинг. Ежегодно в стране проходят десятки проверок в учебных заведениях из-за жалоб учеников и их родителей на травлю. Чтобы понять, помогают ли эти меры, Daily Storm изучил данные единого реестра проверок, поговорил с родителями пострадавших и экспертами. 

Туалет, в который боялись заходить дети

В середине учебного дня пятиклассник из астраханской школы №12 пошел в туалет. Дойти он не смог. Группа подростков не пустила сверстника в уборную и избила.

Мальчик опоздал на урок географии, но ничего не рассказал учителю. О случившемся сотрудники школы узнали только вечером — после звонка мамы классному руководителю. 

«Сына избили хулиганы-старшеклассники, их было трое или четверо. <...> Ребята не могли спокойно зайти в туалет с сентября 2022-го. Рассказывать об этом боялись, там группировка ребят была. Поэтому родители ничего не знали. А коллектив учителей — женский. Они же не ходят за мальчиками в туалет», — рассказал Daily Storm отец ребенка, Муслим.

Родители сначала попытались разобраться с руководством школы неформально. Им показали запись с ближайшей камеры видеонаблюдения, но вход в туалет в кадр не попадал. По воспоминаниям отца мальчика, в школе зафиксировали синяки у подростка, однако заявили, что самого избиения якобы не было. Родителей не устроил такой ответ.

«Супруга обратилась в министерство образования региона и МВД. Нас допросили и начали проверку», — продолжил Муслим.

Во время перемены рядом с туалетом дежурила учитель математики. Согласно материалам инспекции, ничего подозрительного педагог не заметила, а выходившие из уборной дети за помощью к ней не обращались.

Материалы передали инспектору по делам несовершеннолетних. Личности нападавших установить не удалось, а сам мальчик утверждает, что не разглядел обидчиков. 

Администрации учреждения объявили предостережение. Это, по сути, письменная просьба больше не допускать подобных ситуаций.

«В школе после этого случая узнали, что младшеклассники не могли посещать туалет. Со взрослыми детьми провели беседы, чтобы это все прекратилось», — добавил Муслим.

Родители считают, что вмешательство помогло остановить насилие в отношении их сына и остальных детей.

«Нужно не замалчивать травлю, иначе ребенок пострадает еще раз. Следом — другие дети. Так насилие станет систематическим», — заключил отец. 

Буллинг и проверки

Инцидент в астраханской школе №12 — один из многих. Ежегодно в адрес чиновников поступают десятки обращений о насилии в учебных заведениях. За период с 2022 по 2025 год в реестре проверок Daily Storm обнаружил как минимум 148 материалов, где описываются факты психологического или физического давления.

Подобные данные — это приблизительный срез, который помогает понять некоторые тенденции, а не точная статистика по буллингу. Какие-то сведения могут не отображаться в базе, а некоторые инциденты, например, замалчиваются на уровне школ.

Более того, у самого государства, возможно, есть проблемы с подсчетом количества случаев травли в стенах учебных заведений. Daily Storm запросил соответствующие данные в Генпрокуратуре, МВД, Следственном комитете, Рособрнадзоре и Минпросвещения. Там не ответили на письма издания. 

«Насколько мне известно, единой государственной статистики по буллингу не существует. И здесь есть объективная сложность — не все случаи попадают в поле зрения школы, не все фиксируются, не все становятся предметом разбирательства», — сообщила изданию директор «Национального фонда защиты детей от жестокого обращения» Лариса Байбородова.

Отсутствие общероссийской статистики подтвердил и заместитель председателя комитета Госдумы по молодежной политике. Разные государственные учреждения и институты собирают данные, но не сводят их в общую базу, признал Александр Толмачев.

Судя по материалам проверок, которые изучил Daily Storm, родители чаще обращаются в профильные ведомства в ситуациях, когда ребенок подвергся давлению со стороны учителей, а не своих сверстников. Поводом для проверки педагога может стать как резкое высказывание в адрес воспитанника, так и применение настоящей физической силы. Например, в одной из проверок описывается случай, как преподаватель ОБЖ во время ссоры укусил десятиклассника за нос. 

Схожая тенденция прослеживается и в данных, которые предоставили Daily Storm в АНО «Межрегиональный центр по правам детей». Именно эта организация первой сообщила в красноярский Минобр о проблемах в школе, где позже девочка подожгла своих одноклассников. Согласно данным общественников, 11 из 18 жалоб, которые поступили из Красноярского края, связаны с противоправными действиями со стороны учителей. 

Директор организации Павел Пугачев считает, что дело в ожиданиях родителей. Учителю доверяют воспитание ребенка, и любое нарушение этики воспринимается взрослыми особенно остро.

«Современные родители предъявляют высокие требования к качеству образования и условиям обучения. Они активно участвуют в жизни школы и следят за соблюдением прав своих детей. В результате любое отклонение от нормы вызывает немедленную реакцию», — говорит волонтер.

Руководитель АНО «Журавлик» Мария Афонина уточнила, что среди обращений на горячую линию ее организации жалоб на педагогов около 15%. Просто на учителя легче подать официальную бумагу. Например, когда родственники начинают поиск виновного в конфликтах. 

«Часто бывает так, что если в классе ребята начинают травлю, и родители пытаются на это повлиять, то в итоге крайним оказывается педагог, который не помог, не досмотрел и не вмешался вовремя», — сказала Афонина.

