St
Не за что воевать: боевики в Дераа переходят на сторону армии Дамаска

Не за что воевать: боевики в Дераа переходят на сторону армии Дамаска

Повстанцы начинают помогать правительственной армии и заявляют, что брали в руки оружие, чтобы не погибнуть самим

Повстанцы начинают помогать правительственной армии и заявляют, что брали в руки оружие, чтобы не погибнуть самим
Фото: © Daily Storm

Сирийская арабская армия (САА) в провинции Дераа заключила перемирие с боевиками, которые пока остаются в ряде небольших городов, например в Тафасе. Повстанцы не спешат сдавать оружие и уходить со своих позиций, многие группы пока лишь прекратили боевые действия. Некоторые участники оппозиционных Дамаску группировок все же решили довериться правительству, сдают вооружение и оказывают поддержку сирийским войскам. С группой таких бывших бойцов встретился корреспондент «Шторма» в Сирии, он провел сутки с теми, кто еще месяц назад удерживал позиции в Дераа с оружием в руках.


Сирийские военные контролируют бывших боевиков, но доверяют им, разрешая носить стрелковое оружие. Они полезны, поскольку хорошо знают местность, могут связаться с теми, кто еще остается в городах в Дераа. В то же время не все бойцы согласились говорить на камеру, многие попросили не снимать на видео их оружие. Вероятно, в своем благополучии уверены лишь те из них, кто так и не принял участия в боестолкновениях с сирийскими войсками. Некоторые боевики провели многие месяцы, лишь охраняя склады или контрольно-пропускные пункты на территориях, которые контролировала оппозиция.


В числе собеседников корреспондента «Шторма» в основном именно такие экс-оппозиционеры, которые перешли на сторону САА. Имея возможность уйти в провинцию Идлиб к своим недавним соратникам, они, однако, остались на отвоеванных САА территориях и теперь заявляют, что примкнули к повстанцам для защиты своих семей от радикалов-исламистов ИГ (запрещена в РФ). В ходе гражданской войны террористы пытаются придать конфликту всевдорелигиозную окраску, не являясь при этом религиозными людьми, утверждают собеседники.



Абу Самер Мустафа, воюющий на стороне правительства дольше многих членов группы, рассказал, как правительственные войска вступали в город Даиль неподалеку от Дераа: «Когда мы входили в Даиль, местные жители нас встречали с цветами! Все боевики сдавались, бросали свое оружие и бронетехнику… Сейчас игиловцы остались только в районе деревень Аль-Шажар и Мзериб».


К моменту начала операции по освобождению провинции многие террористические группировки уже конфликтовали между собой, поэтому предложение правительства мирно сложить оружие многими рядовыми боевиками было воспринято позитивно, рассказали Мухамад Масту и Абу Фадел Ходжа. Далеко не все хотят воевать под началом командиров, которые не могут договориться между собой. В тоже время, как выяснил корреспондент «Шторма», это не означает, что освобождать города очень легко: сирийской армии приходится ждать при попытках договориться с разрозненными группами боевиков. А те, боясь уничтожения, продолжают отсиживаться в кварталах.


«Я перешел на сторону САА год назад, — говорит Абу Фадел Ходжа. — Сейчас я связываюсь с боевиками и объясняю, что необходимо сложить оружие, иначе война никогда не прекратится. Я им говорю, что я такой же, как и они, но я перестал воевать, и правительство меня за это простило».


Ожесточенное сопротивление на юге Сирии оказывают только радикалы — представители ИГ. Террористы, виновные в преступлениях против мирного населения, отдают себе отчет в тяжести содеянного. Некоторые другие группировки боевиков или отдельные бойцы, которые не старались снискать себе славу головорезов, не хотят воевать вместе с террористами. «Их [ИГ] никогда не интересовал ислам — они всегда только курили гашиш и похищали людей, чтобы требовать затем за них выкуп. Многие нерадикальные боевики отвернулись от ИГ, увидев, что они творят, и теперь хотят воевать против них», — сказал «Шторму» Муфид Кабисун.


Он утверждает, что сам не воевал против САА, — оппозиционное Дамаску бандформирование, членом которого он был, контролировало КПП на пограничном переходе с Израилем и в боестолкновения с САА не вступало. При этом бывший сирийский повстанец также обвинил Израиль в помощи радикальным исламистам в Сирии. «Израильтяне много раз предлагали нам нападать на военные базы САА. Мы их спрашивали: «Зачем нам это нужно?» Те говорили, что на воинских складах мы сможем достать оружие, которым сможем торговать и стать богатыми! — сказал Кабисун. — Когда преимущество в войне перешло к Дамаску, Израиль стал чаще переправлять через границу провокаторов, которые подкупали главарей группировок, чтобы те не заключали перемирие с САА…»


Бывший боевик Хасан сказал, что в том, что ИГ едва не одержало верх в войне в Сирии, виноват Запад, специально в свое время сделавший ставку на радикалов: «Наши враги специально постарались превратить войну в Сирии в религиозное противостояние. На Западе знали, что в Сирии никто не станет воевать за абстрактные ценности (демократию или свободу), — именно поэтому они решили к нам перебросить исламистов-радикалов, чтобы сделать войну еще более жестокой».


В ходе операции «Базальт», начатой в конце июня, Сирийская арабская армия освободила большую часть юга страны, включая провинцию Дераа, которая контролировалась повстанцами с самого начала гражданской войны в Сирии в 2011 году.


Под контролем ИГ и некоторых других исламистских группировок в концу июля остаются только небольшой пограничный район на границе с Израилем на западе страны, а также часть восточной провинции Дейр-эз-Зор к востоку от Пальмиры. В 2014 году ИГ контролировало около трети сирийской территории.