18+
Чуть больше года прошло после разлива мазута под Анапой — и в Краснодарском крае снова ЧС. Однако экологическая катастрофа в Туапсе оказалась куда тяжелее. До сих пор неизвестно, что именно попало в море, один конкретный нефтепродукт или смесь. Берег здесь не песчаный, а галечный — нефть уходит вглубь, до самых скал. К разливу добавились многодневные пожары и нефтяные дожди. Экологи из Краснодарского края Евгений Витишко и Вениамин Голубитченко рассказали Daily Storm, чем туапсинская беда отличается от анапской и почему специалисты называют происходящее коктейлем самого опасного безобразия и ядом.
Гремучая смесь
Одно из отличий туапсинской катастрофы от анапской — состав разлитой жидкости, заметили экологи. По разным версиям это мазут, нефть или гремучая смесь из нескольких горючих продуктов. Власти молчат, а от ответа на этот вопрос зависит здоровье тысяч людей.
Как рассказал эколог из Новороссийска Вениамин Голубитченко, судя по внешнему виду в составе смеси есть и мазут, и сырая нефть. Такое мнение высказали его коллеги на месте ЧС, которые работали на ликвидации разлива под Анапой. По мнению Голубитченко, эти активисты могут отличить вещества друг от друга даже по внешнему виду.
Проблема в том, что официальных данных о составе вылившегося нет. По словам Витишко, его знакомым, которые занимаются переработкой, не предоставили паспорта отходов. Экологи призвали чиновников и «Роснефть» обнародовать эту информацию.
«Информация по состоянию окружающей среды важна, и это написано в Конституции Российской Федерации. Человек имеет право на полную информацию о состоянии окружающей его среды; знать, что и в каком количестве вылилось. Приблизительно хотя бы <...> Чтобы люди понимали, в какую ситуацию они попали, что нельзя есть. Можно ли дышать этим воздухом или нужно противогазы покупать», — настаивал Голубитченко.
Если в море действительно попала сырая нефть, ситуация куда опаснее, чем в Анапе, считают эксперты. Такое топливо жиже мазута и токсичнее. Оно содержит легкие фракции, которые быстро испаряются и попадают в легкие людей. Признаки такого отравления Витишко наблюдал у собственной семьи 21 апреля.
«У моей жены и детей кружилась голова, когда они ходили в родительский день на кладбище. За медпомощью они не обращались, но вопрос в том, что они действительно получили токсичное отравление, просто вдыхая испарения и продукты горения», — подчеркнул он.
Опасность нефтепродуктов не ограничивается испарениями. Голубитченко напомнил, что почти все подобные вещества растворяют жир. Из него состоят мембраны клеток любого живого существа, включая человека. При контакте с нефтью клетки буквально становятся «дырявыми». Их содержимое вытекает, высыхает или разлагается.
«Все, что попало в нефтяную пленку или слой, погибает. Есть только небольшое количество микроорганизмов, которые перерабатывают такие вещества, но их мало, и они в сплошной нефти тоже не плавают <...> В принципе — для морских обитателей нет разницы (между разливами в Анапе и Туапсе — примеч. Daily Storm). Что выпить один яд, что другой. Если оба летальные — все равно погибнешь», — заключил Голубитченко.
Тяжелый мазут или легкая нефть — что сложнее убирать
Парадокс туапсинской катастрофы: нефть собирать с воды легче, чем анапский мазут. Но на суше она ведет себя совсем иначе. Вместо того чтобы лежать слоем на берегу, она просачивается вглубь гальки и щебня. И главный вопрос ликвидаторов теперь — как достать ее оттуда и вымыть камни.
«Тяжелый мазут практически как парафин. Он может тонуть или имеет нейтральную плавучесть в морской воде. Это очень плохо, потому что его тяжело собрать (со дна). Нефть же покрывает воду пленкой и постепенно испаряется. Там остаются тяжелые фракции, но это все в большей степени продолжает находиться на поверхности», — объяснил Голубитченко.
На суше все наоборот. Мазут комкуется и лежит плотным слоем — его можно собрать лопатой. А нефть проникает вглубь гальки, щебня и даже песка. По оценке Витишко, она способна просочиться через галечный «дренаж» на глубину до 50 сантиметров.
«Те люди, которые убирали в (поселке) Тюменский, говорят, что приходилось откапывать чуть ли не до скалы», — заметил мужчина.
Также неясно, что делать с уже извлеченным грунтом. Daily Storm ранее писал, что замазученный песок из Анапы прожигали в печах или компостировали в кучах с бактериями. С галькой нужны другие методы, следует из слов Витишко.
Он назвал процесс очистки камней технологически сложной задачей. По его мнению, гальку можно попробовать отмывать поверхностно-активными веществами или в циклонных установках.
«И сама территория загрязнения Анапы была с местами для подъезда. Здесь, наоборот. Большая часть, 68 километров, труднодоступна. Если нефтепродукты не будут аккумулироваться вдоль (основных) пляжей, то их можно и не заметить», — предупредил эксперт.
Экологи склоняются к версии о том, что большая часть разлива — это сырая нефть или смесь веществ, а не чистый мазут. Опубликованных лабораторных подтверждений пока нет. Тем не менее на это указывают внешние признаки: цвет, консистенция и поведение массы на воде.
Туапсе не только захлебывается от черной жижи, но и душится едким дымом
Если в Анапе главной угрозой был мазут на пляжах, то в Туапсе к разливу добавился многодневный пожар. Над городом висело облако канцерогенов, а потом все это выпало обратно — вместе с дождем.
«Происходило открытое горение непонятного объема мазута, бензина и других фракций. Все это — вещества, которые приводят к мутациям и водных объектов и растений. У нас зафиксировали превышение ПДК по бензолу. Тоже канцероген, который накапливается в организме», — подчеркнул Витишко.
Голубитченко добавил, что в воздух поднимались не только продукты горения, но и почти чистые нефтепродукты. Пожар был настолько мощным, что кислорода не хватало для полного сгорания углеводородов. Потоки воздуха выносили топливо в атмосферу почти в неизменном виде.
«Они канцерогенны и тератогенны, вызывают уродство у потомства, серьезные проблемы с эндокринной системой и с иммунной системой. Это полный коктейль самого опасного безобразия», — предупредил эксперт.
Потом эта «таблица Менделеева» вернулась на землю вместе с дождем. Черные осадки выпали на дома, машины и улицы Туапсе. Грязными оказались даже бездомные коты и собаки. Но самое опасное впереди: через почву «нефтяной дождь» может уйти в грунтовые воды и реки. А оттуда — в водопроводные краны горожан, подытожил Голубитченко.
Серия пожаров и разлив нефтепродуктов в Туапсе начались после атак беспилотников ВСУ на местный нефтеперерабатывающий завод. Первый налет был совершен 16 апреля, еще два — 20 апреля и в ночь с 27 на 28 апреля. Возгорание на предприятии тушили несколько суток.
По данным оперштаба Кубани, к 29 апреля на берегу и в реке Туапсе собрано около 10 тысяч кубометров загрязненного грунта и водомазутной смеси. В городе 28 апреля также зафиксировано «незначительное превышение» бензола по сравнению с тем, что было во время тушения предыдущего масштабного пожара, начавшегося ночью 20 апреля из-за атаки украинских беспилотников.