Депутат Александр Толмачев видит и другое объяснение. По его мнению, эпизоды агрессии со стороны сотрудников школ происходят на глазах детей-свидетелей и их легче подтвердить в заявлениях.

«Случаи травли между детьми зафиксировать сложнее, потому что многие подростки просто молчат о проблемах, не делятся ими с родителями, учителями, школьными психологами. Если случаи агрессии учителей в адрес учеников происходят прямо во время урока, при всем классе, то травля ребенка другими детьми случается, когда взрослых рядом нет и некому подтвердить произошедшее», — отметил депутат.

Что касается санкций для образовательных организаций, в которых выявили нарушения, — они почти всегда мягкие. Это предупреждения или предостережения. 

Руководство учебного учреждения может провести свое расследование и принять меры внутри коллектива. Так, к учителю ОБЖ, которого мы упоминали ранее, применили дисциплинарное взыскание. Педагог сам уволился из школы.

С подростками все гораздо сложнее. Часто насилие длится годами. Одна из похожих историй произошла в Омске. Ученик школы №24 избил одноклассника. Парень пришел домой в грязной одежде.

«Смотрю, а у него на жилетке след от ноги. Думала, может переодевался на физкультуре и уронил вещь. Сын же говорит: «Меня одноклассник пнул сюда, в грудину», — поделилась с Daily Storm Любовь, мать ребенка.

Обидчиком был парень-задира, который терроризирует одногодок с первого класса. Женщина указала, что отца ребенка вызывали в школу — общались с классным руководителем и матерью другого воспитанника. Однако законный представитель задиры наоборот посчитал своего сына жертвой и показал ему как отрабатывать удары по сонной артерии — для самозащиты. 

После жалобы родителей школа провела очередную профилактическую беседу с ребенком и его родителями. Сын Любови больше не сталкивался с насилием. Но вскоре агрессивный школьник переключился на других детей.

Почему проверки не решают проблему

Эксперты считают, что многие случаи школьной травли можно было предотвратить. Беседы с родителями и психологами, которые школы инициируют после проверок, должны работать как профилактика, а не как реакция на случившийся конфликт.

«В ряде ситуаций проверки на самом деле приводили к положительному эффекту. У нас есть случаи, когда руководство школы не боролось с травлей, но, например, переводило ребенка в другой класс и оказывало психологическую помощь. В целом, неплохое решение», — заметила Мария Афонина.

При этом волонтер подчеркнула, что в школах должен работать механизм раннего реагирования на травлю. Сигнализировать о травле могут классные руководители, школьные психологи и администрация.

«Если такие мероприятия будут проводиться регулярно, травля будет быстро заканчиваться. А если такого нет или проводятся разовые беседы с психологом, то результата эти меры не дадут», — объяснила общественник.

По наблюдениям директора АНО «Межрегиональный центр по правам детей» Павла Пугачева, большинство надзорных мероприятий не подтверждают факты буллинга. Проверяющие ссылаются на то, что жертва не обращалась за помощью внутри школы.

«Мы склонны не доверять таким результатам, поскольку это всегда формальные проверки, после которых ничего не меняется. Точнее, наступает затишье — до следующего случая», — заключил директор «Межрегионального центра по правам детей».

Руководитель воронежского «Центра психолого‑педагогической поддержки и развития детей» Валентина Крапивина также обратила внимание на другую фундаментальную проблему: в российских законах нет четких определений по теме буллинга и механизма реагирования на подобные случаи.

«В Госдуме планируют изменить закон об образовании и закрепить, что же такое «буллинг» и кто такой «агрессор». Это позволит четко определить, какие меры школа обязана и может принимать в отношении таких ситуаций и детей», — продолжила собеседница.

Крапивина указала: пока на федеральном уровне нет четких правил, каждый регион самостоятельно пытается решить проблему в рамках действующего законодательства. 

Закон, который ждут четвертый год

В комитете Госдумы по молодежной политике работают над законопроектом о профилактике буллинга с 2022-го. Инициатива уже прошла межведомственное согласование. Сейчас она на этапе доработок, поделился с Daily Storm депутат Александр Толмачев.

В документе не прописаны критерии травли напрямую. Эту задачу передадут ведомствам.

«Он на законодательном уровне закрепляет право Минпросвещения или Минобрнауки по согласованию с МВД, Минздравом и Росмолодежью утвердить порядок проведения мероприятий по профилактике буллинга. В этом руководстве для школ и колледжей и будут содержаться критерии, позволяющие отличить травлю от единичного конфликта», — пояснил Толмачев.

Школы обяжут заниматься профилактикой травли. В подзаконных актах уточнят критерии, по которым можно отличить буллинг от разового конфликта. На разработку типового порядка у ведомств будет от трех до шести месяцев после принятия закона.

Документ также решит проблемы со статистикой. По словам Толмачева, системная профилактика предполагает и сбор данных. «Это ведь инструмент оценки профилактических мер, сравнения «до» и «после»», — резюмировал депутат.

Впрочем, в Госдуму документ до сих пор не внесен. Точные сроки Толмачев не назвал. Школы продолжают работать без единых правил, а проверки по-прежнему приходят после того, как кто-то пострадал.